Глава 3. Пёстрые ленты

Им­пе­рия, Боль­шой Со­ля­ной тракт. Июль, год 498 от со­ше­ствия Еди­но­го.

– Вы обе­ща­ли, что оты­ще­те их, – сине-се­реб­ря­ная фи­гу­ра на­пол­ни­ла пу­сто­ту во­круг себя ог­нен­ным него­до­ва­ни­ем.

– Я пом­ню. И не от­ка­зы­ва­юсь от сво­их слов, – вто­рое, осле­пи­тель­но-бе­лое че­ло­ве­ко­по­доб­ное со­зда­ние ис­то­ча­ло ме­до­вое све­че­ние. – Но так­же долж­но по­ни­мать: мы обя­за­ны учи­ты­вать их без­опас­ность, по­это­му не мо­жем дей­ство­вать от­кры­то. Ина­че рис­ку­ем, что пер­вы­ми оты­щут наши вра­ги.

Сине-се­реб­ря­но­го на­кры­ло об­ла­ко зо­ло­ти­стых искр…

Лей­тис рез­ко просну­лась и села на кро­ва­ти. Ещё во вла­сти стран­но­го ви­де­ния, не по­ни­мая, где она, оше­лом­лён­ная стре­ми­тель­ным пе­ре­хо­дом от осле­пи­тель­но­го си­я­ния «та­м» к по­лу­мра­ку ком­на­ты в неболь­шой го­сти­ни­це, где но­чью из све­тиль­ни­ков одна луна за ок­ном. На полу за­ше­ве­лил­ся Ис­лу­ин, спав­ший на вто­ром тю­фя­ке. Лей­тис все­гда га­да­ла, как на­став­ник так быст­ро пе­ре­хо­дил ото сна к бодр­ство­ва­нию, даже если его бу­ди­ли вне­зап­но. Зато сей­час это было весь­ма кста­ти. По­няв, что опас­но­сти нет, ма­гистр от­ло­жил нож и спро­сил:

– Что слу­чи­лось?

– Сон… опять то же ви­де­ние. Точ­нее, дру­гое, но очень по­хо­же. Там опять была стран­ная пу­сто­та и некто, со­ткан­ный из све­та и бе­ло­го огня.

– Он что-то го­во­рил? Что имен­но?

– М-м-м… что обе­ща­ет кого-то най­ти. Толь­ко осто­рож­но, так как ина­че его опе­ре­дят вра­ги. Ерун­да, ма­стер. Ну, при­сни­лось…

– Ты ведь и сама в это не ве­ришь, – усмех­нул­ся Ис­лу­ин. – В про­шлый раз, ко­гда раз­го­ва­ри­ва­ли мед­ный и тот же бе­лый, речь шла про Тор­финс. А по­за­вче­ра мы с то­бой услы­ша­ли, что там аре­сты. Сбе­ре­га­ю­щие об­на­ру­жи­ли круп­ную сек­ту де­мо­но­по­клон­ни­ков, за­ни­мав­ших­ся че­ло­ве­че­ски­ми жерт­во­при­но­ше­ни­я­ми. Се­год­ня же – но­вый сон.

– Ну, сон, ну и что? – де­вуш­ка зяб­ко пе­ре­дёр­ну­ла пле­ча­ми, хотя в ком­на­те было жар­ко и душ­но, на­ки­ну­ла по­верх ру­ба­хи ви­сев­шую на спин­ке кро­ва­ти курт­ку и при­ня­лась за­пле­тать рас­пу­щен­ные на ночь во­ло­сы в косу. – Я чув­ствую мыс­ли од­но­го из ин­кви­зи­то­ров? С чего бы это? Их, кста­ти, под­слу­шать невоз­мож­но, хотя пы­та­лись мно­гие.

– У ма­гов и ша­ма­нов, ко­то­рые идут бе­лой тро­пой Сар­нэ-Ту­ро­ма, в мо­ло­до­сти, осо­бен­но до сва­дьбы, неред­ко про­яв­ля­ют­ся са­мые необыч­ные спо­соб­но­сти, – по­жал пле­ча­ми ма­гистр и встал у окна спи­ной к ком­на­те, что­бы де­вуш­ка мог­ла спо­кой­но пе­ре­одеть­ся. – Я могу на­звать са­мые раз­но­об­раз­ные вер­сии. На­при­мер, что у вас с этим ин­кви­зи­то­ром об­щий пре­док – ка­кой-ни­будь пра-пра-пра­дед. И ко­гда раз­го­вор за­хо­дит о тебе, спо­соб­но­сти сра­зу пре­ду­пре­жда­ют. Но при­чи­на мо­жет быть и со­вер­шен­но иной.

– Во­прос, что нам де­лать сей­час? Если Сбе­ре­га­ю­щим по­на­до­би­лись сви­де­те­ли, так про­сто от нас не от­ста­нут.

– Не здесь, – оста­но­вил её ма­гистр. – Мы не зна­ем при­ро­ды свя­зи, вдруг по ней по­том мо­гут про­сле­дить до ме­ста и снять сле­пок раз­го­во­ра, – Ис­лу­ин при­слу­шал­ся к пер­вым пе­ту­хам во дво­ре. – По­шли. Нам сей­час и остат­ки вче­раш­не­го ужи­на сой­дут, не сто­ит за­дер­жи­вать­ся.

Хо­зя­ин уже встал за­дать кор­ма ско­тине и по­до­ить ко­ро­ву. К по­же­ла­нию по­сто­яль­цев уехать немед­лен­но он от­нёс­ся флег­ма­тич­но: раз­ное на трак­те бы­ва­ет. Спро­сил:

– Зав­тра­кать бу­де­те?

– Да.

Тяж­ко вздох­нув: еда была опла­че­на, но го­сти мог­ли бы и от­ка­зать­ся, раз уж при­спи­чи­ло, хо­зя­ин при­ка­зал от­ча­ян­но зе­ва­ю­щей до­че­ри быст­ро со­брать по­сто­яль­цам на стол. Бро­сив на ма­ги­стра недо­воль­ный взгляд, по­то­му что он от­влёк её от роз­жи­га печи, де­вуш­ка тем не ме­нее зав­трак при­го­то­ви­ла быст­ро, и вы­еха­ли Ис­лу­ин и Лей­тис без за­дер­жек. Ко­гда село скры­лось за по­во­ро­том, Лей­тис, поль­зу­ясь тем, что ран­ним утром даже та­кая ожив­лён­ная до­ро­га, как Со­ля­ной тракт, ещё пу­ста, по­рав­ня­ла сво­е­го гне­до­го с ко­нём на­став­ни­ка и сно­ва за­да­ла во­прос:

– Там что же де­лать сей­час? Из Им­пе­рии надо ухо­дить, хотя бы до вес­ны. И немед­лен­но. Вот толь­ко куда?

– В Ба­да­хос. Это про­ще все­го. Хотя я сна­ча­ла хо­тел ещё раз за­гля­нуть в Шахри­са­бзс, но там мы бу­дем слиш­ком при­мет­ны­ми. И если уж Сар­нэ-Ту­ром нас так упор­но тол­ка­ет на Ар­хи­пе­лаг…

– Ба­да­хос – по­нят­но. По­след­ние лет пять от­но­ше­ния Пра­вя­ще­го тор­го­во­го со­ве­та с им­пе­ра­то­ром, ска­жем де­ли­кат­но, не очень тёп­лые, – не ста­ла спо­рить де­вуш­ка. На­счёт вла­де­ний па­ди­ша­ха она тоже была со­глас­на: хотя офи­ци­аль­но Еди­но­го там не при­зна­ва­ли, Сбе­ре­га­ю­щие чув­ство­ва­ли себя в этой стране до­ста­точ­но воль­гот­но и нуж­но­го че­ло­ве­ка вы­кра­дут без осо­бых уси­лий. – Но ведь нам не про­сто от­си­деть­ся? Это я на­счёт «пла­ни­ро­ва­лось. пусть и на по­то­м».

Несколь­ко ми­нут они еха­ли мол­ча, за­тем ма­гистр от­ве­тил:

– Меня за­ин­те­ре­со­ва­ли до­воль­но необыч­ные слу­чаи, про ко­то­рые хо­дят слу­хи в пре­де­лах все­го Ар­хи­пе­ла­га. Бед­няк неожи­дан­но на­шёл клад ред­чай­ших аму­ле­тов вре­мён Пер­вой вой­ны с ор­ка­ми, ку­пец про­вер­нул в по­след­ний мо­мент сдел­ку, ко­то­рая спас­ла его от ра­зо­ре­ния, отец сми­ло­сти­вил­ся и дал со­гла­сие до­че­ри на брак, а до это­го на же­ни­ха и смот­реть не хо­тел… Меж­ду со­бой про­ис­ше­ствия, на пер­вый взгляд, не свя­за­ны, но есть одна об­щая де­таль: ве­зун­чик на ка­кое-то вре­мя пе­ред удач­ным по­во­ро­том судь­бы про­па­дал из виду на пару недель.

– Что-то вро­де ещё од­ной Ра­ду­ги-в-ог­нях?

– Внеш­не­го от­ка­та неза­мет­но, ско­рее все­го – нет. А вот у Ири­е­на в его спра­воч­ни­ке «О зе­льях и пред­ме­тах» и ещё в од­ном трак­та­те я на­шёл ар­те­факт, ко­то­рый очень точ­но под­хо­дит под опи­са­ние. По край­ней мере, все кос­вен­ные при­зна­ки, опи­са­ние ко­то­рых я су­мел до­быть, тоже сов­па­да­ют. На­зы­ва­ет­ся ар­те­факт Чаша судь­бы. Очень опас­ная иг­руш­ка. Пла­той за успех ста­но­вит­ся со­бы­тие, ко­то­рое по­том ещё раз рез­ко пе­ре­ме­нит твою жизнь, и да­ле­ко не все­гда к луч­ше­му. При­чём слу­чить­ся всё мо­жет и зав­тра, и че­рез мно­го лет, а уга­дать невоз­мож­но, Чаша вы­бе­рет сама. Ко­неч­но, и её мож­но об­ма­нуть. На­при­мер, при­ве­сти жад­но­го ду­ра­ка, ко­то­рый за­даст нуж­ный тебе во­прос – но от­вет в та­ком слу­чае бу­дет до­воль­но ту­ман­ный, да и риск оста­ёт­ся. Впро­чем, раз­би­рать­ся бу­дем на ме­сте.

– А пока нам пора сроч­но ме­нять об­лик, – за­кон­чи­ла Лей­тис. – Ина­че до по­бе­ре­жья мы рис­ку­ем не до­е­хать.

– Да, – ма­гистр оки­нул уче­ни­цу оце­ни­ва­ю­щим взгля­дом, – по­жа­луй, са­мый удач­ный ва­ри­ант – это доч­ка небо­га­то­го дво­ря­ни­на в со­про­вож­де­нии те­ло­хра­ни­те­ля. Не пе­ре­жи­вай ты так, – усмех­нул­ся ма­гистр, гля­дя, как де­вуш­ка скри­ви­лась от од­ной мыс­ли о том, что опять при­дёт­ся вле­зать в неудоб­ные муд­рё­ные пла­тья по по­след­ней моде, – мы из тебя сде­ла­ем де­ви­цу скром­ную и стро­гих взгля­дов.

– Вот ещё, – фырк­ну­ла Лей­тис. – Ни-за-что. Хва­тит с меня.

– Ну… – хит­ро улыб­нул­ся Ис­лу­ин. – Есть ещё ва­ри­ант стать кре­стья­на­ми. К ним тоже осо­бо ни­кто не при­гля­ды­ва­ет­ся. Но это мед­лен­но, по­сто­ян­но ме­нять име­на и ле­ген­ды, да и не по­нра­вит­ся тебе. Не са­мая лёг­кая жизнь. Или у тебя есть пред­ло­же­ние по­луч­ше?

– Спо­рим? – де­вуш­ка вдруг по-дет­ски по­ка­за­ла язык. – Если я вы­иг­раю, то био­гра­фию вы­би­раю тоже я.

– До­го­во­ри­лись.

Лей­тис в от­вет до­воль­но хмык­ну­ла, до­ста­ла из се­дель­ной сум­ки две лен­ты для во­лос, свя­за­ла, а по­том взя­ла дву­мя паль­ца­ми за узел так, что сво­бод­ные кон­цы за­тре­пе­та­ли на вет­ру.

– Од­но­тон­ные или пёст­рые лен­ты раз­ных цве­тов, свя­зан­ные вме­сте уз­лом, яв­ля­ют­ся сим­во­лом бро­дя­чих ар­ти­стов или по-дру­го­му хугла­ров. Ты хо­чешь…

– Ага! Ма­стер, три дня на­зад мы ви­де­ли фур­гон. Смо­же­те вспом­нить и точ­но опи­сать, кто там си­дел и как вы­гля­дел?

Ис­лу­ин чест­но по­пы­тал­ся и при­знал:

– Нет. Толь­ко если спе­ци­аль­но рас­ка­чи­вать свою па­мять.

– И я про то же. В от­ли­чие от ак­тё­ров по­сто­ян­ных го­род­ских те­ат­ров, ко­то­рые объ­еди­ня­ют­ся в гиль­дию, хугла­ры сто­ят вне об­ще­ства. Их при­гла­ша­ют на празд­ни­ки, фор­маль­но они име­ют все пра­ва. И в то же вре­мя их ста­ра­ют­ся об­хо­дить сто­ро­ной, ведь лю­бой обы­ва­тель уве­рен, что стран­ству­ю­щие ар­ти­сты че­рез од­но­го воры и мо­шен­ни­ки, а их жен­щи­ны за­ра­ба­ты­ва­ют блу­дом.

– Идея, ко­неч­но, ин­те­рес­ная, но про­сто вы­ря­дить­ся хугла­ром не вый­дет. Стран­ству­ю­щих вме­сте муж­чи­ну и жен­щи­ну всё рав­но за­пом­нят, и даже если по­том не смо­гут опи­сать лица, от се­го­дняш­не­го по­сто­я­ло­го дво­ра мо­гут вый­ти на след. Зна­чит, надо при­со­еди­нить­ся к ка­кой-то труп­пе. При­чём убе­дить не про­сто нас при­нять, но и от­пра­вить­ся с га­стро­ля­ми в один из юго-за­пад­ных пор­тов. Как ты со­би­ра­ешь­ся их за­ста­вить? Я вот спо­со­ба пока не вижу.

Лей­тис сде­ла­ла вид, буд­то она так се­рьёз­но при­ня­лась раз­мыш­лять над воз­ник­шей про­бле­мой, что в за­дум­чи­во­сти чуть не сва­ли­лась с сед­ла. А ко­гда Ис­лу­ин с уко­риз­ной по­смот­рел, мол, «ра­но ещё па­яс­ни­чать», от­ве­ти­ла:

– Ма­стер, вы за­бы­ли ле­ген­ду о свя­том Же­не­зиу. Он не толь­ко по­кро­ви­тель­ству­ет всем, кто за­ни­ма­ет­ся те­ат­раль­ным ре­меслом, но и ис­про­сил Еди­но­го дать ему воз­мож­ность хо­дить сре­ди лю­дей, что­бы по­мо­гать ак­тё­рам. Но с усло­ви­ем: по­лу­чив­ший от свя­то­го дар дол­жен про­дол­жать иг­рать на сцене, ина­че по­мощь свя­то­го обер­нёт­ся про­тив него. Пусть наша труп­па, ска­жем, на­шла клад, и осталь­ные ре­ши­ли за­брать свою долю и раз­бе­жать­ся каж­дый сам по себе. Нам же то­гда, что­бы укрыть­ся от гне­ва свя­то­го, оста­ёт­ся бе­жать из стра­ны туда, где веру в Еди­но­го глав­ной не при­зна­ют. Ска­жем, в Ба­да­хос. Надо толь­ко по­до­брать под­хо­дя­щих хугла­ров, ко­то­рые ис­то­ри­ей про­ник­нут­ся. И либо по­мо­гут «как сво­им», либо за­хо­тят из­влечь из на­ших непри­ят­но­стей вы­го­ду.

