Глава 2. Огонь во тьме

Тур­нейг, сто­ли­ца Им­пе­рии. Май, год 498 от со­ше­ствия Еди­но­го.

Отец Эн­г­юс на­шёл Ха­рел­та в од­ной из неболь­ших ком­нат, спря­тав­ших­ся на са­мом верх­нем эта­же ста­ро­го кры­ла го­род­ско­го особ­ня­ка се­мьи Хат­тан. И судя по сто­яв­шей на сто­ле бу­тыл­ке креп­лё­но­го вина и бо­ка­лу, па­рень ре­шал для себя тя­жё­лый во­прос: пить или не пить? С од­ной сто­ро­ны, вро­де в его си­ту­а­ции по­ло­же­но за­ли­вать горе спирт­ным. С дру­гой не очень-то и хо­чет­ся. Свя­щен­ник шум­но по­до­дви­нул сво­бод­ный стул так, что­бы сесть ли­цом к Ха­рел­ту и при этом опи­рать­ся лок­тя­ми на спин­ку, упёр под­бо­ро­док в ла­до­ни и спро­сил:

– Дав­но ты так? Лад­но, мо­жешь не от­ве­чать. Я успел спро­сить. С утра. Зна­чит, от­крыл ты бу­тыл­ку часа два на­зад, но она всё ещё пол­нё­хонь­ка. По-мо­е­му, от­вет вполне оче­ви­ден.

– Отче, ну пой­ми­те же…

– Пой­му. По­че­му не по­нять? Раз­ру­гал­ся с де­вуш­кой, ко­то­рую счи­тал неве­стой и без пяти ми­нут же­ной. Бы­ва­ет.

– Отец Эн­г­юс. Дело не в этом!.. – Ха­релт стук­нул по сто­ли­ку так, что бу­тыл­ка и бо­кал жа­лоб­но под­прыг­ну­ли.

– Ну по­че­му же? Ко­гда вы­яс­ня­ет­ся, что лю­би­мая де­вуш­ка, ради ко­то­рой ты по­ссо­рил­ся со сво­и­ми дру­зья­ми, тебя ис­поль­зу­ет, и нуж­ны ей ис­клю­чи­тель­но твои свя­зи и по­ло­же­ние… Кста­ти, – свя­щен­ник ши­ро­ко улыб­нул­ся, – по все­му дому во­всю за­клю­ча­ют пари – на­пьёшь­ся ты или нет. За­од­но рас­пла­чи­ва­ют­ся по ста­ро­му за­кла­ду: на то, в ка­кой день ты про­зре­ешь.

– Вы! Вы! – Ха­релт сно­ва уда­рил ку­ла­ком по сто­лу.

Бу­тыл­ка не вы­дер­жа­ла и по­ле­те­ла на пол… не упа­ла, под­хва­чен­ная плав­ным ко­ша­чьим дви­же­ни­ем отца Эн­г­ю­са.

– М-м-м, да это ви­но­град­ни­ки тво­е­го дяди, и вы­держ­ка не мень­ше пяти лет… – при­ню­хал­ся свя­щен­ник, преж­де чем по­ста­вить вино в даль­ний угол ком­на­ты. – Ха­релт, ты вар­вар. Если так уж при­спи­чит на­драть­ся в хлам, будь добр, в сле­ду­ю­щий раз де­лай это, по­жа­луй­ста, де­шё­вым порт­вей­ном. Мо­жешь са­мо­го­ном. И эф­фект до­сти­га­ет­ся быст­рее, и го­ло­ва на­ут­ро бо­лит силь­нее, что спо­соб­ству­ет рас­ка­я­нию за со­де­ян­ное. Пе­ре­во­дить на пьян­ку та­кое ве­ли­ко­леп­ное вино – это на­сто­я­щее пре­ступ­ле­ние пе­ред ис­тин­ны­ми це­ни­те­ля­ми.

– Вы все зна­ли… – па­рень без сил за­тих в сво­ём крес­ле. И по­чти шё­по­том за­кон­чил. – И ни­че­го мне не ска­за­ли.

– А что тебе долж­ны были ска­зать? – с лица отца Эн­г­ю­са ис­чез­ла ду­раш­ли­вость, в вос­пи­тан­ни­ка по­ле­тел на­смеш­ли­вый взгляд. – Ты взрос­лый муж­чи­на. И сам стро­ишь свою жизнь. Я, ко­неч­но, тебя могу по­нять, ты маг, и та­лант у тебя не са­мый сла­бый. Да, имен­но как про­фес­си­о­наль­ный ча­ро­дей ты учить­ся не стал, но упраж­не­ния, ко­то­рым тебя на­учил дан Ивар, де­ла­ешь каж­дое утро. Твои энер­ге­ти­че­ские ка­на­лы пол­но­стью от­кры­ты. Ты про­жи­вёшь вдвое доль­ше обыч­но­го че­ло­ве­ка, ты сей­час не толь­ко вы­гля­дишь на два­дцать с неболь­шим, но и ощу­ща­ешь себя на тот же воз­раст. У тебя мно­го вре­ме­ни впе­ре­ди. Но и тво­их ро­ди­те­лей я тоже могу по­нять. На деле-то тебе по­чти два­дцать семь, а ты даже не же­нат, в от­ли­чие от по­чти всех тво­их сверст­ни­ков. Пусть твои ро­ди­те­ли и ви­де­ли, ка­кую ты вы­брал дуру, но го­то­вы были её тер­петь с рас­чё­том на воз­мож­ных вну­ков.

– Но вы! Вы! Вы мог­ли меня пре­ду­пре­дить. Объ­яс­нить, оста­но­вить.

– Ты ещё до­бавь «как ду­хов­ный на­став­ни­к», – ехид­ным то­ном про­дол­жил отец Эн­г­юс. – А ты спра­ши­вал? К тому же со­вет – это толь­ко со­вет, воз­мож­но, оши­боч­ный. Я лишь че­ло­век, а не про­рок и не от­ра­же­ние Еди­но­го. Нуж­на ли тебе по­мощь и бу­дешь ли ты слу­шать чу­жие со­ве­ты, ре­ша­ешь толь­ко сам. Как сам и ре­ша­ешь, ка­ких лю­дей ты хо­чешь ви­деть ря­дом с со­бой, и нуж­ны ли тебе дру­зья, ко­то­рые го­во­рят прав­ду – хо­чет­ся её слы­шать или нет.

– Всем от меня чего-то надо. И вам тоже, – Ха­релт за­брал­ся с но­га­ми в крес­ло и мрач­но по­смот­рел на свя­щен­ни­ка. – Ина­че бы вы сюда не при­шли.

Отец Эн­г­юс по­вер­нул свой стул в пра­виль­ное по­ло­же­ние, опёр­ся на спин­ку, вы­тя­нул ноги и от­ве­тил:

– Всю жизнь дру­гим от тебя что-то бу­дет надо. Из­держ­ки об­ще­ствен­но­го по­ло­же­ния как род­ствен­ни­ка им­пе­ра­то­ра. И ты дол­жен на­учить­ся по­ни­мать, ко­гда за прось­бой, воз­мож­но даже не вы­ска­зан­ной, сто­ит необ­хо­ди­мость – а ко­гда чья-то жад­ность или нечто по­ху­же. Но мне и прав­да, кое-что от тебя нуж­но. Мо­жет луч­ше от­ло­жить наш раз­го­вор на зав­тра? Что­бы ты не по­ду­мал, что и я хожу к тебе ис­клю­чи­тель­но ради вы­го­ды?

– Лад­но уж, – вздох­нул Ха­релт, – рас­ска­зы­вай­те сей­час. Зная вас, отче, не ду­маю, что вы бы при­шли про­сить из-за пу­стя­ков. С ва­ши­ми-то воз­мож­но­стя­ми, – па­рень не удер­жал­ся, что­бы хоть немно­го не под­деть свя­щен­ни­ка за про­по­ведь.

Отец Эн­г­юс сде­лал вид, что на­мё­ка на свой вы­со­кий чин в ор­дене Сбе­ре­га­ю­щих не за­ме­тил, и на­чал рас­сказ.

– Есть на юго-во­сто­ке Боль­шо­го со­ля­но­го трак­та неболь­шой та­кой го­ро­док Тейн. Даже не пы­тай­ся вспом­нить на­зва­ние. Если тебе что-то ска­жет, непо­да­лё­ку ле­жит Тор­финс.

Ха­релт кив­нул:

– Слы­шал. В Тор­фин­се, ка­жет­ся, с трак­том пе­ре­се­ка­ет­ся до­ро­га из Ар­ни­сто­на.