Под­го­тов­ку к удив­ле­нию Лей­тис на­ча­ли с того, что на свал­ке воз­ле бли­жай­шей де­рев­ни Ис­лу­ин пой­мал мел­кую ше­лу­ди­вую со­ба­чон­ку. Де­вуш­ка по­мор­щи­лась:

– И за­чем она нам?

– Бу­дем де­лать те­ло­хра­ни­те­ля.

– Она и так по­лу­дох­лая. Ей пару недель жить оста­лось са­мое боль­шее.

– Я знаю. По­то­му и хочу пе­ре­де­лать имен­но её. Я всё-таки Крас­ный страж, мне не сто­ит рас­ка­чи­вать рав­но­ве­сие без лиш­ней необ­хо­ди­мо­сти. Не надо рвать душу у со­зда­ния, ко­то­ро­му Сар­нэ-Ту­ром от­ме­рил ещё мно­го до­рог. А эта со­ба­чон­ка счи­тай что мерт­ва.

Обыч­ные хи­ме­ры, ко­то­рые хоть и были жи­вы­ми, мог­ли есть и вос­ста­нав­ли­вать­ся, но по боль­шо­му счё­ту были ана­ло­гич­ны го­ле­мам – то есть мог­ли вы­пол­нять ис­клю­чи­тель­но уз­кий за­про­грам­ми­ро­ван­ный пе­ре­чень ко­манд. Зато био­кон­струк­ты, у ко­то­рых пе­ре­стра­и­ва­ли ма­ги­че­ский кар­кас и ауру, а уже по нему на­ра­щи­ва­ли плоть, были на­мно­го бли­же к жи­вым су­ще­ствам, даже име­ли соб­ствен­ные ин­стинк­ты, мно­гие за­да­чи уме­ли ре­шать са­мо­сто­я­тель­но. Раз­дел со­зда­ния био­кон­струк­тов дома у ма­ги­стра был со­всем но­вым, по­то­му-то в сум­ке и ока­за­лись несколь­ко мо­но­гра­фий, по ко­то­рым Ис­лу­ин зна­ко­мил­ся с ин­те­рес­ным раз­де­лом ма­гии Жиз­ни. За вре­мя жиз­ни в Тейне он как раз и рас­счи­тал несколь­ко схем.

Со­ба­чон­ку усы­пи­ли, по­ло­жи­ли в пен­та­грам­му и про­из­ве­ли пер­вич­ную на­строй­ку. Гля­дя, как по­сле это­го быв­шая со­бач­ка часа три бес­пре­рыв­но ела мясо спе­ци­аль­но для это­го уби­той ко­су­ли, ак­тив­но пе­ре­стра­и­вая тело под вши­тую мат­ри­цу, Лей­тис съяз­ви­ла:

– А эта ко­су­ля, ко­то­рую мы пой­ма­ли. Если бы нам не при­спи­чи­ло, она бы ещё бе­га­ла и бе­га­ла. Это не на­ру­ше­ние рав­но­ве­сия?

– Нет. Смерть – та­кая же часть кру­га жиз­ни. Не мы её съе­ли бы, так кто иной. При­род­ный про­цесс, ко­то­рый ни­че­го не ме­ня­ет. Тут на­ру­ше­ния нет.

Ска­за­но было то­ном «не спорь», и ссо­рить­ся де­вуш­ка не за­хо­те­ла. Зато уже к ве­че­ру ря­дом с Лей­тис бе­жал са­мый на­сто­я­щий бело-се­рый вол­ко­дав, пока ху­дой, но че­рез несколь­ко дней и это долж­но было прой­ти. По­иск под­хо­дя­щей труп­пы за­нял куда боль­ше вре­ме­ни, при­чём спо­ры не ути­ха­ли ни на ми­ну­ту. Ис­лу­и­ну нра­ви­лась одна встре­чен­ная груп­па, Лей­тис при­во­ди­ла ар­гу­мен­ты, что им боль­ше по­дой­дёт дру­гая. На­ко­нец по­па­лась труп­па, ко­то­рая устро­и­ла обо­их.

Слу­чай­ную встре­чу ре­ши­ли устра­и­вать в без­люд­ном ме­сте, по­это­му от­пра­ви­ли сле­дить Зай­чи­ка – так Лей­тис на­зва­ла свою псев­до-со­ба­ку, а сами не то­ро­пясь дви­ну­лись сле­дом. Ме­рин и фур­гон у ак­тё­ров были ни­ку­дыш­ные, по­это­му тре­ни­ро­ван­ные пе­ше­хо­ды лег­ко не от­ста­ва­ли, пока по­воз­ка та­щи­лась по уз­ко­му из­ви­ли­сто­му лес­но­му про­сёл­ку, со­еди­няв­ше­му две де­рев­ни. Туч­ки как раз де­ли­кат­но гу­ля­ли по небу в об­ним­ку с алой за­рёй, пер­вые тени бро­ди­ли за ку­ста­ми, а крас­ки ве­че­ра тем­не­ли, ко­гда Ис­лу­ин ре­шил, что пора. Ори­ен­ти­ру­ясь на нюх и зре­ние кон­струк­та, Ис­лу­ин до­гнал ак­тё­ров, осталь­ное было де­лом тех­ни­ки. Зад­няя ось фур­го­на была сде­ла­на от­вра­ти­тель­но, из пло­хо об­ра­бо­тан­но­го суч­ко­ва­то­го де­ре­ва. По­это­му ни­ко­го не уди­вит, если на оче­ред­ной кол­до­бине как раз в рай­оне суч­ка она и лоп­нет… С гром­ким трес­ком фур­гон встал. Ак­тё­ры вы­сы­па­ли на­ру­жу и гром­ко на­ча­ли взды­хать. Ис­лу­ин же бес­шум­но скольз­нул на­зад. Вы­ждать пару ча­сов, пока окон­ча­тель­но стем­не­ет, и пред­став­ле­ние мож­но на­чи­нать.

***

Мрач­ные де­ре­вья за­тих­ли, ноч­ной лес угрю­мо хра­нил мол­ча­нье. Даже про­хлад­ный ве­тер боль­ше не аукал сре­ди кри­вых ство­лов, зато кор­ни де­ре­вьев ви­лись кри­вы­ми зме­я­ми. Тени под убы­ва­ю­щей лу­ной при­чуд­ли­во кра­лись и тре­пе­та­ли, пы­та­ясь на­пу­гать лю­дей, со­брав­ших­ся воз­ле неболь­шо­го ко­ст­ра.

Бел­ка смот­ре­ла на огонь и ду­ма­ла, что сле­ду­ю­щую зиму они не пе­ре­жи­вут. Да что там зиму, хотя бы осень пе­ре­тер­петь не по­лу­чит­ся. Сло­ман­ную ось они как-ни­будь, ко­неч­но, за­ла­та­ют и до­е­хать до де­рев­ни смо­гут. Вот толь­ко там на ре­монт уй­дут по­след­ние день­ги. С го­ло­ду не по­мрут, ле­том мож­но и лес­ны­ми да­ра­ми про­кор­мить­ся. Но и за­ра­бо­тать ле­том труд­но: хугла­ры пред­став­ле­ния дают в ос­нов­ном по де­рев­ням, а кре­стья­нам сей­час не до раз­вле­че­ний. Сво­бод­ные день­ги у пей­зан бу­дут лишь в кон­це осе­ни и зи­мой, ко­гда со­бе­рут и про­да­дут уро­жай, и нач­нут за­би­вать скот на мясо. Если бы они су­ме­ли, как обыч­но, от­ло­жить за­пас во вре­мя про­шлых празд­ни­ков дня По­ми­но­ве­ния…

Стаф до сих пор себя ви­нит, что из-за его бо­лез­ни они за­дер­жа­лись, и при­шлось вы­сту­пать в ка­ком-то мел­ком го­ро­диш­ке. Вон и сей­час па­рень си­дит по­ну­рый. И это зря он, ли­хо­рад­ка не спра­ши­ва­ет, с лю­бым мог­ло при­клю­чить­ся. А сво­их бро­сать нель­зя, и Еди­ный не ве­лел, да и не по-че­ло­ве­че­ски это как-то. Пом­нит­ся, вес­ной, ко­гда от них ухо­ди­ли двое, Ла­у­ри вме­сте с Бел­кой так им и ска­за­ли. И взгля­ды, ко­то­рым их на­гра­ди­ли осталь­ные, были для обе­их ак­трис куда до­ро­же зо­ло­та. Да, мо­ло­дых де­ву­шек, ко­то­рые уме­ют иг­рать, петь и тан­це­вать, с удо­воль­стви­ем при­мет лю­бая труп­па, но то­гда осталь­ные об­ре­че­ны. Стаф то­гда от ли­хо­рад­ки до кон­ца не опра­вил­ся, да и сей­час ка­шель ещё му­ча­ет. Ни­ка­си ма­лень­кий слиш­ком – а тут не го­род, по­сле вы­ступ­ле­ния де­ся­ти­лет­не­му па­ца­ну се­ляне обыч­но в чашу по­чти ни­че­го не ки­да­ют. Вот и остал­ся бы один Дав, у тё­туш­ки Малы и дя­дюш­ки Фера уже дав­но воз­раст не тот, что­бы на ка­на­те вы­сту­пать – толь­ко ни­зо­вы­ми, на под­хва­те. А мно­го ли жон­глёр без пары, в оди­ноч­ку, за­ра­бо­та­ет?

Де­вуш­ки неза­мет­но пе­ре­гля­ну­лись и од­но­вре­мен­но, пока ста­рый Фер не ви­дит, сре­за­ли по пря­ди во­лос – Ла­у­ри свет­лую, Бел­ка чёр­ную – и ки­ну­ли в ко­стёр, воз­но­ся при этом мо­лит­ву свя­то­му Же­не­зиу. Что­бы вы­ру­чил, не оста­вил в беде де­тей сво­их. Гла­ва их ма­лень­кой труп­пы счи­тал по­доб­ное глу­по­стью, мол, на свя­то­го на­де­ют­ся те, кто сам ни­че­го не мо­жет. Но так хо­те­лось ве­рить… На­при­мер, взмет­ну­лось ввысь пла­мя не из-за того, что си­дя­щий на­про­тив од­но­вре­мен­но под­ки­нул в ко­стёр охап­ку су­хих ве­ток – а свя­той услы­шал прось­бу.

На­вер­ное, из-за пла­ме­ни, осле­пив­шем на несколь­ко се­кунд, де­вуш­ка и не по­ня­ла, по­че­му вдруг Дав по­ло­жил ла­донь на во­ткну­тый в брев­но то­пор, а Стаф, ко­то­рый ча­стень­ко жон­гли­ро­вал но­жа­ми, рас­пря­мил­ся от огня и встал впол­обор­ота­ к ко­ст­ру, буд­то со­би­рал­ся пару этих са­мых но­жей ки­нуть. Ко­гда гла­за сно­ва на­ча­ли хоть что-то раз­ли­чать в окру­жа­ю­щей ве­чер­ней си­не­ве, Бел­ка уви­де­ла двух чу­жа­ков с боль­ши­ми пле­тё­ны­ми ко­ро­ба­ми за спи­ной и в со­про­вож­де­нии здо­ро­вен­ной ов­чар­ки-вол­ко­да­ва. На са­мой гра­ни­це невер­но­го све­та ко­ст­ра де­вуш­ка, по виду года на два млад­ше Ла­у­ри. Ско­рее ро­вес­ни­цу Бел­ки. Чуть бли­же к огню сто­ял муж­чин лет со­ро­ка. Под одеж­дой и в су­мер­ках фи­гу­ру разо­брать слож­но, но на­мё­тан­ный глаз ак­три­сы оце­нил, что сло­жен чу­жак хо­ро­шо. Да и ли­цом очень даже ни­че­го… если бы не без­об­раз­ный шрам, урод­ли­вой по­ло­сой иду­щий от пра­во­го уха до под­бо­род­ка. Слов­но кровь оста­нав­ли­вать при­шлось на­спех, при­жи­га­ю­щей на­стой­кой, а по­том неудач­но пы­та­лись вы­пра­вить у це­ли­те­ля.

– Доб­рой ночи и пре­бу­дет с вами доб­ро­та Еди­но­го, – гость опе­ре­дил си­дя­щих у ко­ст­ра. – Доз­во­ли­те к огню при­сесть?

– Со­то­ва­ри­щей по ре­ме­с­лу мы рады ви­деть все­гда, – от­ве­тил за всех Фер. – При­са­жи­вай­тесь к ко­ст­ру и раз­де­ли­те с нами то, что Еди­ный по­слал.

Бел­ка удив­лён­но по­смот­ре­ла на ста­рей­ши­ну труп­пы, по­том за­ме­ти­ла у го­стей на обо­их ко­ро­бах свя­зан­ные узел­ком лен­точ­ки. Вот, зна­чит, как. Как и они… Хотя не со­всем. По но­ше­ной, но доб­рот­ной, без чи­нё­ных про­рех одёж­ке вид­но, что эти двое не бед­ству­ют. Тем вре­ме­нем го­сти ски­ну­ли по­кла­жу на зем­лю, и по­ве­ли уста­лы­ми пле­ча­ми. Муж­чи­на под­сел к огню сра­зу, де­вуш­ка, оце­нив за­ки­па­ю­щую в кот­ле воду и раз­ло­жен­ные на кус­ке тка­ни мы­тые ко­ре­нья, до­ста­ла из сво­е­го ко­ро­ба ме­шо­чек с кру­пой и неболь­шой свёр­ток, и от­да­ла его тё­туш­ке Мале. Жен­щи­на бла­го­дар­но кив­ну­ла, и ско­ро от ко­ст­ра по­тя­ну­ло вкус­ны­ми за­па­ха­ми каши с са­лом – та­ки­ми вкус­ны­ми, что ле­жав­ший ря­дом с ко­ро­ба­ми пёс за­ин­те­ре­со­ван­но под­нял го­ло­ву и по­вёл но­сом.

Ко­гда опу­сте­ла по­след­няя мис­ка, уже со­всем стем­не­ло. К ко­ст­ру сно­ва по­до­бра­лась ти­ши­на. Бел­ка за­ме­ти­ла, что Фер и Дав по­сле еды не рас­сла­би­лись, как осталь­ные, а смот­рят по-преж­не­му на­пря­жён­но и на­сто­ро­жен­но.

– Спа­си­бо, хо­зяй­ка, – муж­чи­на при­встал и ува­жи­тель­но по­кло­нил­ся тё­туш­ке Мале, – очень вкус­но по­лу­чи­лось. И я рад, что мы на­гна­ли вас имен­но сей­час, а не на ка­ком-ни­будь по­сто­я­лом дво­ре.

– По­нят­но, – кив­нул ста­рик. – И что же вам от нас надо?

– Мы хо­те­ли про­сить раз­ре­ше­ния при­со­еди­нить­ся к вам. Меня зо­вут Ивар, я – фо­кус­ник. А это моя дочь Лей­тис, она дрес­си­ров­щи­ца.

Все, кро­ме Фера, изум­лён­но за­сты­ли на ме­сте. Ста­ри­ка же во­прос вро­де бы и не уди­вил. Он вни­ма­тель­но осмот­рел го­стей, по­том спро­сил:

– Что вам надо от нас? Вы сами пре­крас­но ви­ди­те, что дела у нас по­след­нее вре­мя идут не очень. Но про­си­те имен­но нас, хотя фо­кус­ни­ка и мо­ло­дую де­вуш­ку-дрес­си­ров­щи­цу с удо­воль­стви­ем при­мет лю­бая труп­па. Если, ко­неч­но, за вами нет дур­ной сла­вы.