– Вер­но. Если Тор­финс ме­сто ожив­лён­ное, то Тейн – сон­ное про­вин­ци­аль­ное за­хо­лу­стье. Про­изо­шло в этом го­род­ке со­бы­тие непри­ят­ное, но, к со­жа­ле­нию, несмот­ря на все уси­лия Церк­ви, до сих пор слу­ча­ю­ще­е­ся. Одну мест­ную де­вуш­ку об­ви­ни­ли в кол­дов­стве и со­жгли дом, не до­жи­да­ясь при­ез­да Сбе­ре­га­ю­щих. Даль­ше всё долж­но было про­изой­ти как обыч­но. За­чин­щи­ков на пла­ху, осталь­ных участ­ни­ков по­гро­ма на ка­тор­гу. То, что жерт­ва оста­лась жива – мест­ный свя­щен­ник успел спря­тать де­вуш­ку до того как в дом во­рва­лась тол­па – ви­нов­ных не спас­ло бы. И всё по­сле это­го успо­ко­и­лось бы… Вот толь­ко пе­ред бег­ством отец неспра­вед­ли­во об­ви­нён­ной де­вуш­ки по­про­сил пе­ре­дать неко­е­му Эн­г­ю­су из Тур­ней­га при­вет от того, с кем они пре­по­да­ва­ли вме­сте.

– Не мо­жет быть! – Ха­релт вско­чил, не об­ра­щая вни­ма­ния ни на то, что при этом боль­но уда­рил­ся об стол ко­ле­ном, ни на раз­бив­ший­ся вдре­без­ги бо­кал. – Это были…

– Со­вер­шен­но вер­но, – кив­нул отец Эн­г­юс. – Зва­ли муж­чи­ну Ивар, а его дочь зва­ли Лей­тис. Сядь! – рез­ко про­зву­ча­ла ко­ман­да. – Сядь и успо­кой­ся. Я по­ни­маю, что тебе хо­чет­ся на­чать ис­кать их немед­лен­но. Но не вре­мя. Име­на в Им­пе­рии рас­про­стра­нён­ные, по­это­му они и риск­ну­ли пря­тать­ся под соб­ствен­ны­ми. Но если ты сей­час бро­сишь­ся сле­дом, за то­бой мо­гут по­сле­до­вать на­ём­ни­ки лор­да Шол­то – ста­рик хоть и по­те­рял своё вли­я­ние, оби­ды не за­был и на убийц де­нег у него хва­тит. И гнев лор­да Шол­то ещё не са­мое страш­ное. Семь лет на­зад в Ри­гул­ди ма­стер Ивар ока­зал одну очень важ­ную услу­гу Церк­ви, а у греш­ни­ков сче­та к та­ким лю­дям сро­ков дав­но­сти обыч­но не име­ют.

– Они опять скро­ют­ся, – бурк­нул Ха­релт. – Так, что мы их сно­ва по­те­ря­ем.

– Не со­всем, – улыб­нул­ся свя­щен­ник. – Мож­но за­дей­ство­вать воз­мож­но­сти на­ше­го ор­де­на. Если ты ока­жешь ему услу­гу. Вот с этим я и при­шёл.

– Что­бы Сбе­ре­га­ю­щие чего-то и не мог­ли сами? И вам по­на­до­би­лась моя по­мощь, да так, что вы го­то­вы тор­го­вать­ся как на ба­за­ре? – де­лан­но уди­вил­ся па­рень. – К тому же, отче, вы го­во­ри­ли мне про долг. Вы мог­ли пе­ре­дать прось­бу че­рез им­пе­ра­то­ра, а тот бы при­ка­зал – и всё.

– Если бы всё так про­сто, – вздох­нул отец Эн­г­юс. Вдруг лицо его ста­ло жёст­ким, на ску­лах за­иг­ра­ли жел­ва­ки. – Ха­релт. То, что я тебе сей­час ска­жу, не долж­но вый­ти из этой ком­на­ты. Не знаю, от­ку­да дан Ивар узнал – уме­ние это­го че­ло­ве­ка про­ни­кать во вся­кие нехо­ро­шие тай­ны и очень во­вре­мя вы­тас­ки­вать их на свет Бо­жий, меня удив­ля­ло и вос­хи­ща­ло с пер­во­го дня зна­ком­ства. Уве­рен, он не про­сто так столь­ко лет си­дел имен­но в Тейне. Сам за­кон­чить дело не успел, по­это­му пе­ре­дал его нам. В Тор­фин­се обос­но­ва­лась сек­та де­мо­но­по­клон­ни­ков, во гла­ве ко­то­рой сто­ит один из Тём­ных учи­те­лей. Сам дан Ивар успел скрыть­ся, пре­крас­но изоб­ра­зив свою смерть – отец Рай­берт ему в этом по­мо­гал, так что све­де­ния на­дёж­ные. Да и по­гром­щи­ки все как один сей­час ры­да­ют, буд­то сво­и­ми гла­за­ми ви­де­ли его в го­ря­щем доме. Отца Рай­бер­та, ко­то­рый пе­ре­дал нам сло­ва дана Ива­ра, мы вме­сте с се­мьёй спря­та­ли, до него не до­бе­рут­ся. О том, что мы вы­шли на след, не зна­ет ни одна по­сто­рон­няя душа. Но в сто­ли­це у Ве­ря­щих-в-ночь об­на­ру­жил­ся вли­я­тель­ный по­кро­ви­тель. И сто­ит ему хоть слег­ка за­ме­тить наш ин­те­рес к Тор­фин­су, в се­тях оста­нет­ся лишь мел­кая ры­бёш­ка.

– При чём тут я? – уди­вил­ся Ха­релт.

– Ты ста­нешь на­жив­кой. Не под сво­им име­нем, есте­ствен­но. Сыг­ра­ешь од­но­го из сво­их вас­са­лов – пре­сы­щен­ный жиз­нью мо­ло­дой свет­ский без­дель­ник. Обя­зан­но­сти пе­ред сю­зе­ре­ном скуч­ны, жизнь прес­на, к нар­ко­ти­кам ис­пы­ты­ва­ешь пре­зре­ние. Но хо­чет­ся ост­рых ощу­ще­ний, мож­но слег­ка за гра­нью за­прет­но­го. Иде­аль­ный ма­те­ри­ал для сек­тан­тов. Агент дол­жен иметь опре­де­лён­ный опыт след­ствия, что­бы от­се­ять зёр­на от пле­вел и по­нять, ко­гда к нему про­сто на­би­ва­ют­ся в при­я­те­ли как к сыну вли­я­тель­но­го че­ло­ве­ка, а ко­гда уже на­чи­на­ют вер­бо­вать. Если вспом­нить дело того ба­ро­на в Мал­бене, ко­то­рое ты вёл по­чти са­мо­сто­я­тель­но… Хо­те­лось бы всё-таки дать тебе боль­ше прак­ти­ки, но на мой взгляд сно­ров­ки и опы­та рас­по­знать имен­но сек­тан­та тебе долж­но хва­тить.

– Спа­си­бо, отче, – Ха­релт неволь­но по­ро­зо­вел от сму­ще­ния.

И от по­хва­лы, и от того, что отец Эн­г­юс ни­ко­гда не стал бы хва­лить про­сто для крас­но­го слов­ца или что­бы по­до­льстить­ся. И от это­го по­хва­ла вы­хо­ди­ла вдвойне при­ят­ной.

– Са­мое труд­ное – агент обя­зан не про­сто вы­учить роль, он дол­жен быть хо­ро­шо зна­ком со свет­ской жиз­нью сто­ли­цы. Но про­сить кого-то дру­го­го из сто­лич­но­го об­ще­ства рис­ко­ван­но. Лю­дей, об­ла­да­ю­щих нуж­ны­ми зна­ни­я­ми и при этом спо­соб­ных прой­ти по лез­вию ножа, в Тур­ней­ге не так уж и мно­го, и все на­пе­ре­чёт. Твой же отъ­езд в све­те недав­них со­бы­тий ни­ко­го не уди­вит.

– Отче, – усмех­нул­ся па­рень, – а вот гру­бая лесть че­ло­ве­ка не укра­ша­ет, вы мне не раз го­во­ри­ли. Да и брать «на сла­бо» у меня уже воз­раст не тот.

– Это не лесть, – вздох­нул свя­щен­ник. – Риск для «на­жив­ки» огро­мен, и будь толь­ко моя воля, я бы от­пра­вил кого-то из на­ших по­слуш­ни­ков. Но тро­пы судь­бы лег­ли так, что дру­гих спо­со­бов за­хва­тить нече­стив­ца я не вижу. По­это­му и при­шёл про­сить тебя.

– То­гда чего же вы спра­ши­ва­е­те? – Ха­релт встал и мах­нул ру­кой в сто­ро­ну две­ри. – Вы сами го­во­ри­ли – долг бу­дет звать меня всю жизнь. А се­мья Хат­тан все­гда сто­я­ла на стра­же ин­те­ре­сов Им­пе­рии. Пред­ла­гаю вре­ме­ни не те­рять. Но спер­ва… – па­рень про­по­лос­кал ви­ном рот и по­лил на руки. Став­ки на меня де­лать уду­ма­ли, – бурк­нул он себе под нос. – До хри­по­ты спо­рить бу­де­те, пил – или не пил.