Чу­жак на об­ви­не­ние от­ре­а­ги­ро­вал мол­ча­ни­ем, а ко­гда за­го­во­рил, го­лос его зву­чал глу­хо.

– Нас не возь­мут. Не из-за дур­ной сла­вы. Из-за стра­ха. Вот, – муж­чи­на до­стал ко­шель, и все ах­ну­ли: на ла­до­ни в туск­лом све­те ко­ст­ра за­бле­сте­ла зо­ло­тая мо­не­та. – Мы ез­ди­ли на се­ве­ро-во­сто­ке, и было нас де­вя­те­ро. Од­наж­ды мы за­бра­лись к са­мой гра­ни­це, к Безум­но­му лесу. И там… там свя­той Же­не­зиу сде­лал нам по­да­рок. Зо­ло­та хва­ти­ло бы и на по­ло­жен­ный всту­пи­тель­ный взнос в гиль­дию ак­тё­ров, и на обу­строй­ство те­ат­ра. Но трое за­бы­ли, для чего свя­той де­ла­ет дары. Они ре­ши­ли, что с день­га­ми хо­ро­шо устро­ят­ся и так. Взя­ли долю и ушли. Про­кля­тье же упа­ло на всех. Пока мы по­ня­ли, что наш един­ствен­ный шанс – при­со­еди­нить­ся к чу­жой труп­пе, с ней до­брать­ся до оке­а­на и уехать из стра­ны – оста­лись толь­ко я и дочь. По­то­му мы и про­сим вас по­мочь. Вза­мен… Что­бы на вас не пало про­кля­тье, на зо­ло­то мы ку­пим два но­вых фур­го­на, ло­ша­дей и рек­ви­зит. За­ра­бо­тан­ное же вме­сте с вами не счи­та­ет­ся, это день­ги в об­щий ко­тёл. А ко­гда мы ся­дем на ко­рабль, фур­го­ны ста­нут бро­шен­ным иму­ще­ством, даже свя­той не осу­дит, если вы его под­бе­рё­те. Про­шу вас…

Ак­тё­ры пе­ре­гля­ну­лись, и на ли­цах то­ва­ри­щей Ла­у­ри уви­де­ла со­чув­ствие, Бел­ка так во­об­ще чуть не рас­пла­ка­лась. Сво­их бро­сать в беде нель­зя, Еди­ный не ве­лел. К тому же, пред­ло­же­ние было очень щед­рое. Хму­рым остал­ся лишь ста­рик Фер.

– Преж­де чем мы при­мем ре­ше­ние, я хочу знать. Кто ты та­кой на са­мом деле. Вот это, – ста­рик по­ка­зал на шрам, – след от ята­га­на. А орки про­ма­хи­ва­ют­ся ред­ко, да и жи­вые по­сле на­бе­гов обыч­но оста­ют­ся толь­ко внут­ри го­род­ских стен.

Над ко­стром по­вис­ла душ­ная ту­гая ти­ши­на. Ис­лу­ин мед­лен­но счи­тал се­кун­ды, что­бы па­у­за вы­гля­де­ла так, буд­то внут­ри идёт борь­ба: рас­ска­зы­вать или нет. На­ко­нец, слов­но ре­шив­шись, он вдруг по­вер­нул­ся к Лей­тис:

– Отой­ди нена­дол­го.

Едва де­вуш­ка скры­лась за пре­де­ла­ми пят­на све­та, пе­ре­дви­нул чур­ба­чок, на ко­то­ром си­дел, по­бли­же к огню и тя­же­ло вздох­нул. Чуть со­гну­тая спи­на, без­воль­но ле­жа­щие на ко­ле­нях руки… и ехид­ный взгляд Лей­тис, ко­то­рый из тем­но­ты так и свер­лил спи­ну. Хо­те­лось негод­ни­цу вы­по­роть, как ма­ло­лет­нюю шкод­ли­вую дев­чон­ку! При­ду­ма­ла она ле­ген­ду, хоть в слез­ли­вые дам­ские ро­ма­ны встав­ляй. Но де­лать нече­го, иг­рать при­дёт­ся до кон­ца.

– Да. Ко­гда-то я дей­стви­тель­но с ме­чом слу­жил на юж­ной гра­ни­це. Пока не встре­тил мать Лей­тис. Бро­сил всё, хотя ка­пи­тан на­ше­го от­ря­да и уго­ва­ри­вал остать­ся, обе­щал ме­сто де­сят­ни­ка. Для меня же су­ще­ство­ва­ла толь­ко она. Мы бро­ди­ли по до­ро­гам де­вять лет, Лей­тис ста­ла для меня до­че­рью, пусть не по кро­ви, но всё рав­но род­ной. Год на­зад ли­хо­рад­ка ото­бра­ла моё сча­стье, и жену, и сына. А те­перь я дол­жен спа­сти хотя бы дочь…

– Хва­тит, – вме­ша­лась Ла­у­ри. – Ка­жет­ся, мы узна­ли до­ста­точ­но.

– И то вер­но, – под­дер­жа­ла её тё­туш­ка Мала. – Нече­го за­зря че­ло­ве­ку душу вы­во­ра­чи­вать. Пред­ла­гаю взять их как по­ло­же­но по на­шим за­ко­нам.

– То есть по­сле пер­во­го вы­ступ­ле­ния со­брать­ся и об­су­дить ещё раз? – при­щу­рил­ся ста­рик. – Доб­ро. Так и по­ре­шим. Де­воч­ка, эй! – крик­нул он в тем­но­ту. – Подь сюда об­рат­но. Всё. По­го­во­ри­ли и до­воль­но. А сей­час всем спать. Нам с утра ещё ось чи­нить, будь она три­жды нелад­на.

На сле­ду­ю­щий день уда­лось тро­нуть­ся с ме­ста к по­лу­дню: слиш­ком уж пло­хие были у ак­тё­ров ин­стру­мен­ты для ре­мон­та. К тому же в лесу не на­шлось под­хо­дя­щей де­ре­вяш­ки сде­лать вре­мян­ку, а до­ро­га оста­ва­лась пу­стын­ной, и по­мо­щи про­сить было не у кого. Боль­ше всех ру­гал­ся ма­гистр, хотя ак­тё­ры и не по­ня­ли, что ко­сте­рил Ис­лу­ин в первую оче­редь свою изоб­ре­та­тель­ность. Так удач­но и есте­ствен­но по­лу­чи­лось всё сло­мать вче­ра. Об­ра­до­вал­ся, что ли­чи­на ап­те­ка­ря сбро­ше­на и мож­но сво­бод­но поль­зо­вать­ся ма­ги­ей ко­гда за­хо­чет и где за­хо­чет. Толь­ко вот со­вер­шен­но не по­ду­мал, как ему же при­дёт­ся всё ис­прав­лять се­год­ня и без ма­гии, по­то­му что оста­точ­ные чары за­про­сто по­чу­ет ка­кой-ни­будь аму­лет у встреч­но­го пут­ни­ка. Рис­ко­вать из-за та­кой ерун­ды не хо­те­лось.

Весь путь до де­рев­ни еха­ли по­чти не раз­го­ва­ри­вая, всех охва­ти­ло ка­кое-то нерв­ное на­пря­же­ние. Люд­ское жи­льё опо­ве­сти­ло о себе за­дол­го до того, как по­ка­за­лись край­ние дома: по­нес­ло за­па­хом тух­лых яиц. Че­рез пару со­тен мет­ров ста­ло по­нят­но, в чём дело – неда­ле­ко от до­ро­ги на зем­ле сто­я­ли несколь­ко ча­нов, в ко­то­рых му­жи­ки что-то по­лос­ка­ли, ря­дом ви­се­ли рас­тя­ну­тые меж­ду стол­ба­ми кожи. Сра­зу за ду­биль­ня­ми по­тя­ну­лись бес­край­ние поля на­чав­шей ко­ло­сить­ся пше­ни­цы. Ещё че­рез пол­ча­са на­ко­нец по­ка­за­лась де­рев­ня, и все вздох­ну­ли с об­лег­че­ни­ем, на­спех за­ла­тан­ная ось по­да­ва­ла нехо­ро­шие зву­ки и было по­нят­но – оста­лось ей недол­го.

Лей­тис при виде са­мой край­ней, по­чер­нев­шей от вре­ме­ни на­по­ло­ви­ну врос­шей в зем­лю избы, окру­жён­ной лох­ма­тым плет­нём из жер­дей, хмык­ну­ла. Впро­чем, осталь­ные дома вы­гля­де­ли по­но­вее и были по­кра­ше­ны. Фур­гон за­мер на окра­ине, а Фер и Ис­лу­ин от­пра­ви­лись на по­ис­ки плот­ни­ка.

Тракт был ез­же­ный, по­ло­ман­ные те­ле­ги при­ез­жа­ли до де­рев­ни ре­гу­ляр­но, так что нуж­ные де­та­ли у плот­ни­ка были дав­но го­то­вы с за­па­сом, даже от­дель­ный на­вес для кли­ен­тов на по­дво­рье сде­лан. Ис­лу­ин при­дир­чи­во вы­брал нуж­ное для ре­мон­та и по­тя­нул­ся было за ко­шель­ком, но ста­рый Фер по­ло­жил свою ла­донь на ко­шель ма­ги­стра, не дав ему раз­вя­зать.

– Стой, ты пока ещё не наш. Нель­зя. По­то­му пла­чу я.

По­лу­чив мо­не­ты, плот­ник сра­зу ска­зал:

– А за ра­бо­ту, зна­чит, бу­дет…

– Да не надо, мы сами, – улыб­нул­ся Ис­лу­ин.

И под­миг­нул Феру, мол, знаю что де­лаю. Впро­чем, ста­рей­ши­на труп­пы и не спо­рил, по­то­му что в лесу уже ви­дел, то­ва­рищ ин­стру­мен­том вла­де­ет непло­хо. Кос­ма­тый му­жик-плот­ник же на эти сло­ва и пан­то­ми­му лишь хмык­нул: пы­тав­ши­е­ся сэко­но­мить кли­ен­ты для него были не в но­вин­ку. И за­кан­чи­ва­лось всё оди­на­ко­во – воз­вра­ща­лись об­рат­но к нему и без­ро­пот­но пла­ти­ли за ра­бо­ту двой­ную цену. Так что плот­ник всё рав­но по­шёл вслед за ак­тё­ра­ми со сво­им ин­стру­мен­том. Да так и остал­ся сто­ять воз­ле фур­го­на ра­зи­нув рот. Встре­тить в здеш­нем за­хо­лу­стье, а уж тем бо­лее сре­ди бро­дя­чих ак­тё­ров, столь вир­ту­оз­но­го ма­сте­ра по де­ре­ву было очень уди­ви­тель­но. Ис­лу­ин же, за­кон­чив ра­бо­ту, по­кро­ви­тель­ствен­но по­хло­пал плот­ни­ка по пле­чу и по­шёл к мест­но­му тка­чу, на сэко­ном­лен­ные день­ги ку­пить тка­ни на за­пла­ты и крас­ку.

Из де­рев­ни фур­гон уез­жал, спря­тав по­лу­чен­ные за дол­гую жизнь шра­мы и раны. И по­лу­чи­лось всё так кра­си­во, что ни­кто не жа­ло­вал­ся на за­пах крас­ки, ко­то­рый дер­жал­ся ещё несколь­ко дней. На­стро­е­ние было ра­дост­ное, вдруг по­ка­за­лось, что все непри­ят­но­сти оста­лись по­за­ди. Если рань­ше оста­нав­ли­ва­лись даже на ху­то­рах, на­де­ясь хоть что-то за­ра­бо­тать, то в этот раз пер­вое пред­став­ле­ние но­вым со­ста­вом ре­ши­ли дать в ка­ком-ни­будь круп­ном селе.

Пер­вым ещё из­да­ли по­ка­зал­ся холм, где за­стыл неболь­шой за­мок мест­но­го ба­ро­на. Слов­но на­чер­чен­ные ту­шью по зе­лё­но­му ли­сту тра­вя­ных скло­нов под­ни­ма­лись чёр­ные ка­мен­ные сте­ны, и але­ла че­ре­пи­цей глав­ная баш­ня. Но туда хугла­ры не со­би­ра­лись, с дво­ря­на­ми мо­ро­ки мно­го, а при­бы­ли, как пра­ви­ло, на ло­ма­ный ме­дяк. На пе­ре­крёст­ке одна до­ро­га ухо­ди­ла к подъ­ём­но­му мо­сту, у ко­то­ро­го две кре­стьян­ки с кор­зи­на­ми о чём-то спо­ри­ли со страж­ни­ком. Вто­рая до­ро­га оги­ба­ла холм и бе­жа­ла туда, где у са­мо­го под­но­жия рас­ки­ну­лась де­рев­ня. На краю бес­по­ря­доч­но и тес­но сто­я­ли хи­жи­ны и хо­зяй­ствен­ные по­строй­ки са­мых бед­ных, дома у та­ких были неве­ли­ки и вы­гля­де­ли нека­зи­сто, кры­ты со­ло­мен­ны­ми кров­ля­ми. По­ло­ви­на жи­ли­ща во­об­ще от­ве­де­на для ско­ти­ны, вме­сте с са­ра­ем для сена и жит­ни­цей для зер­на. Но бед­ных до­ми­шек было немно­го, по боль­шей ча­сти в де­ревне сто­я­ли доб­рот­ные боль­шие дома. Не по­лу­зем­лян­ки с гли­ня­ным по­лом – бе­лё­ные ма­зан­ки на фун­да­мен­те, с про­стор­ны­ми дво­ра­ми и креп­ки­ми огра­да­ми. Де­рев­ня была не про­сто за­жи­точ­ной, в ней даже жил на­сто­я­щий ли­цен­зи­ро­ван­ный маг. Пусть сла­бень­кий, на щите, ко­то­рый гор­до вы­сил­ся воз­ле са­мо­го бо­га­то­го дома де­рев­ни, под гер­бом Гиль­дии была на­ма­лё­ва­на все­го-то ше­стёр­ка, са­мый низ­кий ранг. Но для здеш­них за­хо­луст­ных мест даже это счи­та­лось за­пре­дель­ным уров­нем ча­ро­дей­ско­го ис­кус­ства.

Мимо лип, от­де­ляв­ших де­ре­вен­скую до­ро­гу от по­лей, фур­гон подъ­е­хал к де­ревне и встал на краю боль­шо­го луга. Стаф сра­зу же по­ста­вил ря­дом с фур­го­ном шест с при­вя­зан­ны­ми лен­та­ми, мол, ве­че­ром бу­дем да­вать пред­став­ле­ние. Сра­зу как фур­гон за­мер, и встреч­ный ве­те­рок пе­ре­стал об­ду­вать лица, каж­дый ощу­тил, на­сколь­ко в пол­день жар­ко и душ­но. Даже на­се­ко­мые разо­мле­ли, при­се­ли от­дох­нуть, по­вис­ла глу­хая ти­ши­на. Со сто­ро­ны по­лей по­слы­шал­ся то­пот и мы­ча­ние, это воз­вра­ща­лись ста­да ба­ро­на и кре­стьян. Тут же вы­бе­жа­ли хо­зяй­ки, что­бы за­брать свою ско­ти­ну у пас­ту­ха и за­гнать в хлев, усерд­но по­мо­га­ли им в этом дети. За ста­дом на­ча­ли воз­вра­щать­ся со сво­их на­де­лов муж­чи­ны. Они шли нето­роп­ли­во, в за­пач­кан­ных ру­ба­хах и ша­ро­ва­рах, в шап­ках из под­би­той хол­сти­ной шер­стя­ной ма­те­рии, в гру­бых тол­стых баш­ма­ках, за­го­ре­лые, бо­ро­да­тые, об­ли­тые по­том. Мед­лен­но рас­хо­ди­лись по сво­им до­мам, где к их при­хо­ду уже за­го­тов­лен обед. По­том де­рев­ня на ка­кое-то вре­мя вы­мрет, кре­стьяне при­ля­гут от­дох­нуть, за­тем опять пой­дут в поле. Но судя по тому, как за­ин­те­ре­со­ван­но смот­ре­ли воз­вра­щав­ши­е­ся с по­лей отцы се­мейств и как кру­ти­лись во­круг дети, на ве­чер­нее пред­став­ле­ние явит­ся вся де­рев­ня.