***

Пусть и без по­дроб­но­стей, в прось­бу отца Эн­г­ю­са о том, что Ха­рел­ту нуж­но изоб­ра­зить на­жив­ку для сек­тан­тов, кро­ме лор­да Мал­кол­ма, при­шлось по­свя­щать ещё тро­их че­ло­век. Дана Хек­ки – пе­ре­брав вас­са­лов рода, лорд Мал­колм при­шёл к вы­во­ду, что имен­но этот па­рень и ста­нет иде­аль­ным при­кры­ти­ем, ведь его отец ча­сто бы­ва­ет в сто­ли­це и бли­зок к лор­ду. Со­от­вет­ствен­но, при­шлось по­свя­щать так­же Хек­ки-стар­ше­го, что­бы доз­во­лил сво­е­му сыну участ­во­вать – ведь на­пря­мую роду сю­зе­ре­на слу­жит по за­ко­ну толь­ко гла­ва се­мьи. Тре­тьим стал Оуэн. Ста­рый те­ло­хра­ни­тель и один из са­мых до­ве­рен­ных лю­дей се­мьи смо­жет устро­ить так, что­бы ни у кого точ­но не воз­ник­ло во­про­сов, с чего это Ха­релт сна­ча­ла си­дел и тос­ко­вал дома, а по­том вне­зап­но со­рвал­ся и уехал.

Оуэн не под­вёл. Даже Ха­релт, ко­то­рый пре­крас­но всё знал – по­чти по­ве­рил, что мас­са мел­ких непри­ят­но­стей, об­ру­шив­ших­ся на него в по­сле­ду­ю­щие два дня, были слу­чай­ны­ми. Или как шеп­та­лись в доме, ста­ли ка­рой Еди­но­го за гор­ды­ню и глу­пость. Вдо­ба­вок по со­ве­ту отца Эн­г­ю­са, его вос­пи­тан­ник пе­ре­стал каж­дое утро вы­пол­нять упраж­не­ния и чи­тать мо­лит­вы, ко­то­рым его на­учил свя­щен­ник для удер­жа­ния ду­шев­но­го рав­но­ве­сия. В ито­ге на­стро­е­ние у Ха­рел­та ста­ло, как и по­ло­же­но для мо­ло­до­го мага Огня – по­ры­ви­стое и пе­ре­мен­чи­вое слов­но ве­сен­няя по­го­да, с пе­ре­па­да­ми от ра­до­сти к яро­сти. Но по­сколь­ку о на­сто­я­щем даре двух сти­хий кро­ме лор­да и ду­хов­но­го на­став­ни­ка ни­кто не знал, офи­ци­аль­но же Ха­релт счи­тал­ся ма­гом сти­хии зем­ли – а та­кие, как из­вест­но, даже ко­нец све­та встре­тят с флег­ма­тич­ной улыб­кой – то все в по­ме­стье были свя­то уве­ре­ны, что мо­ло­дой гос­по­дин на гра­ни нерв­но­го сры­ва.

По­след­ней со­ло­мин­кой, пе­ре­ло­мив­шей остат­ки спо­кой­ствия, ока­за­лась вода для ве­чер­не­го бри­тья, ко­то­рую при­нёс ему мо­ло­дой ещё па­рень из ла­ке­ев. Вме­сто двух чаш с тёп­лой во­дой в пер­вой ока­зал­ся по­чти ки­пя­ток, а во вто­рой раз­ве что лёд не пла­вал. Ха­релт при­шёл в та­кое ис­крен­нее бе­шен­ство, что го­ря­чую чаш­ку рас­ко­ло­тил об пол, а дру­гой чуть не по­пал в несчаст­но­го пар­ня – хо­ро­шо хоть того успе­ла от­дёр­нуть Мир­на. Сест­ра по­смот­ре­ла на стар­ше­го бра­та с уко­риз­ной и ска­за­ла:

– Ха­релт, я всё по­ни­маю. И в дру­гое вре­мя за тебя по­ра­до­ва­лась бы, что ты пусть так, но вы­ле­чил­ся от сво­ей глу­по­сти. Сей­час не мог бы ты немно­го успо­ко­ить­ся? Все в доме тебя уже бо­ят­ся, а мне твои эмо­ции вста­ли по­пе­рёк гор­ла. Мне и от сво­их тош­но.

– Со­вер­шен­но вер­но, Ха­релт. Ты чуть не по­ра­нил маль­чи­ка. Это уже че­ресч­ур, – раз­дал­ся го­лос лор­да Мал­кол­ма. – В об­щем, с утра уез­жа­ешь в по­ме­стье под Кайл­стро­мом. И – что­бы пока в себя не при­дёшь – духу тво­е­го в Тур­ней­ге не было. На ме­сяц, на три, на пол­го­да. Там за­ме­ча­тель­ная глушь и за­ме­ча­тель­ные паст­би­ща овец, и ни­че­го боль­ше. Как раз ни­кто не ста­нет от­вле­кать от раз­ду­мий на­счёт сво­е­го по­ве­де­ния. На­счёт си­деть там хоть пол­го­да, пока не успо­ко­ишь­ся – это при­каз.

Уез­жал Ха­релт на рас­све­те сле­ду­ю­ще­го дня, и гло­да­ло его чув­ство вины пе­ред Мир­ной. Той и в са­мом деле было неслад­ко. Все­го че­ты­ре ме­ся­ца как вы­шла за­муж – и вот уже опять одна, по­то­му что ко­рабль, ко­то­рым ко­ман­до­вал её муж, со­вер­шен­но неожи­дан­но вме­сто бе­ре­го­во­го пат­ру­ля во­шёл в со­став экс­пе­ди­ции к Ма­та­ра­му. Вер­нёт­ся эс­кад­ра толь­ко че­рез год, а то и пол­то­ра – пла­ни­ро­ва­лось не толь­ко дой­ти до от­да­лён­ных, пусть и из­вест­ных зе­мель с ди­пло­ма­ти­че­ским ви­зи­том, но и под­нять­ся вдоль со­сед­не­го кон­ти­нен­та на се­вер. Пусть, вы­хо­дя за ка­пи­та­на, Мир­на го­то­ва была ждать – не пред­по­ла­га­ла, что слу­чит­ся это так ско­ро. Эс­кад­ра ушла ме­сяц на­зад, и все­го че­рез две неде­ли, не вы­дер­жав жиз­ни одна в пу­стом доме, Мир­на по­про­си­лась на ка­кое-то вре­мя вер­нуть­ся к ро­ди­те­лям. Уте­ша­ло лишь то, что если уж даже Мир­на, ко­то­рая была силь­ным эм­па­том и лег­ко от­ли­ча­ла фаль­ши­вые эмо­ции от на­сто­я­щих, по­ве­ри­ла – в при­чи­ну отъ­ез­да по­ве­рят и осталь­ные.

Алый за­кат обер­нул­ся алым ви­ном над по­бу­рев­ши­ми от ве­чер­не­го све­та еля­ми. Вот за­кат рас­ко­лол­ся, и слов­но фо­на­ри­ки в тем­не­ю­щем небе по­яви­лись звёз­ды. Ха­релт и трое со­про­вож­дав­ших его те­ло­хра­ни­те­лей уже пред­вку­ша­ли, что ещё са­мое боль­шее пол­ча­са – и лес­ная до­ро­га за­кон­чит­ся, а там их ждёт трак­тир с по­до­гре­тым ви­ном и жа­ре­ным мя­сом. И тут су­мер­ки вы­пу­сти­ли на­встреч­у ма­лень­ко­му от­ря­ду два де­сят­ка фи­гур. Те­ло­хра­ни­те­ли схва­ти­лись было за ору­жие, но боль­ше по при­выч­ке. Пер­вым на­встреч­у ехал отец Эн­г­юс, да и мо­ло­дой лорд был спо­ко­ен, явно знал о встре­че за­ра­нее.

– Здрав­ствуй­те, отче. Я ждал, вы пе­ре­хва­ти­те меня рань­ше.

– Слиш­ком люд­но. Зато здесь ты смо­жешь ис­чез­нуть неза­мет­но.

У двух пар­ней-те­ло­хра­ни­те­лей по­мо­ло­же аж гла­за сра­зу за­го­ре­лись, ведь все зна­ют, что псы Гос­под­ни вся­кой ерун­дой не за­ни­ма­ют­ся, а тут по­лу­ча­ет­ся мо­ло­дой гос­по­дин тоже в деле бу­дет участ­во­вать. Стар­ший, опыт­ный му­жик сред­них лет, на­обор­от по­груст­нел. У него ро­ман­ти­че­ский флёр из го­ло­вы дав­но вы­вет­рил­ся, зато он слиш­ком хо­ро­шо по­ни­мал, что будь дело про­стым и без­опас­ным – Хат­та­ны и ин­кви­зи­ция не ста­ли бы разыг­ры­вать столь слож­ный спек­такль с отъ­ез­дом.

– Ха­релт, ты едешь с нами. А твои люди по­ску­ча­ют всё это вре­мя в од­ном из на­ших мо­на­сты­рей.

– Со­гла­сен. Эдан, ез­жай­те с бра­тья­ми. И что­бы вы не со­мне­ва­лись, вот вам при­каз от отца, он про­сил пе­ре­дать сра­зу при встре­че.

Ха­релт от­дал пись­мо стар­ше­му те­ло­хра­ни­те­лю, тот про­ве­рил и вскрыл пе­ча­ти. Быст­ро про­бе­жав­шись гла­за­ми по тек­сту, от­дал честь и с до­воль­ной улыб­кой от­пра­вил­ся вме­сте с тре­мя ин­кви­зи­то­ра­ми на от­дых. А вот мо­ло­дые пар­ни уез­жа­ли явно разо­ча­ро­ван­ные, уже на­во­об­ра­жав себе за­хва­ты­ва­ю­щих при­клю­че­ний.