В ожи­да­нии за­ка­та Стаф и Дав оста­лись го­то­вить ме­сто, а осталь­ные раз­бре­лись кто куда: ис­ку­пать­ся в жур­чав­шей неда­ле­ко реч­ке, по­сти­рать вещи или про­сто по­ва­лять­ся в те­нёч­ке. Ма­ги­стра Лей­тис на­шла в укром­ном угол­ке: река здесь де­ла­ла неболь­шую пет­лю, а гу­стые ку­сты и пара де­ре­вьев скры­ва­ли и от солн­ца, и от слу­чай­но­го про­хо­же­го. Ис­лу­ин ле­жал и же­вал тра­вин­ку, вре­мя от вре­ме­ни бро­сая в воду го­лы­ши из гро­моз­див­шей­ся ря­дом куч­ки и за­дум­чи­во на­блю­дал, как по воде бе­гут кру­ги. За­ме­тив уче­ни­цу, он при­гла­ша­ю­ще мах­нул ей при­са­жи­вать­ся ря­дом. Ко­гда де­вуш­ка удоб­но устро­и­лась под де­ре­вом, вы­плю­нул тра­вин­ку и со вздо­хом ска­зал:

– Смеш­но ска­зать. Нерв­ни­чаю пе­ред вы­ступ­ле­ни­ем. В про­шлом мне до­во­ди­лось несколь­ко раз изоб­ра­жать ак­тё­ра и даже иг­рать на сцене. Но там мы стра­хо­ва­ли на­ше­го шпи­о­на, долж­ны были за­вя­зать дра­ку на слу­чай, если об­на­ру­жат, как он по хо­зяй­ским по­ко­ям ша­рит. А тут… Если опло­ша­ешь – в тебя по­ле­тит не ар­ба­лет­ный болт, а все­го лишь тух­лое яйцо, да и зри­тель про­сто оби­дит­ся и уй­дёт. Про­сто оби­дит­ся…

– Спра­вим­ся, – по­жа­ла пле­ча­ми Лей­тис. – Мо­жет это глу­по… Но пока мы еха­ли, одна из них – та тём­нень­кая, Бел­ка – так вот, она рас­ска­за­ла, как они жили по­след­ние ме­ся­цы. Мы-то что, лег­ко опять сме­ним мас­ку и уй­дём. А они про­па­дут. На­при­мер, этот, вы­со­кий и ху­дой. Стаф. Он ли­хо­рад­ку так и не до­ле­чил, но­ча­ми каш­ля­ет… Но тихо, что­бы не слы­шал ни­кто – а то осталь­ные опять вы­сту­пать за­пре­тят. Так что… – де­вуш­ка сму­щён­но за­мя­лась. – Нам сто­ит по­ста­рать­ся и ради них.

– Да лад­но тебе, – улыб­нул­ся Ис­лу­ин. – Ты меня уго­ва­ри­ва­ешь, буд­то у меня со­всем уж серд­ца нет. Пра­ва ты, пра­ва. По­это­му не сто­ит рас­си­жи­вать­ся, – под­нял­ся ма­гистр. – По­шли-ка, по­мо­жем при­го­то­вить­ся и про­ве­рим, что­бы всё се­год­ня про­шло как надо.

В хло­по­тах оста­ток дня бук­валь­но про­ле­тел, а ко­гда солн­це по­баг­ро­ве­ло и кос­ну­лось ниж­ним кра­ем го­ри­зон­та, и на лугу ря­дом с фур­го­ном на­ча­ли со­би­рать­ся люди. Сна­ча­ла вез­де­су­щие ре­бя­тиш­ки, по­том взрос­лые. На­ко­нец, по­до­шли са­мые ува­жа­е­мые люди – ста­ро­ста и маг. На го­мо­ня­щую ре­бят­ню сра­зу шик­ну­ли, тре­буя ти­ши­ны: вы­ступ­ле­ние на­ча­лось.

Пер­вой была Бел­ка со сво­и­ми пес­ня­ми, за­тем стан­це­ва­ла Ла­у­ри. В пе­ре­рыв сно­ва пели Бел­ка вме­сте с де­ся­ти­лет­ним Ни­ка­си, по­сле чего ак­ро­ба­ты вы­шли на ка­нат, жон­гли­ро­вать фа­ке­ла­ми, но­жа­ми и мя­ча­ми. Лей­тис вос­хи­щён­но за­смот­ре­лась, как лихо ак­ро­ба­ты дер­жат в воз­ду­хе коль­ца из ша­ри­ков и фа­ке­лов – то вдво­ём на ка­на­те, то спус­ка­ют их по­мощ­ни­кам на зем­лю, а по­том сно­ва под­ни­ма­ют ввысь. Но вот оба пар­ня спрыг­ну­ли вниз, и вме­сте со стар­шим по­ко­ле­ни­ем ото­шли к фур­го­ну. При­шла пора но­вич­ков.

Сна­ча­ла вы­шла Лей­тис, в яр­ком пла­тье из раз­но­цвет­ных по­лос тка­ни. Де­вуш­ка про­шла вдоль на­сто­ро­жен­но и за­ин­те­ре­со­ван­но мол­ча­щей тол­пы, по­том вер­ну­лась к се­ре­дине и гром­ко по­зва­ла:

– Зай­чик! Зай­чик, где ты?

Тол­па с лю­бо­пыт­ством на­ча­ла смот­реть в сто­ро­ну фур­го­на… Как вдруг, ак­ку­рат­но раз­дви­гая сто­яв­ших лю­дей, мимо них к де­вуш­ке вы­шла здо­ро­вен­ная со­ба­ка.

– Зай­чик, куда же ты убе­жал? Нас ждут.

Со­ба­ка по­ло­жи­ла что-то на зем­лю, по­том гром­ко ска­за­ла «гав», по­до­бра­ла пред­мет и по­до­шла к ста­ро­сте. Тот его ак­ку­рат­но взял, по­том по­смот­рел на пояс и гром­ко ска­зал:

– Вот-те на. Я и не за­ме­тил, как шну­рок пе­ре­тёр­ся. Ой, спа­си­бо.

Тол­па взо­рва­лась ру­ко­плес­ка­ни­я­ми, а Лей­тис тем вре­ме­нем про­дол­жи­ла:

– Ну, раз про­па­жу от­дал, да­вай по­ка­зы­вай, чего ещё уме­ешь.

Пёс сно­ва гавк­нул и при­нял­ся по­ка­зы­вать. Как уме­ет счи­тать, как уме­ет тан­це­вать или как уме­ет изоб­ра­жать кош­ку или ло­шадь. Ко­гда Лей­тис по­ки­да­ла им­про­ви­зи­ро­ван­ную сце­ну, тол­па хло­па­ла ей не пе­ре­ста­вая.

Сле­дом вы­шел ма­гистр. Оде­тый в си­нюю ман­тию с блёст­ка­ми и кол­пак, лицо за­кры­ва­ла раз­ма­лё­ван­ная мас­ка. Он по­смот­рел на зри­те­лей, и над лу­гом по­ле­тел гром­кий го­лос.

– Ну а я буду по­ка­зы­вать фо­ку­сы. Вы, на­вер­ное, ду­ма­е­те, что буду до­ста­вать из шап­ки вся­ких зай­цев, – Ис­лу­ин снял шап­ку, по­ка­зал: она пу­ста – и тут же до­стал из неё сши­то­го из тря­по­чек зай­ца. В тол­пе раз­да­лись смеш­ки, – так вот, это не так. Я буду по­ка­зы­вать со­всем дру­гое.

Ма­гистр до­стал из меш­ка стек­лян­ный ци­лин­дри­че­ский со­суд, опо­я­сан­ный ме­тал­ли­че­ски­ми коль­ца­ми, на­лил туда под­кра­шен­ной воды. По­том при­гла­сил же­ла­ю­щих про­ве­рить – дна не было, но вода не вы­ли­ва­лась. Несколь­ко «вол­шеб­ны­х» пас­сов – и жид­кость стру­ёй ле­тит на зем­лю. Сле­дом из меш­ка по­яв­ля­ют­ся две по­лу­сфе­ры с руч­ка­ми, и лю­бой же­ла­ю­щий при­гла­ша­ет­ся убе­дить­ся, что это са­мые обыч­ные же­лез­ки. Ко­то­рые скла­ды­ва­ют­ся в шар – и разо­мкнуть по­ло­вин­ки не мо­гут двое силь­ных муж­чин.

– Кол­дов­ство, – крик­нул кто-то.

Но де­ре­вен­ский маг важ­но по­до­шёл к фо­кус­ни­ку, что-то про­ве­рил и гром­ко от­ве­тил:

– Ни­ка­ко­го ча­ро­дей­ства нет.

Тол­па в от­вет бук­валь­но взо­рва­лась хлоп­ка­ми, одоб­ри­тель­ны­ми кри­ка­ми и сви­стом. Но тут же смолк­ла: Ис­лу­ин на­чал по­ка­зы­вать но­вый фо­кус. По­том сно­ва пели и вы­сту­па­ли ак­ро­ба­ты, за­тем ещё раз по­зва­ли Лей­тис с со­ба­кой. Ну а Ис­лу­ин пе­ре­го­во­рил с мест­ным ма­гом – в душе каж­до­го взрос­ло­го немно­го жи­вёт ре­бё­нок, ко­то­рый меч­та­ет вый­ти на сце­ну. Уже вдво­ём они устро­и­ли несколь­ко фо­ку­сов, от ко­то­рых зри­те­ли аха­ли, пе­ре­жи­ва­ли и немнож­ко блед­не­ли, сам же ча­ро­дей за­ли­ви­сто сме­ял­ся…

Уже но­чью ар­ти­сты воз­ле ко­ст­ра за­во­ро­жён­но счи­та­ли, сколь­ко им на­ки­да­ли за вы­ступ­ле­ние про­дук­тов, ве­щей и даже мо­нет – вы­шло аж на це­лых пол­то­ра се­реб­ря­ных хей­та. Для лета за­ра­бо­ток за один раз про­сто немыс­ли­мый, по­это­му о со­мне­ни­ях пер­вой встре­чи ни­кто боль­ше не вспом­нил.

***

Сле­ду­ю­щие две неде­ли фур­гон нето­роп­ли­во ка­тил на за­пад, от де­рев­ни к де­ревне, от вы­ступ­ле­ния к вы­ступ­ле­нию. И каж­дые несколь­ко дней Ис­лу­и­ну при­хо­ди­лось его ла­тать, а де­вуш­кам ко­лоть паль­цы игол­ка­ми, за­де­лы­вая оче­ред­ную про­ре­ху. По­то­му, едва ука­за­тель на трак­те со­об­щил, что неда­ле­ко боль­шой го­род, ре­ше­но было свер­нуть туда и ку­пить две но­вых по­воз­ки, как хо­те­ли в ночь зна­ком­ства.

Го­род дал о себе знать за­дол­го до того, как по­ка­за­лись сте­ны. Сна­ча­ла на ши­ро­ком трак­те ста­ло не про­толк­нуть­ся от пе­ше­хо­дов, те­лег и всад­ни­ков. За­тем утрам­бо­ван­ную гли­ну под но­га­ми сме­нил ка­мень. В од­ном ме­сте при­шлось дол­го об­хо­дить огром­ный за­тор – ра­бо­чие за­но­во укла­ды­ва­ли бу­лыж­ник, пе­ре­го­ро­див из-за это­го доб­рую по­ло­ви­ну трак­та. Даль­ше по­шли мно­го­чис­лен­ные сло­бо­ды, от­ку­да до са­мо­го го­ро­да было уже ру­кой по­дать. До­ро­га сде­ла­ла оче­ред­ной по­во­рот, и на­ко­нец вы­ве­ла к го­род­ским укреп­ле­ни­ям. Впра­во и вле­во от до­ро­ги шла вы­со­чен­ная ка­мен­ная сте­на, ко­то­рая каж­дые пять­де­сят мет­ров упи­ра­лась в ка­мен­ную же баш­ню. При­чём сте­на была та­кой тол­стой и ши­ро­кой, что по ней без тру­да мог­ли разой­тись два че­ло­ве­ка.

И сра­зу же на въез­де в го­род слу­чи­лась непри­ят­ность. Ко­гда мед­лен­но сдви­га­ю­ща­я­ся оче­редь те­лег до­нес­ла фур­гон до во­рот, мо­ло­день­кий страж­ник от­ка­зал­ся его про­пус­кать. По­ка­зал на раз­ма­лё­ван­ный тент, с кри­ком:

– Про­ва­ли­вай­те, за­пре­ще­но та­ким вы­сту­пать, – он гру­бо от­толк­нул Фера, ко­то­рый по­до­шёл за­пла­тить въезд­ную по­шли­ну. К ста­ри­ку на по­мощь по­спе­ши­ли Дав и Ис­лу­ин, но и их крас­но­ре­чие про­па­ло впу­стую, па­ре­нёк упёр­ся: – Знаю я ва­ше­го бра­та. Жу­льё, прав­ду люди го­во­рят. Вам толь­ко про­ехать – так на ба­зар не тор­го­вать пой­дё­те, а того, за­кон на­ру­шать.

Все при­уны­ли. За один день за­ку­пить­ся всем необ­хо­ди­мым вряд ли удаст­ся, а го­сти­ни­цы сна­ру­жи го­род­ской сте­ны де­рут втри­до­ро­га. Но­че­вать же в чи­стом поле по­про­сту опас­но, не де­ре­вен­ские ме­ста, лег­ко мож­но на­рвать­ся на гра­би­те­лей.

На шум вы­шел стар­ший ка­ра­у­ла. Па­рень-страж­ник было ки­нул­ся к нему за под­держ­кой, но му­жик от­мах­нул­ся от соп­ля­ка. По­том вни­ма­тель­но по­смот­рел на хугла­ров и вдруг по­ма­нил к себе Ис­лу­и­на. Мол, раз­го­вор есть. Ко­гда оба ото­шли чуть в сто­ро­ну, про­зву­чал во­прос:

– Где тебя так? Не при Рап­па­хе, слу­ча­ем?

– Нет, во­сточ­нее, на гра­ни­це.

– А сре­ди них-то как ока­зал­ся?

– Как за­це­пи­ло, не за­хо­тел при от­ря­де ка­ле­кой до­жи­вать. Или бо­бы­лем оста­вать­ся да вот та­ких же, – ма­гистр мах­нул ру­кой в сто­ро­ну па­рень­ка, – недо­тёп на­тас­ки­вать. А тут… жен­щи­на у меня была, а те­перь вот дочь рас­тёт. По мне – так куда счаст­ли­вее судь­ба.

– Доб­ро. За сво­их ру­ча­ешь­ся?

– Ру­ча­юсь. За­ко­ны все зна­ют, и что не всту­пив­шим в гиль­дию вы­сту­пать внут­ри стен за­пре­ще­но – пом­нят.

– Доб­ро. Эй! – крик­нул стар­ший страж­ник по­мощ­ни­ку. – Про­пус­кай!