Ха­релт, отец Эн­г­юс и осталь­ной от­ряд сна­ча­ла вер­ну­лись немно­го на­зад по трак­ту, а по­том свер­ну­ли на ма­ло­хо­жен­ную тро­пин­ку, убе­гав­шую в лес. Пер­вы­ми о при­бли­жа­ю­щем­ся сто­я­чем во­до­ё­ме рас­ска­за­ли ко­ма­ры. По­яви­лись и сра­зу же на­ча­ли ис­кать, куда впить­ся. Де­ре­вья по­сте­пен­но по­шли на убыль, ве­ли­ка­нов по­не­мно­гу сме­ни­ли низ­ко­рос­лые кар­ли­ки. Вско­ре по­ка­за­лось само бо­ло­то. Сы­рость в воз­ду­хе, чах­лая тра­ва, в тем­но­те ка­зав­ша­я­ся се­рой, тём­ные пят­на ряс­ки в чёр­ной воде. При­горш­ней ка­муш­ков рас­сы­па­ны ост­ров­ки-коч­ки. Пря­мой как ко­пьё мост на тол­стых ду­бо­вых сва­ях, раз­ре­за­ю­щий бо­ло­то на две по­ло­ви­ны, смот­рел­ся чу­же­род­но и вы­вел от­ряд на ост­ров. По­чти сра­зу до­ро­га свер­ну­ла, гу­стые вет­ви вы­со­ко­го строй­но­го ель­ни­ка скры­ли гряз­но-чёр­ную гладь. О том, что ты по­сре­ди бо­ло­та, на­по­ми­на­ло лишь то, как ля­гуш­ки дра­ли гор­ло ква­ка­ньем, ещё ко­ма­ры ле­та­ли осо­бен­но зло и гу­сто. За оче­ред­ным по­во­ро­том по­ка­зал­ся дом. Двух­этаж­ный, из брё­вен, по­бу­рев­ших от вре­ме­ни, а мо­жет, рано со­ста­рив­ших­ся во влаж­ном воз­ду­хе.

О том, что при­бу­дут го­сти, пре­ду­пре­ди­ли за­ра­нее, по­это­му в тра­пез­ной уже ждал позд­ний ужин, за ко­то­рым Ха­релт и по­зна­ко­мил­ся с да­ном Хек­ки. За­од­но оба сра­зу оце­ни­ли удач­ный вы­бор лор­да Мал­кол­ма. Фи­гу­ра у пар­ней была схо­жа, это силь­но об­лег­ча­ло под­ме­ну – опыт­ный взгляд мо­жет рас­по­знать, ко­гда пла­сти­ка дви­же­ний не со­от­вет­ству­ет внеш­не­му виду. В себе-то Ха­релт не со­мне­вал­ся. Не толь­ко бла­го­да­ря шко­ле, ко­то­рую по­лу­чил во вре­мя по­езд­ки Те­нью в Су­о­лах­ти. Он и по­том вре­мя от вре­ме­ни, пусть ста­ра­ясь это не афи­ши­ро­вать, по­мо­гал Сбе­ре­га­ю­щим как свет­ский млад­ший до­зна­ва­тель, если дело ка­са­лось ка­ких-то де­ли­кат­ных дел, свя­зан­ных со Стар­ши­ми ро­да­ми. А вот для Хек­ки ошиб­ка мо­жет сто­ить до­ро­го. Если за Хат­та­ном-млад­шим сле­ди­ли и его за­по­до­зрят в под­мене, мо­гут двой­ни­ка по­про­бо­вать вы­красть или убить.

От про­це­дур, ко­то­рые нуж­ны для сме­ны об­ли­ка, Ха­релт мор­щил­ся за­ра­нее. Ил­лю­зию не ис­поль­зу­ешь, по­это­му неде­лю пред­сто­ит ра­бо­тать с ма­гом и пить элик­си­ры. Осо­бен­но мерз­кий вкус бу­дет у сна­до­бья для ро­ста во­лос. Ха­релт при­чёс­ку но­сил ко­рот­кую и брил­ся. А вот Хек­ки явно пред­по­чи­тал поль­зо­вать­ся об­ла­че­ни­ем для рас­сып­но­го кон­но­го боя – это не толь­ко гу­стые во­ло­сы, но и бо­ро­да, ко­то­рая в лёг­ком до­спе­хе за­щи­ща­ла гор­ло вме­сто коль­чуж­ной сет­ки.

Всё ока­за­лось со­всем ина­че. На рас­све­те один из бра­тьев раз­бу­дил Ха­рел­та и Хек­ки, пре­ду­пре­дил, что про­це­ду­ра долж­на быть на­то­щак и при­гла­сил прой­ти с ним. Тро­пин­ка была дру­гая, не та, по ко­то­рой они при­е­ха­ли. Пер­вые ми­нут де­сять она плу­та­ла че­рез ель­ник, даль­ше шла на­пря­мую по краю ост­ро­ва. Здесь за­кан­чи­ва­лись боль­шие де­ре­вья и плес­ка­лось, пу­зы­ри­лось бо­ло­то. Жар­кое несмот­ря на ран­ний час солн­це уже па­ли­ло над сто­я­чи­ми озер­ка­ми с од­но­об­раз­ной бо­лот­ной зе­ле­нью, лоз­ня­ком, за­рос­ля­ми ка­мы­ша. Про­тив­но зве­не­ли ко­ма­ры, стай­ки ма­лень­ких мо­шек ви­лись над зем­лёй и бо­ло­том, но­ро­ви­ли оку­тать незва­ных го­стей. Ве­те­рок до­нёс еле уло­ви­мый за­пах тле­ния, зем­ля под но­га­ми чав­ка­ла вла­гой.

Вско­ре до­ро­га опять свер­ну­ла вглубь ост­ро­ва и на­ча­ла под­ни­мать­ся, хотя и здесь поч­ва оста­ва­лась сы­ро­ва­той. Меж­ду по­явив­ши­ми­ся мрач­ны­ми еля­ми гу­сто рос па­по­рот­ник. А тро­пин­ка пет­ля­ла всё выше и выше. Вот за­кон­чил­ся па­по­рот­ник, за­ве­се­ле­ла зе­лё­ная тра­ва. Вско­ре они вы­шли на осве­щён­ную солн­цем по­лян­ку, где уже ни­че­го не на­по­ми­на­ло о бо­ло­те. Гу­сто рас­сы­па­лись по­всю­ду жёл­тые оду­ван­чи­ки и бе­лые ро­маш­ки. Со всех сто­рон окру­жа­ли по­лян­ку вы­со­кие ели, но сей­час они со­всем не ка­за­лись мрач­ны­ми, а на­обор­от, свет­ло-зе­лё­ны­ми, празд­нич­ны­ми.

В цен­тре по­ля­ны за­мер ал­тарь Еди­но­му, ко­то­рый окру­жил де­ся­ток Сбе­ре­га­ю­щих во гла­ве с от­цом Эн­г­ю­сом. По­ви­ну­ясь ука­зу­ю­ще­му же­сту, Хек­ки и Ха­релт вста­ли воз­ле ал­та­ря. По­слуш­ник ушёл, осталь­ные Сбе­ре­га­ю­щие за­сты­ли, об­ра­зо­вав иде­аль­но ров­ный круг, и на­ча­ли чи­тать мо­лит­ву. На по­след­нем сло­ве все ра­зом под­ня­ли руки к небу – и мир вздрог­нул. Ха­релт уви­дел, как фи­гу­ра сто­яв­ше­го ря­дом Хек­ки ста­ла сма­зан­ной, буд­то смот­ришь сквозь гу­стой ту­ман. А даль­ше слу­чи­лось неве­ро­ят­ное: от пар­ней от­де­ли­лись их по­лу­про­зрач­ные ко­пии и по­плы­ли на­встреч­у друг дру­гу, а по­том даль­ше – от Ха­рел­та к Хек­ки на­обор­от. Сто­и­ло двой­ни­кам кос­нуть­ся ре­ци­пи­ен­та, как мир ещё раз дрог­нул, и всё про­па­ло. Пар­ни же оста­лись сто­ять, гля­дя друг на дру­га и щу­пая лицо – они по­ме­ня­лись внеш­ним ви­дом, и это была не ил­лю­зия.

Отец Эн­г­юс улыб­нул­ся и уста­ло ска­зал:

– Это одна из тайн Ор­де­на, ко­то­рую вы от­ныне обя­за­ны хра­нить в сек­ре­те. Хотя пре­ду­пре­ждаю, рас­ска­зать вы всё рав­но не смо­же­те, это часть об­ря­да, но всё же луч­ше мол­чать доб­ро­воль­но. А те­перь про­шу об­рат­но в дом. У вас три дня, что­бы по­мочь друг дру­гу осво­ить­ся с но­вым ви­дом, а по­том каж­дый по­едет куда дол­жен.