Ис­лу­ин бла­го­дар­ствен­но кив­нул и по­спе­шил к фур­го­ну. Осталь­ные в здеш­них кра­ях уже бы­ва­ли, по­то­му го­сти­ни­цу вы­би­рать не при­шлось. Всё рав­но еха­ли до по­сто­я­ло­го дво­ра по­чти час – го­род на­счи­ты­вал дол­гую ис­то­рию, и, в от­ли­чие от со­бра­тьев по­мо­ло­же, мог по­хва­стать­ся за­пу­тан­ным клуб­ком из­ви­ли­стых улиц и по­сто­ян­ны­ми за­то­ра­ми. По до­ро­ге до го­сти­ни­цы Ис­лу­ин раз­мыш­лял: не зря, ко­гда они при­ду­мы­ва­ли ле­ген­ду, Лей­тис, на­ста­и­ва­ла на об­ра­зе ве­те­ра­на или быв­ше­го дру­жин­ни­ка. А вот Ис­лу­ин, как чу­жак, про та­кое ува­жи­тель­ное от­но­ше­ние к ста­рым во­и­нам даже не за­ду­мал­ся… Зато те­перь обя­за­тель­но надо за­пом­нить и учесть на бу­ду­щее, ко­гда нач­нут­ся пе­ре­го­во­ры меж­ду Им­пе­ри­ей и хан­жа­ра­ми.

На по­сто­я­лом дво­ре, едва до­го­во­ри­лись с хо­зя­и­ном о по­стое и раз­гру­зи­лись, все со­бра­лись на со­вет-со­ве­ща­ние в од­ной из ком­нат. Сра­зу же ре­ши­ли, что если уж их так непри­вет­ли­во встре­ти­ли, то и за­дер­жи­вать­ся лиш­не­го в го­ро­де не сто­ит. При­дёт­ся раз­де­лить­ся: зав­тра Ла­у­ри и Ни­ко­си при ней как са­мый ма­лень­кий оста­нут­ся сто­ро­жить вещи в го­сти­ни­це, Мала и Дав пой­дут по­ку­пать при­па­сы, Ис­лу­ин и ста­рик Фер ис­кать по­воз­ки. Лей­тис, раз уж она в жи­вот­ных раз­би­ра­ет­ся, вме­сте с Бел­кой и Ста­фом пой­дёт за ло­шадьм­и.

Огром­ный тор­го­вый го­род впе­чат­лил даже Лей­тис и Ста­фа, ко­то­рые бы­ва­ли в цен­тре им­пе­рии, Бел­ка же, всю жизнь ко­че­вав­шая по окра­и­нам, удив­лён­но кру­ти­ла го­ло­вой во все сто­ро­ны. Все ули­цы были за­мо­ще­ны бу­лыж­ни­ком, при­чём дро­би­ли его мел­ко по­чти в ще­бён­ку, жё­ло­ба для от­хо­дов в цен­тре ули­цы при­кры­ты крыш­ка­ми, что­бы не вы­хо­ди­ли вред­ные за­па­хи и не умень­ша­ли до­ступ­ную для езды пло­щадь. Дома тоже за­став­ля­ли Бел­ку за­ми­рать от вос­тор­га. Сплошь из кам­ня, на фун­да­мен­тах, ни­ка­ких сель­ских ма­за­нок или сру­бов. К тому же если око­ло сте­ны ещё встре­ча­лись дома двух­этаж­ные, то даль­ше они под­ни­ма­лись в три, а ино­гда в че­ты­ре эта­жа и даже в пять. И ведь не двор­цы ка­ко­го вель­мо­жи. Если су­дить по лав­кам вни­зу да вы­вес­кам, жили в них обыч­ные люди.

На Юж­ном рын­ке, где тор­го­ва­ли ло­шадьм­и, ни­кто из ак­тё­ров не был. Но Стаф, ко­то­рый в про­шлый при­езд мно­го хо­дил по го­ро­ду, за­явил:

– Тут есть ко­рот­кая до­ро­га. Это бли­же, чем об­рат­но в сто­ро­ну Се­вер­ных во­рот, а по­том по боль­шой дуге па­рал­лель­но го­род­ской стене.

– Уве­рен? – не по­ве­ри­ла Бел­ка.

– Ещё как. Вот сюда, по­том пря­мо. Зато на ры­нок к от­кры­тию при­дём. Мож­но пер­вы­ми вы­брать и по­де­шев­ле бу­дет.

Все трое сме­ло свер­ну­ли на неболь­шую ули­цу, ко­то­рая, вро­де, шла в нуж­ном на­прав­ле­нии, за­тем ещё на одну, по­том ещё… Че­рез два­дцать ми­нут они по­ня­ли, что за­блу­ди­лись. Оди­на­ко­вые дома оди­на­ко­во­го пыль­но­го кам­ня, по­хо­жие как две кап­ли воды из­ви­ли­стые ули­цы. Толь­ко вы­вес­ки пест­рят. Вро­де раз­ные, но если баш­мач­ник – так вез­де са­пог ви­сит, если хар­чев­ня ка­кая – то обя­за­тель­но сви­ная го­ло­ва. Чу­жа­ку не разо­брать. К тому же, в от­ли­чие от сто­ли­цы или круп­ных тор­го­вых го­ро­дов, на сте­нах ни од­ной таб­лич­ки с на­зва­ни­ем ули­цы или хотя бы рай­о­на, здесь не было.

Оста­ва­лось одно – спро­сить кого-ни­будь из мест­ных. К со­жа­ле­нию, хотя про­хо­жих было и нема­ло, от­ве­чать они от­ка­зы­ва­лись. Бурк­нут что-то невра­зу­ми­тель­ное – и всё, а то во­об­ще мол­ча обой­дут, слов­но пе­ред ними нежи­вое пре­пят­ствие и пой­дут даль­ше.

– Это в нас хугла­ров опо­зна­ли, – рас­стро­и­лась Бел­ка. – Как вы­сту­пать так зо­вут, а как по­мочь…

Стаф в от­вет хмык­нул:

– Не бери в го­ло­ву, это они ко всем так. Мест­ные свой квар­тал зна­ют, а чу­жак – он все­гда по­до­зри­тель­ный. Даже если кто из со­сед­не­го рай­о­на за­бре­дёт, так­же от­но­сить­ся бу­дут. Ни­че­го, кто-то да от­ве­тит. Тут глав­ное спра­ши­вать всех и по­на­стой­чи­вее.

На­ко­нец, на­шёл­ся ка­кой-то ста­ри­чок, ко­то­рый со­гла­сил­ся их вы­слу­шать и, шам­кая, на­чал объ­яс­нять.

– Так жам пря­мот, как до Мщё­ной ули­цы до­бе­рётсь, там по ней до дома Жи­ло­на кам­нь­щи­ка, а по­том по­вр­нё­те…

– Отец! – обо­рвал его Стаф. – Не зна­ем мы тво­е­го Жи­ло­на. И осталь­ных не зна­ем.

– А… Так б сраз и шка­жал, а то до­ро­ху ему, да точ­но, – на этом ме­сте де­вуш­ку прыс­ну­ли в ку­лак, а Стаф по­смот­рел на дед­ка нехо­ро­шим взгля­дом. – Ты, шы­нок, за­ч­шит, пря­мо щас, че­рез два пе­ре­крё­шт­ка на­пра­во, а у дома, там ку­вал­да иж­об­ра­ше­на, так у неё на­ле­во. И пря­мо, а у Ра­ту­ши до­фрые люди подж­ка­жут.

Стаф ко­рот­ко по­бла­го­да­рил, по­сле чего под­хва­тил де­ву­шек за руки и по­та­щил за со­бой. В ито­ге до­бра­лись без но­вых при­клю­че­ний, но в ре­зуль­та­те «ко­рот­кий» путь по­лу­чил­ся раза в два длин­нее, по­это­му к рын­ку они вы­шли силь­но поз­же, чем рас­счи­ты­ва­ли. Ого­ро­жен­ная тер­ри­то­рия с за­го­на­ми для жи­вот­ных была уже по­лу­пу­ста, от ло­ша­дей в ос­нов­ном оста­ва­лись толь­ко кучи на­во­за. Под­хо­дя­щих му­лов или тяг­ло­вых пер­ше­ро­нов уже по­чти не оста­лось, а за­пря­гать в фур­гон ез­до­во­го коня было глу­по и не по кар­ма­ну.

Ак­тё­ры обо­шли ры­нок несколь­ко раз и уже по­чти сми­ри­лись, что при­дёт­ся при­хо­дить ещё, ко­гда Лей­тис вдруг оста­но­ви­лась и на­пра­ви­лась к од­но­му из за­го­нов, где сто­я­ли два по­ну­рых коня. Стаф удив­лён­но под­нял бровь: ко­неч­но, пер­ше­ро­ны, и ред­кой, до­ро­гой по­ро­ды. Но судя по все­му, боль­ные. За­чем они нуж­ны? Тем вре­ме­нем де­вуш­ка по­до­шла к тор­гов­цу, по­ка­за­ла на за­гон, и до осталь­ных до­нес­лось:

– Сколь­ко?

От­вет разо­брать из-за за­ре­вев­ше­го ря­дом осла не по­лу­чи­лось, но, ко­гда Бел­ка и Стаф по­до­шли по­бли­же, торг шёл пол­ным хо­дом.

– Да вы по­смот­ри­те, ка­кие кра­сав­цы, ка­кая ро­до­слов­ная!

– По­бой­тесь Еди­но­го. Они рань­ше столь­ко сто­и­ли, а те­перь их толь­ко на жи­во­дёр­ню.

– Ну, при­бо­ле­ли немно­го, по­то­му го­тов сбро­сить. Пя­тую часть.

– Умень­шить цену впя­те­ро, вы хо­те­ли ска­зать? Это всё рав­но на­мно­го боль­ше, чем даст за них жи­во­дёр. Если во­об­ще возь­мёт боль­ных, и то­гда вам при­дёт­ся пла­тить му­сор­щи­кам, что­бы они от­вез­ли и со­жгли туши.

– Э…

– Вы ду­май­те, а мы тоже пока по­ду­ма­ем.

Лей­тис ото­зва­ла осталь­ных в сто­ро­ну и негром­ко спро­си­ла:

– Что ска­же­те? Бе­рём?

Стаф мол­ча по­жал пле­ча­ми, явно до сих оби­жен­ный на то, как обе де­вуш­ки ко­сте­ри­ли его за опоз­да­ние. Мол, день­ги твои, что возь­мёшь – то возь­мёшь.

– А ты точ­но су­ме­ешь их вы­ле­чить? – за­со­мне­ва­лась Бел­ка.

– Смо­гу-смо­гу. Я с жи­вот­ны­ми не один год дело имею. А тор­гаш скря­га по­про­сту, да и кони ему явно за бес­це­нок до­ста­лись. Мож­но было в са­мом на­ча­ле лег­ко обой­тись од­ним неслож­ным сна­до­бьем, но склян­ка це­лый хейт сто­ит. Сэко­но­мил, а те­перь рад-ра­дё­ше­нек из­ба­вить­ся – ведь если бо­лезнь за­пу­ще­на, на ле­кар­ства за­про­сто при­дёт­ся по­тра­тить уже не один, а пять хей­тов. Но это если ле­ка­рю пла­тить, а я это сна­до­бье и сама сва­рю. Мы воз­ле Безум­но­го леса жили, там меня и на­учи­ли.

– То­гда да­вай. Бе­рём.

Со сдел­кой про­во­зи­лись дол­го. Стаф на слу­чай, если ло­ша­ди были кра­де­ные, за­ста­вил тор­гов­ца офор­мить куп­чую у ры­ноч­но­го но­та­ри­уса, пусть это и обо­шлось в лиш­ний де­ся­ток ме­дя­ков. По­сле чего Бел­ка всу­чи­ла ему по­во­дья и ска­за­ла:

– Ве­дёшь в го­сти­ни­цу. А мы тут без тебя не про­па­дём, – и шеп­ну­ла Лей­тис: – Если уж мы ока­за­лись в этом го­ро­де… Ла­у­ри мне рас­ска­за­ла, что до нас с дру­гой труп­пой тут уже бы­ва­ла. Есть в го­ро­де одна про­сто ши­кар­ная лав­ка с плат­ка­ми и укра­ше­ни­я­ми. Ина­че бу­дем жа­леть всю жизнь, что не за­шли. Чест­но-чест­но. Но Стаф нам точ­но бу­дет лиш­ний.

– Ну… если так го­во­ришь… То по­шли. Но толь­ко до лав­ки, нас ина­че по­те­ря­ют.

Лав­ка ока­за­лась и впрямь необыч­ной, на по­тем­нев­ших от вре­ме­ни де­ре­вян­ных при­лав­ках и на сте­нах ле­жа­ли и ви­се­ли плат­ки, шали, серь­ги, мо­ни­сто, бусы и уйма дру­гих ве­щей. И пусть сде­ла­но всё было не из зо­ло­та и се­реб­ра, а из де­ре­ва, меди и же­ле­за, не из до­ро­гой гор­ной шер­сти, а из обыч­ной ове­чьей и ко­зьей, но на­столь­ко кра­си­во и уме­ло, что де­вуш­ки за­стря­ли на­дол­го и ушли с по­куп­ка­ми. Пусть даже Лей­тис хо­те­ла толь­ко по­смот­реть и Бел­ку от­го­во­рить день­га­ми раз­бра­сы­вать­ся.

На ули­це Бел­ка сра­зу же по­тя­ну­ла Лей­тис за даль­ше:

– Я тут в го­сти­ни­це спро­си­ла, ря­дом с этой лав­кой трак­тир есть, там та­кие пу­дин­ги…

По­на­ча­лу Лей­тис ис­ка­ла в при­гла­ше­нии двой­ное дно: ведь во вре­мя про­гул­ки мож­но лег­ко нена­ро­ком вы­ма­нить све­де­ния о про­шлом, что­бы про­ве­рить рас­сказ у ко­ст­ра… Но в трак­ти­ре ста­ло по­нят­но, что Бел­ка по­зва­ла её про­сто так. Про­сто по­то­му что хо­те­ла сде­лать при­ят­ное. Не зря она не спра­ши­ва­ла, а боль­ше го­во­ри­ла сама, а то боль­но по­дру­га у неё ка­кая-то хму­рая и пе­чаль­ная. Лето же, надо ве­се­лить­ся пока мож­но! И Лей­тис рас­те­ря­лась: за годы жиз­ни в Тейне даже те, кого она счи­та­ла по­дру­га­ми, эту са­мую друж­бу во­ди­ли не в по­след­нюю оче­редь по­то­му, что так было при­ня­то меж­ду людь­ми её кру­га. И по­дар­ки де­ла­ли, и по­си­дел­ки устра­и­ва­ли, слов­но об­ме­ни­ва­лись услу­гой за услу­гу. А вот про­сто так по­да­рить немно­го хо­ро­ше­го на­стро­е­ния, не тре­буя ни­че­го вза­мен… Та­кое она встре­ча­ла пер­вый раз.

Ко­гда де­вуш­ка рас­ска­за­ла ма­ги­стру про свою про­гул­ку, тот в от­вет по­де­лил­ся, что и с ним слу­чи­лось по­хо­же. Ста­рый Фер, как на­счёт фур­го­нов до­го­во­ри­лись, ре­шил, что но­ви­чок хму­рый боль­но. И по­вёл уте­шать да на­став­лять, мол, не уби­вай­ся так – най­дёшь себе но­вую жен­щи­ну, да и дочь сбе­ре­жёшь. По­сле чего ма­гистр за­дум­чи­во до­ба­вил:

– По­вез­ло нам с ними. Не знаю уж, с чего Сар­нэ-Ту­ром ре­шил сде­лать нам по­да­рок, но спа­си­бо По­ве­ли­те­лю до­рог.