***

Две неде­ли спу­стя Ха­релт под име­нем дана Хек­ки си­дел на зва­ном обе­де у бур­го­мист­ра Тор­фин­са. Хотя обед боль­ше на­по­ми­нал неболь­шое тор­же­ство, по­сле де­сер­та даже обе­ща­ли тан­цы. Тор­финс го­ро­дом был нема­лым, тор­го­вым, по­то­му «со­лид­ных лю­дей», жаж­ду­щих по­зна­ко­мить­ся и по­об­щать­ся со сто­лич­ным го­стем на­шлось до­ста­точ­но. Осо­бен­но по­чтен­ных мат­рон с доч­ка­ми, сле­тев­ших­ся как пчё­лы на мёд, едва узна­ли, что гость не же­нат. Впро­чем, ко вто­рой пе­ре­мене блюд ни де­вуш­ки, ни вни­ма­ние их ро­ди­тель­ниц Ха­рел­та не вол­но­ва­ли, куда боль­ше бес­по­кой­ства ему до­став­ля­ла соб­ствен­ная бо­ро­да, рас­чё­сан­ная и за­ви­тая по по­след­ней моде. И так­же по по­след­ней сто­лич­ной моде тща­тель­но вы­кра­шен­ная вме­сте с во­ло­са­ми в се­реб­ря­ный и си­ний цве­та. Но как же эта про­кля­тая бо­ро­да до сих пор с непри­выч­ки че­са­лась! А ещё вни­ма­тель­но при­хо­ди­лось сле­дить, что­бы слу­чай­но не мак­нуть бо­ро­ду в соус и не ис­пор­тить впе­чат­ле­ние вы­чур­но­го и изыс­кан­но­го маль­чи­ка из выс­ше­го све­та.

Что­бы хоть как-то от­влечь­ся, Ха­релт вслу­шал­ся в бол­тов­ню си­дев­ше­го ря­дом бур­го­мист­ра. Тот как раз с пе­ча­лью рас­ска­зы­вал о со­бы­ти­ях в Тейне: мол, по­зор-то ка­кой – свя­щен­ник под­дер­жал са­мо­суд над невин­ной де­вуш­кой. До это­го-то все на него чуть не мо­ли­лись, и со­ве­та чаще имен­но у него спра­ши­ва­ли, хотя глав­ная цер­ковь при­хо­да в Тор­фин­се сто­ит. А ещё скан­дал, аж до сто­ли­цы до­шло. Ха­релт под­дак­нул – да, да, он вот тоже слы­шал. Мыс­лен­но же до­ба­вил, что ещё бы ему не слы­шать. Было не ис­клю­че­но, что отец Рай­берт тоже яв­лял­ся од­ной из це­лей сек­тан­тов, ор­га­ни­зо­вав­ших по­гром. Если в са­мом Тор­фин­се в цер­ковь хо­ди­ли боль­ше для при­ли­чия, то яр­кие про­по­ве­ди свя­щен­ни­ка из Тей­на со­би­ра­ли огром­ную тол­пу. Ещё и по­это­му отца Рай­бер­та спря­та­ли в од­ной из ре­зи­ден­ций Сбе­ре­га­ю­щих, а по всей окру­ге на­ча­ли рас­про­стра­нять слу­хи о суде над ним. При­чём яко­бы раз­го­во­ры и пе­ре­су­ды уже до­шли до сто­ли­цы, где ими и за­ин­те­ре­со­вал­ся тот са­мый Хек­ки. От нече­го де­лать при­е­хал «по­смот­реть, как жила на­сто­я­щая ведь­ма».

Сте­на­ния бур­го­мист­ра пре­рва­ли по­дан­ный мо­лоч­ный по­ро­сё­нок, сле­дом обиль­ный де­серт. За­тем на­чал­ся бал, где гость из Тур­ней­га сно­ва ока­зал­ся в цен­тре вни­ма­ния. Мо­ло­дые де­ви­цы и мест­ные «с­лив­ки об­ще­ства» слов­но сго­во­ри­лись и все как один спра­ши­ва­ли о но­во­стях моды и сто­лич­ных ве­я­ни­ях. При­чём вы­спра­ши­ва­ли так до­тош­но, что Ха­релт в пер­вый раз по­мя­нул доб­рым сло­вом все те нена­вист­ные ме­ро­при­я­тия и са­ло­ны, по ко­то­рым его тас­ка­ла быв­шая нена­гляд­ная. За­од­но раз­но­об­раз­ные «со­лид­ные граж­дане го­ро­да» ста­ра­тель­но за­зы­ва­ли пар­ня в го­сти или при­гла­ша­ли по­се­тить ка­кое-ни­будь ме­ро­при­я­тие, где ему, ко­неч­но же, га­ран­ти­ро­ва­но са­мое по­чёт­ное ме­сто. Ведь отец дана Хек­ки слу­жит лич­но лор­ду Хат­тан, и сын обя­за­тель­но зай­мёт ме­сто ро­ди­те­ля.

Сто­лич­ный гость от­ма­хи­вал­ся – батя кре­пок, сла­ва Еди­но­му до необ­хо­ди­мо­сти ра­бо­тать са­мо­му ещё да­ле­ко. По­сле чего под­хва­тил боль­шую пив­ную круж­ку, на­лил туда креп­ко­го вина и про­воз­гла­сил тост:

– Пусть эта пе­чаль­ная доля на­сти­га­ет нас как мож­но позд­нее, что­бы мы успе­ли на­сла­дить­ся все­ми ра­до­стя­ми жиз­ни. И лишь ко­гда всё на­до­ест – на­хо­ди­ли смысл в скуч­ных го­су­дар­ствен­ных де­лах.

Со всех сто­рон по­слы­ша­лись кри­ки одоб­ре­ния – и льсти­вые, и ис­крен­ние. Осо­бен­но ко­гда Ха­релт зал­пом вы­пил круж­ку до дна… мыс­лен­но со­дрог­нув­шись. Сна­до­бье, ко­то­рым снаб­дил его отец Эн­г­юс, поз­во­ля­ло ради об­ра­за пить не пья­нея. К со­жа­ле­нию, по­хме­лье от него было на­ут­ро куда силь­нее есте­ствен­но­го. Вне­зап­но об­щий хор на­ру­шил низ­кий груд­ной го­лос:

– Оду­май­тесь, бес­стыд­ни­ки! За­по­ве­да­но вам, что в поте лица на­доб­но хлеб до­бы­вать, и толь­ко то­гда ждёт вас на­гра­да небес­ная. А все зем­ные раз­вле­че­ния и ра­дость пло­ти – от ноч­ных де­мо­нов!

Обер­нув­шись, Ха­релт уви­дел сто­я­ще­го впол­обор­ота­ к нему стран­но­го че­ло­ве­ка. Ко­ро­тень­кий, тол­стый, неопре­де­лён­но­го воз­рас­та, с бы­чьей шеей и круг­лым, тя­жё­лым ли­цом, ко­то­рое вме­сте с двой­ным под­бо­род­ком об­ви­са­ло склад­ка­ми, точ­но вымя ко­ро­вы. Че­ло­век был одет в ко­рот­кую рясу не по раз­ме­ру: шея и часть гру­ди ока­за­лись от­кры­ты вы­ре­зом, на спине ткань то­пор­щи­лась склад­ка­ми, а ко­рот­кие, жир­ные ноги об­на­же­ны до ко­ле­на. На но­гах по виду про­стые, но явно удоб­ные и сде­лан­ные на за­каз сан­да­лии. Зато ко­рот­ко стри­жен­ные тём­ные во­ло­сы и бо­род­ка кли­ныш­ком слов­но при­над­ле­жа­ли дру­го­му че­ло­ве­ку – тща­тель­но ухо­же­ны, явно ста­рал­ся очень хо­ро­ший ци­рюль­ник. И от это­го муж­чи­на вы­гля­дел ещё ко­мич­ней.

– Не об­ра­щай­те вни­ма­ния, дан Хек­ки, – раз­дал­ся ря­дом негром­кий го­лос, муж­ской, но с чуть жен­ствен­ной бар­хат­ной хри­пот­цой, – он все­гда та­кой. Уж про­сти­те его, жизнь по­тре­па­ла, вот те­перь хо­дит да вор­чит на каж­дый празд­ник, – за­ме­тив непо­ни­ма­ю­щий взгляд со­бе­сед­ни­ка, рас­сказ­чик про­дол­жил объ­яс­не­ние: – Он в мо­ло­до­сти бе­лым был свя­щен­ни­ком[1], же­нил­ся, доч­ка ро­ди­лась. А по­том гра­би­те­ли в дом за­бра­лись, всех и по­ре­ши­ли. По­сле по­ло­жен­но­го тра­у­ра вто­рой раз же­нить­ся хо­тел – так неве­ста по­шла в лес неза­дол­го до того, как у её ро­ди­те­лей уже офи­ци­аль­но руки по­про­сят, упа­ла в овраг, да и по­мер­ла. Пока хва­ти­лись, ис­кать на­ча­ли – сле­дов ни­ка­ких. Ме­сяц ис­ка­ли, так тело зве­рьё уж из­грыз­ло – по серь­гам, что же­них да­рил, и опо­зна­ли. Отец Кай­лик, го­во­рят, чуть умом не тро­нул­ся, по­том ре­шил, что знак свы­ше – и в чёр­ные по­дал­ся, обет без­бра­чия при­нёс. А как на­сто­я­те­лем церк­ви в Тор­фин­се стал, так при­ют от­крыл для си­рот. Вот толь­ко со­би­ра­ет туда всё сла­бых здо­ро­вьем, по­сто­ян­но кто-то да по­ми­ра­ет. Отец Кай­лик от это­го ещё боль­ше пе­ре­жи­вать на­чи­на­ет, чуть не всё вре­мя в при­юте про­па­да­ет. Зря он, коли Еди­ный ре­шил кого к себе при­звать, так че­ло­век по­ме­шать не мо­жет.