***

Сра­зу как оба пер­ше­ро­на по­пра­ви­лись, фур­го­ны нето­роп­ли­во дви­ну­лись опять на за­пад. От села к селу, от вы­ступ­ле­ния к вы­ступ­ле­нию. Дожд­ли­вый июль сме­нил­ся жар­ким ав­гу­стом, ко­гда дни на­по­ми­на­ют мёд: та­кие же слад­кие, тя­гу­чие и на­пол­нен­ные зо­ло­ти­стым солн­цем. А ещё мел­ки­ми ра­до­стя­ми, ко­то­рые неза­мет­но скла­ды­ва­ют­ся в хо­ро­шее на­стро­е­ние. Пе­ре­стал каш­лять Стаф, у ста­ри­ка Фера боль­ше не бо­ле­ли су­ста­вы, и он смог вер­нуть­ся к бро­шен­но­му было несколь­ко лет на­зад за­ня­тию – вы­ре­за­нию ку­кол и ма­лень­ким ку­коль­ным спек­так­лям на пару с тё­туш­кой Ма­лой. И пусть на са­мом деле «ви­но­ва­ты» были Лей­тис и Ис­лу­ин, вти­ха­ря на­чав­шие ле­чить сво­их спут­ни­ков, для осталь­ных нега­дан­ное здо­ро­вье по­мог­ло на­ко­нец-то окон­ча­тель­но по­ве­рить, что по­ло­са несча­стий за­кон­чи­лась.

Хотя у ма­ги­стра и не было му­зы­каль­ных спо­соб­но­стей, зна­ния, вби­тые ко­гда-то ещё в под­рост­ко­вом воз­расте на­став­ни­ка­ми и стро­го­стью ро­ди­те­лей, ни­ку­да не де­лись. Об­на­ру­жив у Бел­ки ред­кой кра­со­ты го­лос, Ис­лу­ин вти­ха­ря – что­бы про­ни­ца­тель­ный Фер не за­да­вал лиш­них во­про­сов – на­чал учить де­вуш­ку, при­чём не толь­ко да­вал ей клас­си­че­ское му­зы­каль­ное об­ра­зо­ва­ние, но и вспо­ми­нал пес­ни эль­фов и хан­жа­ров. Там же, где он что-то уже под­за­был, та­лант­ли­вой и ста­ра­тель­ной де­вуш­ке за­ча­стую ока­зы­ва­лось до­ста­точ­но лёг­ко­го на­мё­ка и са­мо­го про­сто­го объ­яс­не­ния. Ско­ро в сё­лах за­зву­ча­ли бал­ла­ды лес­но­го на­ро­да, ко­то­рые сре­ди лю­дей не слы­ша­ли уже несколь­ко сто­ле­тий:

Мне лю­бовь да­рит от­ра­ду,

Что­бы звон­че пела я.

Я за­бо­ту и до­са­ду

Прочь гоню, мои дру­зья.

И от всех на­ве­тов злых

Нена­вист­ни­ков моих

Ста­нов­люсь ещё сме­лее –

Вде­ся­те­ро ве­се­лее!

Стро­ит мне во всем пре­гра­ду

Их лу­ка­вая се­мья –

До­би­вать­ся с ними ладу

Не поз­во­лит честь моя!

Я срав­ню лю­дей та­ких

С пе­ле­ною туч гу­стых,

От ко­то­рых день тем­нее, –

Я лу­ка­вить не умею.[1]

У ма­ги­стра, ко­гда он пер­вый раз услы­шал звон­кий го­лос Бел­ки, вдруг при­хва­ти­ло тос­кой серд­це – ко­гда он смо­жет услы­шать эти же пес­ни, но уже из уст эль­фа-со­пле­мен­ни­ка?

Сле­ду­ю­щей от­ли­чи­лась Лей­тис. Она вспом­ни­ла рас­ска­зы Ис­лу­и­на про его ста­рый мир, о жиз­ни на Юге и о том, как де­вуш­ки там тан­це­ва­ли с ог­нём. В её мире по­доб­ное ис­кус­ство было за­бы­то, ведь став­ший Шахри­са­бзсом союз го­ро­дов боль­ше не раз­ре­шал сво­им жен­щи­нам брать в руки ору­жие и уж тем бо­лее вы­сту­пать пе­ред пуб­ли­кой в лёг­ком об­ле­га­ю­щем ко­стю­ме. По­то­му и в Им­пе­рии, и на Ба­да­хо­се, и в осталь­ных ме­стах са­мое боль­шее – жон­гли­ро­ва­ли фа­ке­ла­ми. Лей­тис сна­ча­ла под­го­во­ри­ла Ла­у­ри, за­тем по­про­си­ла Бел­ку со­чи­нить для них му­зы­ку. Сло­жи­ла рас­ска­зы ма­ги­стра и вос­по­ми­на­ния, как её саму учи­ли сра­жать­ся на ме­чах… Ко­гда во вре­мя оче­ред­но­го вы­ступ­ле­ния в гу­стых си­них су­мер­ках вдруг по­яви­лись две строй­ные и гиб­кие фи­гу­ры, окру­жён­ные пла­мен­ным орео­лом, по­тря­сён­но за­мер­ли не толь­ко се­ляне, но и осталь­ные ак­тё­ры.

Но боль­ше всех ма­ги­стра уди­вил Ни­ка­си. Маль­чиш­ка при­стал к Ис­лу­и­ну – как при­ду­мы­вать фо­ку­сы? Тот в от­вет ку­пил и по­да­рил ему кни­гу «Ал­хи­мия и жизнь: ос­но­вы ми­ро­зда­ни­я». И по­яс­нил, что лов­кость рук, ко­неч­но, важ­на – но точ­ный рас­чёт и зна­ние за­ко­нов при­ро­ды глав­нее. Как, на­при­мер, с «вол­шеб­ным ша­ро­м». Обыч­ные по­ло­вин­ки сталь­но­го шара, из ко­то­рых хит­ро спря­тан­ный в сто­ли­ке на­сос во вре­мя «ма­ги­че­ских» пас­сов от­ка­чи­ва­ет воз­дух, а даль­ше их дер­жит ат­мо­сфер­ное дав­ле­ние. Маль­чиш­ка кив­нул, со­гла­сил­ся… И вско­ре по­ка­зал на оче­ред­ном вы­ступ­ле­нии пусть ещё не очень чи­сто вы­пол­нен­ный, но са­мо­сто­я­тель­но при­ду­ман­ный фо­кус.

На этом ме­сте ста­рый Фер взял са­мо­де­я­тель­ность в свои руки.

– Так. Всем оста­но­вить­ся. Хо­ро­шо бы ста­вить сна­ча­ла в из­вест­ность меня как ста­рей­ши­ну, если уж чего в го­ло­ву при­шло…

Стаф и Дав в от­вет гу­сто по­крас­не­ли, так как тоже го­то­ви­ли сюр­приз. Фер веж­ли­во не за­ме­тил, за­кон­чил вы­во­лоч­ку… И вдруг пред­ло­жил со­вер­шен­но необыч­ную идею:

– А да­вай­те объ­еди­ним все но­ме­ра в спек­такль? Как де­ла­ют, ко­гда ста­вят пье­су?

– Так ни­кто не де­лал… – за­со­мне­ва­лась Бел­ка.

– Ну и что? Мы бу­дем пер­вые!

Ста­ри­ка шум­но под­дер­жа­ли, и очень ско­ро труп­па вы­сту­па­ла не от­дель­ны­ми но­ме­ра­ми, а да­ва­ла це­лые пред­став­ле­ния. На од­ной яр­мар­ке их во­об­ще по­про­си­ли за­дер­жать­ся – слиш­ком мно­гие хо­те­ли уви­деть необыч­ное зре­ли­ще, и ради это­го они при­е­ха­ли на тор­жи­ще вто­рой раз, при­вез­ли се­мьи.

***

За­кон­чил­ся жар­кий ав­густ, по­зо­ло­тил де­ре­вья сен­тябрь, от­го­ре­ло жар­кое ба­бье лето. Фур­го­ны нето­роп­ли­во та­щи­лись по ок­тябрь­ской рас­пу­ти­це на за­пад, к оке­а­ну. Ме­ста по­па­лись глу­хие, по­это­му хоть что-то за­ра­бо­тать мож­но было и не на­де­ять­ся. Но дру­го­го пути не было, либо здесь, либо огром­ный крюк до За­пад­но­го Лес­но­го трак­та. А те­рять ме­сяц или пол­то­ра ни Ис­лу­ин, ни Лей­тис не хо­те­ли. Осталь­ных же ак­тё­ров убе­ди­ли, мол, не сто­ит рис­ко­вать: за­стря­нут на бе­ре­гу из-за по­го­ды – а вдруг свя­той на них оби­дит­ся? Ре­шит, что спе­ци­аль­но не то­ро­пи­лись, что­бы к штор­мам под­га­дать и ни­ку­да не ехать.

Се­год­ня по­го­да была ка­кой-то осо­бен­но мерз­кой. Осен­ний дождь сту­чит по кры­шам фур­го­нов, бу­рые об­ле­тев­шие ли­стья с де­ре­вьев вдоль до­ро­ги под ко­лё­са­ми сме­ша­лись с гря­зью. До­ро­га рас­кис­ла, но было по­нят­но, что едва нач­нут­ся су­мер­ки, как в про­дрог­ших лу­жах нач­нёт мёрз­нуть лёд. По­это­му свер­ну­ли на пер­вый же по­пав­ший­ся по­сто­я­лый двор, не осо­бо раз­би­рая, что за ме­сто. Лишь бы под кры­шу. Низ­кая за­коп­чён­ная зала трак­ти­ра была пу­ста, не счи­тая па­роч­ки тор­гов­цев-ко­ро­бей­ни­ков, да непо­нят­но­го до­род­но­го му­жи­ка то ли с при­слу­гой, то ли со сви­той из трёх ти­пов с от­кро­вен­но раз­бой­ни­чьей ро­жей. Обыч­но хо­зя­е­ва го­сти­ниц не бра­ли за по­стой де­нег, если жон­глё­ры пе­ред пуб­ли­кой вы­сту­па­ли или Бел­ка со­гла­ша­лась спеть ве­че­ром пе­ред за­все­гда­та­я­ми. Но се­год­ня Фер и Ис­лу­ин, не сго­ва­ри­ва­ясь, кив­ну­ли друг дру­гу: чем-то им тип не нра­вил­ся, да и на­ро­ду по­чти ни­ко­го, луч­ше за­пла­тить мо­не­та­ми. До­го­ва­ри­вать­ся по­шёл ма­гистр, с быв­ши­ми сол­да­та­ми спо­ри­ли реже.

Но се­год­ня и впрямь день по­пал­ся ка­кой-то неве­зу­чий. Хо­зя­ин уже со­гла­сил­ся и на­звал цену, ко­гда тот са­мый непо­нят­ный му­жик вдруг под­нял го­ло­ву от кув­ши­на с пи­вом и хмель­ным го­ло­сом за­орал:

– О! Ак­тё­ры! Вы­сту­пай­те да­вай­те!

– Гос­по­дин, – на­чал было Фер, – но мы не…

– А ну, спе­ли чего! – опять за­орал му­жик. – Ина­че всем тут хуже бу­дет.

Даль­ше стар­шие не успе­ли вме­шать­ся. Пой­мав ис­пу­ган­ный взгляд хо­зя­и­на трак­ти­ра, сер­до­боль­ная Бел­ка ска­за­ла:

– Я спою, мне нетруд­но.

Скан­даль­ный му­жик, пока она пела, гром­ко пья­но вос­хи­щал­ся, а по­том по­тре­бо­вал

– Ик! Что­бы того, как это в об­че­стве го­во­рят? Ко­ро­че, что­бы по­се­ти­ла мой дом. Я не абы кто, я бла­го­род­ный ба­рон и по­ни­маю толк в ис­кус­стве.

По­сле чего зал­пом до­пил круж­ку и за­хра­пел пря­мо за сто­лом.

На Бел­ку же ста­ло жал­ко смот­реть. Ка­жет­ся, сво­ей то­роп­ли­во­стью, она на­кли­ка­ла на то­ва­ри­щей одну из тех непри­ят­но­стей, что все­гда ме­чом ви­сят над судь­бой бро­дяг-хугла­ров. Но уехать из по­сто­я­ло­го дво­ра но­чью и в дождь слиш­ком опас­но… Ко­гда дом за­тих, к ак­тё­рам неза­мет­но по­до­шёл хо­зя­ин го­сти­ни­цы и ис­пу­ган­но шеп­нул:

– Это, про­сти­те вы меня. Он и прав­да ба­рон… Толь­ко сла­ва у него дур­ная. Лю­бит де­вок, по сё­лам ше­бур­шит­ся. Пару раз на­силь­ни­чал, су­дья да­ле­ко и слу­шать нас не бу­дет. Ба­рон ведь. А ещё го­во­рят, что вме­сте со сво­и­ми людь­ми ба­рон хо­дит на боль­шую до­ро­гу. Вам бы луче… Я ему тут ещё от себя на­лил и до­ба­вил, он не сра­зу про­спит­ся. Но вы уж…

– По­нял, – от­ве­тил Фер. – Уедем с утра по­рань­ше, пока ба­рон не про­трез­вел.

– Вам на пе­ре­крёст­ке-то свер­нуть не на за­пад, а на се­ве­ро-во­сток. Вам того, луч­ше бы объ­е­хать зем­ли ба­ро­на по­даль­ше.

Уеха­ли ещё за­тем­но. Ни в тот день, ни в сле­ду­ю­щие три дня ба­рон-раз­бой­ник их не до­гнал. И если пер­вые три ночи ста­ви­ли стра­жу, ма­гистр вти­ха­ря рас­ки­ды­вал сиг­нал­ки и от­прав­лял Зай­чи­ка пат­ру­ли­ро­вать, вро­де всё обо­шлось. Пусть тре­вож­ный хо­ло­док и остал­ся, ре­ши­ли – про­нес­ло.

В оче­ред­ную де­рев­ню, где име­лась хар­чев­ня, они въе­ха­ли за пол­то­ра часа до су­ме­рек, но ко­рот­ко по­со­ве­щав­шись, даль­ше ре­ши­ли путь не про­дол­жать. Ме­ста глу­хие, по рас­ска­зам в сле­ду­ю­щей де­ре­вень­ке по­сто­я­ло­го дво­ра точ­но нет, а в са­рай но­че­вать мо­гут и не пу­стить. Ис­лу­ин с Фе­ром схо­ди­ли и до­го­во­ри­лись с хо­зя­и­ном «пес­ня за ноч­ле­г». Хо­те­ли, прав­да, жон­гли­ро­вать, но хо­зя­ин упёр­ся: ока­зы­ва­ет­ся, про их труп­пу уже кто-то рас­ска­зал, де­скать, есть очень хо­ро­шая пе­ви­ца – вот хо­зя­ин и на­ду­мал за­ра­бо­тать, ко­гда ве­че­ром за­все­гда­таи при­дут. Под пес­ню-то пиво идёт луч­ше, чем под фо­ку­сы.

– Мо­жет ну его? – спро­сил Ис­лу­ин, ко­гда вер­ну­лись. – Вот не нра­вит­ся мне это «о­пять с пес­ня­ми».

– А если даль­ше не смо­жем до­го­во­рить­ся? В поле но­че­вать? Ста­фа толь­ко вы­ле­чи­ли, да и дя­дюш­ке Феру нель­зя, с его-то су­ста­ва­ми, – ре­ши­тель­но ска­за­ла Бел­ка. – Я схо­жу.

Ис­лу­ин по­смот­рел на Лей­тис. Та мед­лен­но кив­ну­ла: ей тоже чего-то не нра­вит­ся, но и с Бел­кой она вы­нуж­де­на со­гла­сить­ся. Зря что ли Ста­фа и Фера ле­чи­ли? Этим дво­им в сы­ро­сти и хо­ло­де но­че­вать и в са­мом деле не сто­ит.

– Хо­ро­шо. Стаф, ты с ней, – при­ка­зал Фер.

– И Зай­чи­ка с ними от­прав­лю, – ска­за­ла Лей­тис. – Мне спо­кой­нее бу­дет. Зай­чик, по­нял? Идёшь, охра­ня­ешь.

– Гав.

Бел­ка, в со­про­вож­де­нии Ста­фа и со­ба­ки, по­шла петь, а осталь­ные жда­ли на окра­ине села. Даже ло­ша­дей рас­пря­гать не ста­ли. Зри­тель в здеш­ней глу­хо­ма­ни непри­тя­за­тель­ный, трёх-че­ты­рёх пе­сен хва­тит, а во­зить­ся с упря­жью куда при­ят­нее в теп­ле са­рая, чем на ули­це в осен­ние су­мер­ки и под мел­кую мо­рось. Даже си­деть оста­лись внут­ри фур­го­нов, не вы­хо­дя на ули­цу, хотя обыч­но по­сле дол­гой тряс­ки каж­дый спе­шил раз­мять­ся.

Пер­вой за­бес­по­ко­и­лась Лей­тис.

– Ма­стер, – шеп­ну­ла де­вуш­ка. – Что-то стран­ное. От Зай­чи­ка при­шёл непо­нят­ный сиг­нал и обо­рвал­ся. Я его боль­ше не чув­ствую.

Ис­лу­ин же­стом по­ка­зал де­вуш­ке за­нять ме­сто на ули­це воз­ле вто­рой по­воз­ки, сам же вы­шел и встал око­ло го­лов­но­го фур­го­на, го­то­вый от­ре­а­ги­ро­вать на воз­мож­ную непри­ят­ность. Это всех и спас­ло. Дома в де­ревне вы­стро­и­лись в одну пря­мую ули­цу, и ко­гда че­рез пару ми­нут по­ка­зал­ся бе­гу­щий Стаф, за ко­то­рым мча­лись несколь­ко лю­дей с фа­ке­ла­ми, ма­гистр не раз­ду­мы­вал ни мгно­ве­ния.

– Лей­тис, гони за мной! – крик­нул Ис­лу­ин и за­прыг­нул на коз­лы.

Хлест­нул ло­шадь и по­гнал фур­гон на­встреч­у Ста­фу, ко­то­ро­го вта­щи­ли бук­валь­но на ходу. И сра­зу же Дав ки­нул два ножа из рек­ви­зи­та в бли­жай­ше­го вра­га – лов­кость и сила жон­глё­ра не под­ве­ли, непо­нят­ный му­жик вы­ро­нил око­ван­ную же­ле­зом ду­би­ну и осел на зем­лю. Тре­тий нож про­ле­тел мимо, но осталь­ные бан­ди­ты уже ша­рах­ну­лись в сто­ро­ну. Оба фур­го­на, не оста­нав­ли­ва­ясь, про­мча­лись в лес, драть­ся го­лы­ми ру­ка­ми с де­сят­ком во­ору­жён­ных раз­бой­ни­ков Ис­лу­ин и Лей­тис не со­би­ра­лись. Вслед по­ле­те­ло несколь­ко стрел, но все мимо. Ни­кто не ждал, что ак­тё­ры бу­дут про­ры­вать­ся сквозь де­рев­ню, а не по­бе­гут на­зад.

Сколь­ко дли­лась бе­ше­ная скач­ка, не счи­та­ли. Оста­но­ви­лись на ка­кой-то по­ляне, лишь ко­гда остат­ков ве­чер­не­го све­та сквозь вет­ки де­ре­вьев пе­ре­ста­ло хва­тать, и до­ро­га окон­ча­тель­но по­те­ря­лась во мгле. По­сле чего при­ня­лись вра­че­вать Ста­фа – пар­ня хо­ро­шо из­би­ли, рас­плы­вал­ся си­няк на по­ло­ви­ну лица, да и ды­шал он осто­рож­но.

– Что слу­чи­лось?

– Ба­рон… это ба­рон. Его бан­дю­га­ны во­рва­лись, ко­гда Бел­ка уже по­чти за­кон­чи­ла. Я воз­ле стой­ки сто­ял, про­сил по­ка­зать, куда фур­го­ны мож­но за­гнать. Лей­тис… – па­рень всхлип­нул. – Про­сти. Твой Зай­чик у вхо­да си­дел, в него несколь­ко ар­ба­лет­ных бол­тов во­ткну­лось. Я ни­че­го… Ви­дел толь­ко, Бел­ку схва­ти­ли и под нос ка­кую-то дрянь су­ну­ли. Она упа­ла, меня на­ча­ли бить. А тут Зай­чик оч­нул­ся, и на бан­дю­га­нов ки­нул­ся. Про­сти, я… я убе­жал, а он остал­ся там драл­ся, пока я…

– Ты всё пра­виль­но сде­лал, – по­пы­тал­ся успо­ко­ить его Фер. – А Зай­чик ока­зал­ся на­сто­я­щим всем дру­гом и бой­цом. Вы пра­виль­но сде­ла­ли, вы осталь­ных спас­ли. Свет­лой па­мя­ти на­ше­му то­ва­ри­щу.

Ма­гистр и Лей­тис пе­ре­гля­ну­лись: рас­сказ Ста­фа всё объ­яс­нил. Раны, смер­тель­ные для обыч­ной со­ба­ки, все­го-то за­мед­ли­ли кон­струк­та да за­ста­ви­ли на несколь­ко ми­нут за­ме­реть, пока ор­га­низм пе­ре­стра­и­вал­ся в об­ход по­вре­ждён­ных участ­ков. Вос­ста­но­вить связь с хо­зяй­кой он не успе­вал, ре­шив, что спа­сти че­ло­ве­ка и ис­пол­нить ос­нов­ной при­каз – важ­нее. Будь Зай­чик в нор­маль­ной фор­ме – за­про­сто рас­по­ло­со­вал бы ког­тя­ми и зу­ба­ми бан­ди­тов. Но и так со­ба­ки хва­ти­ло свя­зать вра­гов боем, при­чём не толь­ко в трак­ти­ре, но и сна­ру­жи, раз у Ста­фа по­лу­чи­лось убе­жать и пре­ду­пре­дить то­ва­ри­щей.

Даль­ше ак­тё­ры вздрог­ну­ли, на­столь­ко ле­дя­ным хо­ло­дом по­ве­я­ло от негром­ких слов ма­ги­стра:

– Жди­те нас здесь. А мы пой­дём, на­ве­стим гос­по­ди­на ба­ро­на. И обе­щаю, он горь­ко по­жа­ле­ет о сво­ей по­хо­ти.

Ис­лу­ин и Лей­тис скры­лись в сво­ём фур­гоне, а ко­гда спрыг­ну­ли на зем­лю, осталь­ные ах­ну­ли: вме­сто ак­тё­ров по­яви­лись во­и­ны, в неиз­вест­но от­ку­да взяв­ших­ся че­шуй­ча­тых до­спе­хах, с ме­ча­ми и лу­ка­ми. Ис­лу­ин и Лей­тис вско­чи­ли на ко­ней – по степ­но­му, без сед­ла. Гру­зо­вые пер­ше­ро­ны в от­вет за­ржа­ли и ры­сью бро­си­лись в тем­но­ту, слов­но при­вык­ли не тас­кать фур­го­ны и те­ле­ги, а нести в бой всад­ни­ка.

– Мы ско­ро! Жди­те! – за­зве­не­ло на про­ща­нье.

***

Сей­час Ис­лу­ин по­ра­до­вал­ся сво­ей преду­смот­ри­тель­но­сти: на вся­кий слу­чай где точ­но на­хо­дил­ся дом ба­ро­на, он вы­спро­сил трак­тир­щи­ка ещё в ту их первую встре­чу. Два силь­ных мага Жиз­ни под­го­ня­ли ко­ней ча­ра­ми, на­де­ясь при­мчать­ся не силь­но поз­же по­хи­ти­те­лей, по­это­му ещё до по­лу­но­чи были на ме­сте. Жи­ли­ще ба­ро­на пред­став­ля­ло со­бой обыч­ную двух­этаж­ную усадь­бу, с хо­зяй­ствен­ны­ми по­строй­ка­ми и бре­вен­ча­тым ты­ном все­го-то мет­ра два вы­со­той, не от лю­дей, а от ди­ко­го зве­ря. К удив­ле­нию ма­ги­стра, в доме было тихо. Лишь во дво­ре бре­ха­ла со­ба­ка, хо­дил ча­со­вой да ма­ги­че­ский эфир под­све­чи­ва­ли охран­ные аму­ле­ты.

Пря­тать­ся Ис­лу­ин не со­би­рал­ся, по клас­си­че­ской схе­ме ата­ки сла­бо укреп­лён­но­го по­ста смёл при­ми­тив­ную ма­ги­че­скую сиг­на­ли­за­цию мощ­ным уда­ром. Ни один та­лис­ман не успел за­бес­по­ко­ить­ся. И тут же ма­гистр пе­ре­мах­нул че­рез за­бор, сто­рож по­лу­чил удар но­жом по гор­лу. Лей­тис в это вре­мя уби­ла со­ба­ку – для мага Жиз­ни, если на жерт­ве нет за­щит­но­го аму­ле­та или нет за­щи­ты на доме, за­ста­вить серд­це мгно­вен­но по­ста­реть и устро­ить ин­фаркт не так уж и слож­но. По­сле раз­ру­ше­ния охран­ных устройств и впле­тён­ных в сте­ны за­щит­ных за­кля­тий, для зре­ния бо­е­во­го мага дом стал как стек­ло: где, сколь­ко и чем за­ня­ты оби­та­те­ли. бан­ди­ты были об­ре­че­ны – ата­ку­ю­щие чары раз­ру­ши­ли не толь­ко встро­ен­ную охра­ну, но и все за­щит­ные лич­ные аму­ле­ты. Те­перь про­тив за­кля­тья оце­пе­не­ния все в доме ока­за­лись без­за­щит­ны. Ма­гистр язы­ком же­стов по­ка­зал: я на­верх в хо­зяй­ские по­кои, там кто-то есть. Ты ре­жешь всех вни­зу, они нам не нуж­ны.

Ле­жав­шая на ши­ро­кой кро­ва­ти хо­зяй­ской спаль­ни жен­щи­на просну­лась, ко­гда с неё гру­бо со­рва­ли оде­я­ло. При­се­ла, рас­те­рян­но хло­пая гла­за­ми… И за­жа­ла себе рот, что­бы не за­кри­чать. По­хи­ще­ние при­шлось на те несколь­ко дней в году, ко­гда Ис­лу­ин вы­нуж­ден был от­бра­сы­вать ма­ги­че­ские из­ме­не­ния ор­га­низ­ма «под че­ло­ве­ка», за­ме­няя их ил­лю­зи­ей. Сей­час это эко­но­ми­ло вре­мя, ил­лю­зию нетруд­но было пе­ре­стро­ить на ходу, впле­тая в неё клы­ки, гла­за и губы под­све­тил зло­ве­щим алым све­том, а на паль­цах рук изоб­ра­зил ост­рые как брит­ва, ког­ти. Всё рав­но ис­пу­ган­ная жерт­ва не до­ду­ма­ет­ся, что с та­ки­ми ког­тя­ми он по­про­сту не смог бы дер­жать меч и во­об­ще по­ре­зал бы себе ла­донь. До­пол­нял кар­ти­ну ша­рик тём­но-крас­но­го цве­та над ма­куш­кой. Ша­рик пуль­си­ро­вал, да­вал вспо­ло­хи, от­че­го по ком­на­те вре­мя от вре­ме­ни про­бе­га­ли по­хо­жие на кровь пят­на.

– Где твой муж? Бу­дешь мол­чать – в доме не оста­нет­ся жи­вых. И нач­ну с де­тей в со­сед­ней ком­на­те, – на этих сло­вах жен­щи­на дёр­ну­лась, вскрик­ну­ла, но звук про­пал в мяг­кой вате ма­ги­че­ско­го по­ло­га. – Рас­ска­жешь – и мо­жешь о ба­роне за­быть, – Ис­лу­ин по­ка­зал на здо­ро­вен­ный си­няк, укра­шав­ший лицо хо­зяй­ки и уже на­чав­шие жел­теть сле­ды на ру­ках. – Быст­ро, вре­ме­ни у меня мало.

– С од­ним усло­ви­ем.

Ма­гистр вос­хи­тил­ся са­мо­об­ла­да­ни­ем жен­щи­ны. Мгно­ве­ние на­зад она хо­те­ла кри­чать от стра­ха, но го­то­ва тор­го­вать­ся за бу­ду­щее сво­их де­тей. Ведь со смер­тью ба­ро­на в бан­де нач­нёт­ся пе­ре­дел вла­сти, и офи­ци­аль­ных на­след­ни­ков вме­сте с ма­те­рью за­ре­жут пер­вы­ми.

– Вы долж­ны убить Од­но­гла­зо­го. Он спит в се­нях с осталь­ны­ми. И Лов­ка­ча Тино, он спит на пер­вом эта­же, в ком­на­те…

– Уже, – ма­гистр при­слу­шал­ся ма­ги­че­ским чу­тьём к про­ис­хо­дя­ще­му вни­зу. У дво­их бан­ди­тов – ви­ди­мо тех са­мых ближ­них под­руч­ных – лич­ная за­щи­та вы­дер­жа­ла удар, но по­мог­ло им это всё рав­но нена­дол­го. – Мо­же­те быть спо­кой­ны, жи­вых на пер­вом эта­же не оста­лось. На по­дво­рье – тоже.

– Осталь­ные в лес­ном доме. Это на­хо­дит­ся…

Ука­за­ния ока­за­лись точ­ны­ми и по­дроб­ны­ми, по­то­му все­го че­рез пол­ча­са Ис­лу­ин и Лей­тис были на ме­сте. Внутрь жен­щи­на ни разу не за­хо­ди­ла и рас­ска­зать ни­че­го не смог­ла, по­это­му ма­гистр ре­шил од­но­го из двух ча­со­вых взять жи­вьём. Раз­бой­ни­ки на­па­де­ния не ожи­да­ли, по­то­му рас­сла­би­лись. Без спирт­но­го ко­неч­но, но вот раз­го­ва­ри­вать, от­ло­жив ору­жие, себе поз­во­ли­ли.

– А хо­ро­ша дев­ка. Ско­рей бы Хо­зя­ин за­кон­чил и по кру­гу её пу­стил.

– Не, ско­рей бы за эти­ми, – хрип­ло от­ве­тил вто­рой. – Со­ба­ка Лося по­рва­ла и Быка, а тот, с фур­го­на, Хро­мо­му по­пал так, что нежи­лец. И Бык нежи­лец. Да и Лось неяс­но ко­гда вста­нет. А все трое мне по се­реб­ря­но­му в ко­сти долж­ны. Так эти у меня за всё за­пла­тя…

До­го­во­рить раз­бой­ник не успел, по­лу­чив удар и по­те­ряв со­зна­ние. По­сле чего ма­гистр по­вер­нул­ся ко вто­ро­му. В тем­но­те леса «де­мон» смот­рел­ся куда страш­нее, и у му­жи­ка на шта­нах сра­зу по­плы­ло мокрое пят­но. Бе­жать он даже не пы­тал­ся, ско­ван­ный стра­хом.

– Спра­ши­вать буду толь­ко один раз. Не услы­шу от­ве­та – по­рву гор­ло, вы­пью кровь, а от­ве­чать вот он бу­дет, – и пнул ле­жав­ше­го без со­зна­ния бан­ди­та.

Остав­ший­ся в со­зна­нии ка­ра­уль­ный то­роп­ли­во за­ки­вал, а из глаз у него по­тек­ли слё­зы.

– Сколь­ко вас тут?

– Дак это нас, де­сять. Ну там де­сять, мы тут двое и Хо­зя­ин ещё.

– Где де­вуш­ка?

– Там она, в доме. И Хо­зя­ин там.

– В ка­кой ком­на­те?