Ха­релт, кра­ем уха слу­шая непре­кра­ща­ю­щу­ю­ся нра­во­учи­тель­ную про­по­ведь свя­щен­ни­ка, кив­нул. Ува­же­ни­ем на­сто­я­тель мест­ной церк­ви явно не поль­зу­ет­ся. Вдо­ба­вок, судя по се­го­дняш­не­му ви­зи­ту, име­ет склон­ность к за­нуд­но­му мо­ра­ли­за­тор­ству и нра­во­уче­ни­ям. Неуди­ви­тель­но, что у него под но­сом рас­цве­ла сек­та. Осо­бен­но если он фак­ти­че­ски за­пер­ся в цер­ков­ном при­юте и жиз­нью го­ро­да не ин­те­ре­су­ет­ся. Но это пусть раз­би­ра­ет­ся епи­скоп, а за­да­ча на­жив­ки – при­ма­нить круп­ную рыбу. И лю­бые зна­ком­ства… Ха­релт вни­ма­тель­но по­смот­рел на незва­но­го со­бе­сед­ни­ка. Пол­ная про­ти­во­по­лож­ность свя­щен­ни­ку. Лицо как то­пор, вы­со­кий, ху­дой, слов­но жердь, муж­чи­на лет со­ро­ка, в изыс­кан­ном тём­но-си­нем кам­зо­ле. При­чём кам­зол за­про­сто об­ма­нет про­сто­той по­кроя, неброс­кой тка­нью и от­сут­стви­ем укра­ше­ний – но зна­ю­ще­му че­ло­ве­ку и тем, что порт­ной ис­поль­зо­вал ба­да­хос­ский жак­кард[2], и ве­ли­ко­леп­ным ка­че­ством ра­бо­ты сра­зу объ­яс­нит: хо­зя­ин цену и себе, и день­гам зна­ет.

– Поз­воль­те пред­ста­вить­ся, – с до­сто­ин­ством ска­зал муж­чи­на, за­ме­тив ин­те­рес. – Ба­рон Стра­та­вен.

Ха­релт мыс­лен­но усмех­нул­ся: до­сто­ин­ство-до­сто­ин­ством, но вот своё от­но­ше­ние ко мне как к бо­лее знат­но­му по­спе­шил про­де­мон­стри­ро­вать сра­зу. «Дан Стра­та­вен» не про­зву­ча­ло.

– Дан Хек­ки, – а про себя до­ба­вил: «Лад­но, бу­дем счи­тать, игру я при­ня­л». Вслух же про­дол­жил чуть вы­со­ко­мер­ным и ка­приз­ным то­ном. – Гос­по­дин ба­рон, а вы не про­све­ти­те меня, как зна­ко­мый со здеш­ни­ми нра­ва­ми? На бур­го­мист­ра пле­вать уже, на­до­ел. Но вот с от­цом Кай­ли­ком мне не хо­те­лось бы ссо­рить­ся, а он, я смот­рю, про­по­ведь чи­тать бу­дет ещё дол­го. Отец Кай­лик силь­но оби­дит­ся, если мы с этой про­по­ве­ди ак­ку­рат­но уй­дём?

– Да нет, не ду­маю, тут и без нас слу­ша­те­лей хва­та­ет. А да­вай­те я вас луч­ше по­зна­ком­лю с хо­ро­ши­ми де­вуш­ка­ми, ко­то­рые не бу­дут чи­тать но­та­ций и стро­ить да­ле­ко иду­щие пла­ны? – под­миг­нул ба­рон.

По­сле чего, не до­жи­да­ясь от­ве­та, под­хва­тил Ха­рел­та под руку и по­вёл в дру­гой ко­нец зала, а по­том и к вы­хо­ду.

***

Утро Ха­релт встре­тил, ма­ясь жут­ким по­хме­льем, в по­сте­ли де­ви­цы, ко­то­рую он под­це­пил вче­ра на при­ё­ме. С ходу до­ве­рять столь на­вяз­чи­во­му зна­ко­мо­му не сто­и­ло, так что от пред­ло­же­ния ехать со Стра­та­ве­ном Ха­релт вче­ра от­ка­зал­ся. Вме­сто это­го под­це­пил одну из охот­ниц за его вни­ма­ни­ем и уехал к ней. Сей­час же ле­жал не в си­лах встать и ду­мал, что надо было про­сто уехать до­мой. Не уте­ша­ло даже то, что со­сед­ка по кро­ва­ти ве­че­ром, как и ка­ва­лер, из­ряд­но на­бра­лась и те­перь из­ны­ва­ла от го­лов­ной боли. Она-то осо­бых на­сто­ев не пила, и прой­дёт у неё всё куда быст­рее и лег­че…

Ха­релт пе­ре­хва­тил недо­воль­ный взгляд де­ви­цы, тоже сей­час гля­дев­шей на мир в се­рых то­нах, без слов встал и на­чал оде­вать­ся. Пле­вать, если де­вуш­ка оби­дит­ся или при­мет его недо­воль­ство на свой счёт, ведь но­чью она по пья­ни ока­за­лась не на вы­со­те. Пле­вать и на то, что за­ви­до­вав­шие с ве­че­ра по­друж­ки – как же, под­це­пи­ла сто­лич­но­го го­стя, обя­за­тель­но прой­дут­ся по её са­мо­лю­бию, дай толь­ко им узнать, что ка­ва­лер сбе­жал, едва проснул­ся. Ему сей­час глав­ное до­брать­ся к себе и рух­нуть брев­ном же­ла­тель­но до по­лу­дня… Ко­гда воз­ле дома его встре­тил ба­рон Стра­та­вен, Ха­релт чуть не убил неждан­но­го ви­зи­тё­ра на ме­сте.

– Ба­рон, я се­год­ня ни­ко­го не при­ни­маю…

Стра­та­вен ока­зал­ся му­жи­ком так­тич­ным, и со­сто­я­ние мо­ло­до­го че­ло­ве­ка оце­нил сра­зу. По­это­му лишь усмех­нул­ся, по­мог под­нять­ся в ком­на­ту и по­про­щал­ся:

– Я всё по­ни­маю, дан Хек­ки. То­гда до ве­че­ра. И не уез­жай­те без меня, моё обе­ща­ние всё ещё в силе.

Стра­та­вен и впрямь вер­нул­ся тем же ве­че­ром. Неожи­дан­но для Ха­рел­та он явил­ся не по­та­щить его на ка­кую-то ор­гию, как на­ме­кал, а пе­ре­дал тис­нё­ную кар­тон­ку офи­ци­аль­но­го при­гла­ше­ния и по­про­сил:

– Дан Хек­ки, мне пра­во неудоб­но, вы и так уже, на­вер­ное, уста­ли. Но вы очень меня обя­же­те, если со­гла­си­тесь при­нять при­гла­ше­ние на се­год­ня гла­вы Тор­го­вой па­ла­ты Тор­фин­са. Бук­валь­но неболь­шой при­ём…

– Ну хо­ро­ше­му че­ло­ве­ку от­че­го не по­мочь, – вздох­нул Ха­релт. – Вино-то хоть там при­лич­ное? И что­бы ни­ка­ких го­то­вых за­прыг­нуть в по­стель неуме­лых дур. Та­ких мож­но най­ти сколь­ко угод­но и не по­ки­дая Тур­ней­га.

– Как вы мог­ли по­ду­мать, дан Хек­ки? Се­год­ня там толь­ко со­лид­ные люди.

Дом, куда Стра­та­вен при­вёз сто­лич­но­го го­стя, от са­мых две­рей встре­чал огром­ной при­хо­жей с мас­сив­ной пом­пез­ной лест­ни­цей, ко­то­рая вела на вто­рой этаж. Здесь во­об­ще всё от­ли­ча­лось пыш­но­стью от­дел­ки, ко­ро­лев­ский раз­мах и по­каз­ной ги­пер­тро­фи­ро­ван­ный шик, бо­гат­ство и рос­кошь на­по­каз. Обиль­ная леп­ни­на на по­тол­ке и сте­нах, фрес­ки и сплош­ня­ком кар­ти­ны вдоль лест­ни­цы. А ещё вез­де мно­го по­зо­ло­ты, от ко­то­рой ря­би­ло в гла­зах. Даже го­бе­ле­ны и дра­пи­ров­ка стен сплошь рас­ши­ты зо­ло­ты­ми ни­тя­ми. Раз­ве что пол не из зо­ло­тых пла­шек, а мра­мор да ху­до­же­ствен­ный пар­кет из крас­но­го де­ре­ва.

Сто­и­ло под­нять­ся на вто­рой этаж и пе­ре­сту­пить по­рог огром­ной дву­створ­ча­той две­ри с вы­чур­ным по­зо­ло­чен­ным ор­на­мен­том, как Ха­релт и Стра­та­вен по­па­ли в зал для при­ё­мов. Всё та же пом­пез­ная рос­кошь по­зо­ло­чен­ной леп­ни­ны и обо­ев в зо­ло­том ор­на­мен­те. У од­ной из стен рас­по­ла­гал­ся огром­ный ка­мин, в ко­то­ром пы­лал на­сто­я­щий огонь – спа­си­бо, хоть во­круг него по­зо­ло­ты не име­лось. Про­сто бе­лый ка­мень, укра­шен­ный резь­бой. Зато осталь­ное опять по­кры­то зо­ло­том и брон­зой: что сто­ли­ки с ши­ро­ки­ми рез­ны­ми нож­ка­ми, что пёст­рые ди­ва­ны и сту­лья с зо­ло­чё­ны­ми под­ло­кот­ни­ка­ми. У кого-то явно был из­бы­ток де­нег и этот кто-то своё бо­гат­ство ста­рал­ся всем ткнуть в лицо.

Зо­ло­тое ве­ли­ко­ле­пие вме­сто нор­маль­ных ламп было осве­ще­но сот­ня­ми све­чей, ко­то­рые ви­се­ли и сто­я­ли по­всю­ду. Бла­го­да­ря им в ком­на­те ца­рил при­ят­ный ми­сти­че­ский по­лу­мрак, в ко­то­ром, надо при­знать, здеш­няя по­зо­ло­та и леп­ни­на всё-таки смот­ре­лись бо­лее-ме­нее умест­но. К со­жа­ле­нию, в этом све­те были очень хо­ро­шо очер­че­ны ещё и незна­ко­мые лица, по­вёр­ну­тые в сто­ро­ну го­стя, и их было нема­ло. Ха­релт об­ре­чён­но сжал губы, огля­нул­ся по сто­ро­нам и по­чув­ство­вал, как по­ми­мо воли внут­ри про­сы­па­ет­ся ужас. И это на­зы­ва­ет­ся ти­хий неболь­шой при­ём? Сле­ду­ю­щие два часа он про­клял сто раз свою сла­бо­ха­рак­тер­ность, поз­во­лив­шую его сюда за­та­щить. Де­виц здесь и прав­да не име­лось, зато было пол­но тор­го­вых акул, ко­то­рые упор­но ста­ра­лись за­вя­зать зна­ком­ство и по­пут­но вы­ма­нить у мо­ло­до­го бал­бе­са ка­кие-ни­будь важ­ные све­де­ния из сто­ли­цы и внут­рен­ней кух­ни се­мьи Хат­тан.

По­мог­ла, на­вер­ное, толь­ко су­ро­вая шко­ла са­мо­дис­ци­пли­ны, ко­то­рую пре­по­да­вал отец Эн­г­юс. Врать при­хо­ди­лось по­сто­ян­но, ме­шая прав­ду и вы­мы­сел так, что­бы со­бе­сед­ник по­ве­рил – олух из зо­ло­той мо­ло­дё­жи и впрямь не по­ни­ма­ет, чего сболт­нул. При этом надо было дер­жать в го­ло­ве все ва­ри­ан­ты раз­го­во­ров, ина­че мож­но раз­ным лю­дям со­врать про­ти­во­по­лож­ные вещи. Если сек­тан­ты за ним сей­час сле­дят, то по­том все сло­ва фаль­ши­во­го Хек­ки бу­дут тща­тель­но ана­ли­зи­ро­вать.

Ко­гда по­сле при­ё­ма Ха­релт в со­про­вож­де­нии ба­ро­на бук­валь­но вы­полз на ули­цу и рас­тёк­ся лу­жи­цей на си­де­нье ко­ляс­ки, то со­вер­шен­но ис­кренне ска­зал:

– Уф… луч­ше бы там и впрямь были де­ви­цы, ко­то­рые по оче­ре­ди до­мо­га­лись меня с ве­че­ра до утра. С ними я хоть знаю, чего надо де­лать.

Стра­та­вен на это лишь за­га­доч­но улыб­нул­ся. И со сле­ду­ю­ще­го дня на­чал тас­кать сто­лич­но­го го­стя уже по раз­ным уве­се­ли­тель­ным ме­ро­при­я­ти­ям. Глу­пая че­ре­да празд­ни­ков дли­лась неде­лю, за ко­то­рую дома ува­жа­е­мых лю­дей и лица ноч­ных по­дру­жек слип­лись во что-то нераз­ли­чи­мое, а Ха­релт всё боль­ше ощу­щал себя но­во­бран­цем, ко­то­ро­го с меш­ком пес­ка на пле­чах за­став­ля­ют про­хо­дить по­ло­су пре­пят­ствий. Ба­рон же всё это вре­мя – как ему ка­за­лось неза­мет­но – ста­рал­ся на­бить­ся к мо­ло­до­му обол­ту­су в близ­кие дру­зья. На взгляд Ха­рел­та ак­тёр из Стра­та­ве­на был по­сред­ствен­ный, он не так уж ред­ко вы­хо­дил из роли. Тем не ме­нее Ха­релт ему ста­ра­тель­но под­да­ки­вал, изо всех сил изоб­ра­жая про­сто­фи­лю с огром­ным са­мо­мне­ни­ем.

На­ко­нец рыб­ка клю­ну­ла. Они как раз пол­ночь-за­пол­ночь воз­вра­ща­лись с оче­ред­но­го бала, ко­то­рый да­вал бо­га­тый ку­пец. Ко­гда уже са­ди­лись в ко­ляс­ку, Ха­релт ис­кренне вздох­нул:

– На­до­е­ли. Та­кое ощу­ще­ние, что не в го­род при­е­хал, а в бор­дель элит­ный. Каж­дая вто­рая пы­та­ет­ся за­лезть ко мне в по­стель. И лад­но бы чего уме­ли…

– Ска­же­те, дан Хек­ки, луч­ше бы книж­ки чи­та­ли?

– А… если бы это­му в книж­ках учи­ли. Это батя мне все уши уже про­жуж­жал, чи­тай типа. Но вот это­му не учат.

– Ну по­че­му? Ино­гда в кни­гах со­дер­жит­ся ис­ти­на, пусть и при­хо­дит­ся по­да­вать её несколь­ко за­ву­а­ли­ро­ва­но.

– Про секс тоже? – ух­мыль­нул­ся Ха­релт.

– В ка­кой-то сте­пе­ни да.

Ха­релт от­ве­тил не сра­зу, изоб­ра­жая сму­ще­ние. Хотя серд­це со­всем по-на­сто­я­ще­му бе­ше­но за­ко­ло­ти­ло о рёб­ра. Вот оно, пошло! Не зря вче­ра его вещи обыс­ка­ли. При­чём сде­ла­ли всё на­столь­ко ак­ку­рат­но, что если бы не боль­шая прак­ти­ка по­мощ­ни­ком сле­до­ва­те­ля под ру­ко­вод­ством отца Эн­г­ю­са и по­это­му нема­лый лич­ный опыт, Ха­релт ни­че­го бы не за­ме­тил. Зна­чит, в ве­щах на­шли со­чи­не­ния Гав­ра­на, хоть и за­пре­щён­ные, но всё рав­но сре­ди зо­ло­той мо­ло­дё­жи по­пу­ляр­ные. А кро­ме опи­са­ния ор­гий с под­рост­ка­ми, фор­маль­но из-за ко­то­рых цен­зор­ский ко­ми­тет канц­лер­ско­го со­ве­та и со­гла­сил­ся с по­же­ла­ни­ем Си­но­да за­пре­тить твор­че­ство Гав­ра­на, из­ряд­ная часть кни­ги была по­свя­ще­на ведь­мам и всем про­чим, хлеб­нув­шим тём­но­го ис­кус­ства – и по­то­му про­сла­вив­ших­ся как от­мен­ные лю­бов­ни­цы.

– Ну это же всё так… мало ли чего в кни­гах при­ду­ма­ют?

– Не со­всем. Если вам и прав­да на­до­е­ли мест­ные ду­роч­ки, могу по­зна­ко­мить с од­ной по­тря­са­ю­щей жен­щи­ной. Сра­зу ска­жу, про неё зна­ют толь­ко из­бран­ные и при­ни­ма­ет она лишь по ре­ко­мен­да­ции од­но­го из сво­их дру­зей. Увы, отец Кай­лик не одоб­ря­ет, а то и во­об­ще гро­зит­ся… впро­чем, неваж­но. Но я могу вас по­ре­ко­мен­до­вать.

– И что, так хо­ро­ша?

– Небо и зем­ля, дан Хек­ки. Не от­ка­зы­вай­тесь, по­про­буй­те сами. Я каж­дую ночь с ней вспо­ми­наю по­том неде­ля­ми, – за­кон­чил ба­рон. – А уж я-то жен­ским вни­ма­ни­ем во­все не об­де­лён, как вы за­ме­ти­ли.

– Ну… Если вы её так на­хва­ли­ва­е­те и го­во­ри­те, что каж­дую ночь вспо­ми­на­ли дол­го… А днём зай­ти мож­но?

– Мож­но, ко­неч­но. Но по­че­му имен­но днём? – уди­вил­ся ба­рон.