– Так это, одна там ком­на­та. Они все там, толь­ко нас ту­точ­ки от­пра­ви­ли. Не уби­ва-а-айте, не тро­ну­ли мы её, это они…

И за­хлеб­нул­ся кро­вью, даже не уви­дев быст­ро­го взма­ха ножа. Так­же ак­ку­рат­но ма­гистр пе­ре­ре­зал гор­ло вто­ро­му, по­сле чего по­смот­рел на по­явив­шу­ю­ся из тем­но­ты Лей­тис. Та язы­ком же­стов под­твер­ди­ла: она тоже дру­гих по­стов в окру­ге не за­ме­ти­ла.

Своё глав­ное ло­го­во ба­рон за­щи­тил куда луч­ше чем усадь­бу с се­мьёй. Как в про­шлый раз сме­сти за­щи­ту од­ним уда­ром не по­лу­ча­лось. Ко­гда Ис­лу­ин и Лей­тис по­до­бра­лись к дому, ве­се­лье явно толь­ко-толь­ко на­ча­лось. На ули­це были хо­ро­шо слыш­ны треск ма­те­рии пла­тья, и пья­ные вопли:

– Так-то луч­ше!

– Пой да­вай!

Ма­гистр же­стом по­ка­зал на окно, сам на­пра­вил­ся к две­ри – если нель­зя уни­что­жить за­щи­ту дома ра­зом, бу­дут де­лать две уз­кие бре­ши. Че­рез несколь­ко се­кунд Лей­тис дала по­нять, что го­то­ва – и штурм на­чал­ся. Воз­душ­ным та­ра­ном Ис­лу­ин снёс и дверь в сени, и дверь в избу. По­чти сра­зу бро­си­ла за­кля­тье Лей­тис – окно и ку­сок сте­ны рас­сы­па­лись в гни­лую тру­ху. В дом во­рва­лись две без­жа­лост­ные тени: ма­ги­че­ская лам­па и фа­ке­лы за­тух­ли, бан­ди­ты ис­пу­ган­но ме­та­лись по ком­на­те, ме­ша­ли друг дру­гу. А вот пе­ре­стро­ен­но­му зре­нию Ис­лу­и­на и Лей­тис тем­но­та была не по­ме­ха. Ко­гда ма­гистр за­жёг под по­тол­ком неболь­шой ша­рик све­та, всё мож­но было бы счи­тать за­кон­чен­ным… Если бы не то, что раз­бой­ни­ков ока­за­лось боль­ше, чем ска­зал ча­со­вой. И один из них ока­зал­ся слиш­ком ум­ным, по­это­му в об­щей нераз­бе­ри­хе за­мер у сте­ны, а те­перь сто­ял и дер­жал нож у гор­ла Бел­ки.

Ма­гистр про­ве­рил лез­вие. Бес­по­лез­но, ко­вал нож явно не де­ре­вен­ский куз­нец, а хо­ро­ший ору­жей­ник. Пе­ре­хва­тить кли­нок ма­ги­ей не по­лу­ча­лось, да и со­здать око­ло гор­ла про­слой­ку-за­щи­ту, спо­соб­ную от­толк­нуть та­кое лез­вие, Ис­лу­ин не успе­вал. Пару се­кунд спу­стя еле за­мет­но по­ка­ча­ла го­ло­вой и Лей­тис: па­ра­ли­зо­вать руку до того, как бан­дит ра­нит Бел­ку, она не смо­жет. Раз­бой­ник пе­ре­ми­ги­ва­ние по­нял по-сво­е­му, по­это­му крик­нул:

– Но-но! Не ше­ве­ли­тесь, ина­че я её!

– От­пу­сти де­вуш­ку! – про­зву­чал го­лос ма­ги­стра. – То­гда обе­щаю, что уй­дёшь жи­вым.

– На­шёл ду­ра­ка. А ну, сами бро­сай же­лез­ки!

Ни­чья… Если, ко­неч­но, не по­про­бо­вать по-ино­му. Пара фраз-объ­яс­не­ний на язы­ке хан­жа­ров, Лей­тис кив­ну­ла, что по­ня­ла. Раз­бой­ник сно­ва крик­нул:

– По-ка­ков­ски? А ну, да­вай не шутя, чтоб я…

Сма­зан­ная тень стре­ми­тель­но ки­ну­лась впе­рёд, ста­ра­ясь от­ве­сти от гор­ла руку с но­жом. Но и раз­бой­ник по­чти успел, лез­вие чирк­ну­ло по гор­лу… Лей­тис, как маг сти­хии Жиз­ни, ра­зом вы­плес­ну­ла силу и со­мкну­ла рас­се­чён­ные тка­ни, за­став­ляя их с бе­ше­ной ско­ро­стью за­рас­тать и вос­ста­нав­ли­вать­ся. От на­пря­же­ния у неё на мгно­ве­ние по­тем­не­ло в гла­зах, при­шлось опе­реть­ся на сте­ну. Но ре­зуль­тат того сто­ил: раз­бой­ник был мёртв, а на Бел­ке – ни ца­ра­пи­ны.

Де­вуш­ка, едва по­ня­ла, что всё за­кон­чи­лось, за­ры­да­ла в го­лос, не стес­ня­ясь разо­дран­но­го пла­тья, даже не ду­мая при­крыть­ся. Это было по­нят­но. Но вот даль­ше она вдруг рух­ну­ла на ко­ле­ни, взгляд стал вос­тор­жен­но-изум­лён­ный, а губы го­ря­чо за­шеп­та­ли что-то неслыш­ное. Пер­вой в чём дело, по­ня­ла Лей­тис, и по­ка­за­ла на щёку. Со­рвав­ший за­щи­ту ло­го­ва удар сдул и мас­ку ил­лю­зии, а по­том вто­ро­пях ма­гистр ошиб­ся, и, фор­ми­руя для раз­бой­ни­ков и Бел­ки фаль­шив­ку че­ло­ве­че­ско­го лица, за­был про шрам.

Ис­лу­ин вздох­нул. Жал­ко, ко­неч­но. Но те­перь при­дёт­ся ухо­дить, к ак­тё­рам воз­вра­щать­ся нель­зя. Хо­ро­шо хоть и у него, и у Лей­тис с со­бой пе­ре­нос­ные ма­ги­че­ские сум­ки, где хра­ни­лось всё по-на­сто­я­ще­му цен­ное. Осталь­ное не жал­ко оста­вить. Но и про­сто так бро­сить тех, с кем не один день вме­сте ели хлеб, тоже не го­дит­ся.

Тай­ник об­на­ру­жил­ся быст­ро. Пусть Ис­лу­ин и спе­ци­а­ли­зи­ро­вал­ся на Воз­ду­хе, а не на Зем­ле и по­ис­ке раз­ных ме­тал­лов, де­ре­вян­ные пе­ре­кры­тия и неболь­шой слой грун­та ока­за­лись не по­ме­хой, а ма­ги­че­скую мас­ки­ров­ку тай­ни­ка ма­гистр раз­ру­шил вме­сте с осталь­ны­ми за­щит­ны­ми за­кля­тья­ми дома ещё пе­ред штур­мом. Тща­тель­но при­гнан­ная встык с дос­ка­ми пола крыш­ка лаза в под­пол раз­ле­те­лась в щепу, и Ис­лу­ин спу­стил­ся вниз. Вся­кие сун­ду­ки и меш­ки его осо­бо не ин­те­ре­со­ва­ли, по­это­му он сра­зу про­шёл в ко­нец низ­ко­го влаж­но­го под­ва­ла. Здесь при­шлось немно­го по­во­зить­ся от­мыч­ка­ми: зо­ло­то было не про­сто спря­та­но от­дель­но, а ещё и под за­щи­той сталь­ной двер­цы с боль­шим на­вес­ным зам­ком.

Едва пре­гра­да под­да­лась, ма­гистр удив­лён­но при­свист­нул: судя по все­му, гра­бил ба­рон дав­но и успеш­но. На­вер­ня­ка не гну­шал­ся ис­кать по­жи­вы не толь­ко на ближ­них до­ро­гах, но и на­ве­ды­вал­ся на боль­шие тор­го­вые трак­ты. Од­них зо­ло­тых мо­нет по­лу­чил­ся со­лид­ный ме­шо­чек, на­вскидк­у не мень­ше че­ты­рёх или пяти со­тен зо­ло­тых тай­ров. А ещё были раз­ные укра­ше­ния, но их при­шлось бро­сать на пол, и несколь­ко раз бить са­по­гом, что­бы сло­мать. В об­ра­зо­вав­шу­ю­ся куч­ку Ис­лу­ин бро­сил ог­нен­ный ша­рик, пре­вра­щая всё в зо­ло­той и се­реб­ря­ный лом. Коль­ца и серь­ги не мо­не­ты, если опо­зна­ют – непри­ят­но­стей не обе­рёшь­ся.

Ко­гда Ис­лу­ин под­нял­ся об­рат­но, Бел­ка уже успо­ко­и­лась, а Лей­тис на­шла для неё что-то вро­де боль­шой шали. Ма­гистр кив­нул: хва­тит, что­бы не за­мёрз­ла, пока едут, и же­стом по­звал за со­бой на ули­цу. Лей­тис по­ня­ла на­став­ни­ка без слов – за­ти­ра­ем сле­ды и ухо­дим. Бел­ка же не сво­ди­ла со сво­их спа­си­те­лей дет­ско­го вос­тор­жен­но­го взгля­да.

Гля­дя на раз­гром­лен­ный дом бан­ди­тов, Ис­лу­ин ещё раз взве­сил за и про­тив, но всё же ре­шил по­тра­тить один из аму­ле­тов, ко­то­рый он из­го­то­вил, пока жил в Тор­фин­се. Это ос­нов­ной дом ба­ро­на ма­гистр ата­ко­вал стан­дарт­ны­ми связ­ка­ми, по ко­то­рым ни­че­го не раз­бе­рут. Здесь же Лей­тис оста­ви­ла слиш­ком чёт­кий след, ко­гда спа­са­ла Бел­ку. Ак­тё­ры о слу­чив­шем­ся рас­ска­жут сра­зу, тем бо­лее что им при­дёт­ся объ­яс­нять, от­ку­да зо­ло­то. Если же кро­ме сле­до­ва­те­лей под­клю­чат­ся ин­кви­зи­то­ры, у них за­про­сто мо­жет со­хра­нить­ся сле­пок ауры, сня­тый с ка­ких-то ве­щей из Тор­фин­са. То­гда несколь­ко ме­ся­цев за­пу­ты­ва­ния сле­дов псу под хвост. Пусть луч­ше эфир­ный шторм сма­жет все сле­ды, а стран­ная про­па­жа ба­ро­на окон­ча­тель­но за­пу­та­ет рас­сле­до­ва­ние.

Вдво­ём с Лей­тис они пе­ре­та­щи­ли к дому тру­пы ча­со­вых. Даль­ше сквозь про­лом в стене внутрь по­ле­тел неболь­шой стек­лян­ный ша­рик с зо­ло­ти­сты­ми огонь­ка­ми внут­ри. И тут же на­встреч­у друг дру­гу с раз­ных сто­рон уда­ри­ли две вол­ны сти­хии Жиз­ни, ре­зо­ни­руя че­рез аму­лет и уси­ли­вая друг дру­га в точ­ке встре­чи. Ото­звав­шись на зов, тела на­ча­ли уско­рен­но тлеть, же­лез­ные вещи ржа­веть и рас­пол­зать­ся в бу­рую тру­ху, сте­ны сру­ба, одеж­да, на­граб­лен­ное за годы ба­рах­ло рас­па­дать­ся в гниль, слов­но про­сто­я­ли без при­смот­ра мно­го де­ся­ти­ле­тий. На ме­сте рас­чи­щен­ной по­ля­ны на гла­зах под­ни­ма­лись бе­рез­няк и ель­ник. Несколь­ко ми­нут спу­стя уже ни­че­го не на­по­ми­на­ло о том, буд­то бы ко­гда-то здесь жили люди.

Бел­ка, всё так­же не про­из­но­ся ни сло­ва и гля­дя круг­лы­ми от вос­тор­га и удив­ле­ния гла­за­ми, без­ро­пот­но села на коня вме­сте с Ис­лу­и­ном. До­вер­чи­во и осто­рож­но при­жи­ма­лась к нему всю до­ро­гу. Ко­гда в зыб­ких пред­рас­свет­ных су­мер­ках вда­ле­ке по­ка­зал­ся ко­стёр, воз­ле ко­то­ро­го жда­ли ак­тё­ры, без­ро­пот­но взя­ла в одну руку два тя­жё­лых ме­шоч­ка, в дру­гую по­во­дья ко­ней и по­шла к ко­ст­ру одна.

***

Спать не ло­жил­ся ни­кто из труп­пы. Едва де­вуш­ку за­ме­ти­ли, ки­ну­лись к ней. Сра­зу по­сы­па­лись во­про­сы как она, по­че­му с ней нет Ива­ра и Лей­тис… Бел­ка в от­вет ко­рот­ко рас­ска­за­ла, что с ней про­изо­шло, и по­ка­за­ла на ме­шоч­ки. Фер как ста­рей­ши­на раз­вя­зал те­сём­ки на гор­ло­ви­нах…

– Не мо­жет быть! Зо­ло­то! И сколь­ко! – ах­ну­ли все на­пе­ре­бой.

А ста­рый Фер вдруг ска­зал:

– Это был сам свя­той Же­не­зиу.

Ска­зал вро­де бы негром­ко – но услы­ша­ли все. И тут же за­мол­ча­ли. Тё­туш­ка Мала до­ба­ви­ла:

– Не зря он нам явил­ся. Ис­то­рию о тех, кто на­ру­ша­ет его за­вет, рас­ска­зал. И по­да­рил нам своё ис­кус­ство. Де­нег хва­тит и на всту­пи­тель­ный взнос в гиль­дию, и на те­атр. А ещё… Как обу­стро­им­ся – мы обя­за­тель­но долж­ны от­крыть шко­лу. Что­бы те, кому Еди­ный дал ис­кру та­лан­та, мог­ли пе­ре­нять дар свя­то­го и нести его лю­дям.

Все сно­ва за­шу­ме­ли, тут же на­ча­ли стро­ить пла­ны – куда ехать, как луч­ше от­кры­вать те­атр… Бел­ка в об­суж­де­нии не участ­во­ва­ла. Она со все­ми со­гла­ша­лась, вре­мя от вре­ме­ни встав­ля­ла в раз­го­вор ка­кие-то ни­че­го не зна­ча­щие меж­до­ме­тия и сло­ва. Но мыс­ли её были со­всем не здесь – а там, в рас­свет­ных су­мер­ках. Ря­дом с Лей­тис. Пусть муж­чи­на и прав­да ока­зал­ся свя­тым, но Лей­тис – она в этом была уве­ре­на – са­мый обыч­ный че­ло­век. Го­во­рят, ино­гда та­кие пу­те­ше­ству­ют вме­сте со свя­тым по воле Еди­но­го, пока не ис­ку­пят ка­кой-то долг или не вне­сут служ­бой пла­ту за ка­кое-то обе­ща­ние. Лей­тис ста­ла ей по­дру­гой, и не про­сто по­дру­гой, а та­кой, ка­ких за всю жиз­ни встре­ча­ешь толь­ко раз или два. По­это­му на об­щую ра­дость вдруг на­ло­жи­лось острое как нож горе: ведь они на­вер­ня­ка ни­ко­гда в этой жиз­ни боль­ше не уви­дят­ся. И губы, слов­но сами со­бой, про­шеп­та­ли:

– Кто бы ты ни была, пусть до­ро­га твоя бу­дет лёг­кой, пусть Еди­ный ско­рее при­ве­дёт тебя к тому, что ты ищешь. Про­щай. И спа­си­бо тебе за всё.

[1] Ав­тор­ство строк при­пи­сы­ва­ет­ся гра­фине де Диа, од­ной из са­мых зна­ме­ни­тых жен­щин-по­этов сред­не­ве­ко­вой Фран­ции. При­мер­но ко­нец XII века