– По­ни­ма­е­те… При­слу­га за мной шпи­о­нит, я уве­рен, батя ей при­ка­зал. По­то­му-то к ночи я и ста­ра­юсь воз­вра­щать­ся. И ко­гда при­е­дем в Тур­нейг, если… Впро­чем, это вас не ка­са­ет­ся. Глав­ное, что вот днём во­про­сов ни у кого не воз­ник­нет.

– Доб­ро, – по­ни­ма­ю­ще кив­нул ба­рон. – Я по­ста­ра­юсь до­го­во­рить­ся на по­сле­зав­тра. И по­верь­те – ощу­ще­ния вас ждут неза­бы­ва­е­мые.

Рис­ко­вать Ха­релт не со­би­рал­ся, по­это­му в уго­во­рён­ный день пря­мо с утра изоб­ра­жал страш­ное нерв­ное воз­буж­де­ние. Неза­дол­го до на­зна­чен­но­го вре­ме­ни пре­ду­пре­дил до­маш­них, что уез­жа­ет до ве­че­ра и тут же очень гром­ко, что­бы услы­ша­ли по­сто­рон­ние, по­ссо­рил­ся со стар­шим из слуг: тот вы­ска­зы­вал со­мне­ние, сто­ит ли мо­ло­до­му гос­по­ди­ну ехать куда-то в та­ком нерв­ном со­сто­я­нии. По­лу­чив от­вет: «Те­бя не ка­са­ет­ся», – ста­рик на­су­пил­ся, но спо­рить не про­дол­жил, а лишь про­бур­чал пару ру­га­тельств под нос – на деле ко­до­вые фра­зы. В ко­ляс­ку к ба­ро­ну Ха­релт са­дил­ся со спо­кой­ной ду­шой. При­слу­га была на са­мом деле из мо­на­хов Ор­де­на, на­мёк они по­ня­ли. На вся­кий слу­чай па­роч­ка шпи­ков бу­дет сле­дить, куда Стра­та­вен по­вёз го­стя.

Оста­но­ви­лась ко­ляс­ка в небо­га­том рай­оне, из тех, где край­нюю бед­ность при­кры­ва­ют ак­ку­рат­но­стью и чи­сто­той. Зато внут­ри дом, куда ба­рон при­вёл спут­ни­ка, по­ра­жал кон­тра­стом рос­ко­ши. До­ро­гие ба­да­хос­ские ков­ры и се­вер­ные го­бе­ле­ны, на смуг­лой чер­но­во­ло­сой кра­са­ви­це – по­лу­про­зрач­ное пла­тье чи­сто­го шёл­ка. На пле­чах дра­го­цен­ная шаль из Гор­но­го Шахри­са­бзса– за та­кие пла­тят зо­ло­том по весу. Кра­са­ви­ца ле­гонь­ко толк­ну­ла ба­ро­на к две­рям на вы­ход, сама же по­ве­ла го­стя в сле­ду­ю­щую ком­на­ту, без окон. Осве­ща­ли её лишь све­чи, ко­то­рые стран­но пах­ли. И ещё здесь была огром­ная кро­вать. Кра­са­ви­ца кос­ну­лась ще­кой его лица, дав при этом вдох­нуть аро­мат пах­ну­щих тра­ва­ми во­лос. Неж­но по­це­ло­ва­ла пар­ня сна­ча­ла в щеку, по­сле в губы, по­том по­це­луй сме­стил­ся на шею. Как-то она умуд­ри­лась при этом сна­ча­ла снять с го­стя кам­зол, даль­ше стя­нуть ру­ба­ху. И вот уже оба на по­сте­ли об­на­жён­ные, Ха­релт тро­гал её неж­ное тело, ла­до­ня­ми по­гла­жи­вая гру­ди, пле­чи, руки, а кра­са­ви­ца лас­ка­ла его в от­вет, за­став­ляя каж­дый нерв тре­пе­тать в пред­вку­ше­нии. Мгно­ве­ние – и она уже осед­ла­ла пар­ня, за­став­ляя по­гру­жать­ся в себя, рас­тво­рить­ся в себе….

На ули­цу Ха­релт вы­брал­ся толь­ко под ве­чер и с вы­ра­же­ни­ем ка­ко­го-то жи­вот­но­го вос­тор­га на лице. Впе­чат­ле­ния от встре­чи не смог бы удер­жать внут­ри ни один муж­чи­на, даже отец Эн­г­юс, а уж Ха­рел­ту до ис­кус­ства са­мо­кон­тро­ля Сбе­ре­га­ю­щих было да­ле­ко. Ба­рон, встре­тив­ший при­я­те­ля в неболь­шом дво­ри­ке при доме, от­нёс­ся к его виду с мно­го­зна­чи­тель­ным по­ни­ма­ни­ем. Дал ку­че­ру при­каз сле­до­вать за ними, сам же взял пар­ня под руку, и они нето­роп­ли­во дви­ну­лись в об­рат­ном на­прав­ле­нии. Ко­гда они про­ша­га­ли пару улиц, спро­сил:

– Ну как, не об­ма­нул я вас?

– Это было… было…

– Вполне вас по­ни­маю.

– Луч­ше­го в моей жиз­ни нет и не было.

– Что не было – это на­вер­ня­ка. А вот на­счёт луч­ше. По сек­ре­ту ска­жу – мо­жет быть и луч­ше.

– Ба­рон, я бла­го­да­рен вам, но не надо. Ложь не кра­сит, как го­во­рят в за­по­ве­дях Еди­но­го. Луч­ше быть не мо­жет.

– А вот и нет. Эта де­ви­ца и прав­да хо­ро­ша, спо­ров нет. Но она на­учи­лась все­му от од­ной жен­щи­ны, и пре­вос­хо­дит на­став­ни­ца в ис­кус­стве люб­ви свою вос­пи­тан­ни­цу при­мер­но так, как се­го­дняш­няя де­вуш­ка тех дур, ко­то­рые пы­та­лись за­прыг­нуть к вам в по­стель всю эту неде­лю.

Ха­релт кив­нул и оста­но­вил­ся нена­дол­го. При­сло­нить­ся к стене и пе­ре­ве­сти дух. Серд­це бе­ше­но сту­ча­ло о рёб­ра и уни­мать­ся не хо­те­ло: он вы­шел на след! Что бу­дет даль­ше, в прин­ци­пе, уже по­нят­но. В Им­пе­рии про­сти­ту­ция на­хо­ди­лась на по­лу­ле­галь­ном по­ло­же­нии. Но ко­гда Ха­релт ез­дил на се­вер в Су­о­лах­ти как Тень, то ча­сто бы­вав­шие в Ба­да­хо­се по­пут­чи­ки рас­ска­зы­ва­ли, де­скать, на Ар­хи­пе­ла­ге де­вуш­кам из элит­ных пуб­лич­ных до­мов обя­за­тель­но ста­ра­ют­ся при­гла­шать в учи­те­ля жри­цу куль­та пло­до­ро­дия из Ма­та­ра­ма. И вы­тво­ря­ют де­ви­цы по­том нечто по­хо­жее на се­го­дняш­нюю лю­бов­ни­цу. Осо­бен­но если дать по­ню­хать что-то из гал­лю­ци­но­ге­нов или аф­ро­ди­зи­а­ков. Сто­лич­но­му про­сто­фи­ле это­го долж­но хва­тить, что­бы ку­пить­ся на обе­ща­ния но­вых на­сла­жде­ний, пусть для это­го и при­дёт­ся уже пе­ре­сту­пить грань за­прет­но­го. Сна­ча­ла немно­го, по­том ещё немно­го – а даль­ше, гля­дишь, ты либо ста­но­вишь­ся сек­тан­том, либо так опу­тан шан­та­жом, что пре­вра­тишь­ся в по­слуш­ную ма­ри­о­нет­ку.

– И что, вы пред­ла­га­е­те вот так за­про­сто?..

– Ну по­че­му же за­про­сто? Ваш се­го­дняш­ний ви­зит и что вы дер­жа­лись до­стой­но уже хо­ро­шая ре­ко­мен­да­ция. Но я бы ре­ко­мен­до­вал осо­бо не от­кла­ды­вать. Пока све­жи впе­чат­ле­ния и есть воз­мож­ность срав­ни­вать.

«То­ро­пишь­ся, – мыс­лен­но усмех­нул­ся Ха­релт. – Бо­ишь­ся, уеду рань­ше, чем ты успе­ешь меня при­вя­зать. Или при­слу­га впра­вит моз­ги за­рвав­ше­му­ся мо­ло­ко­со­су. Ведь за­про­сто па­пень­ка та­кой при­каз мог от­дать, зная на­ту­ру обол­ту­са-на­след­нич­ка. Не буду разо­ча­ро­вы­вать».

Ха­релт на пару ми­нут за­стыл по­сре­ди ули­цы, изоб­ра­жая борь­бу стра­ха и рас­па­лён­ной по­хо­ти, по­том с на­иг­ран­ной бра­ва­дой бро­сил:

– Вы пра­вы, ба­рон. Не сто­ит от­кла­ды­вать. Пой­дём­те со мной, пока мне го­то­вят ба­рах­ло для вы­ез­да, вы­пьем хо­ро­ше­го вина из ви­но­град­ни­ков са­мо­го лор­да. Взял, зна­е­те, из от­цов­ских за­па­сов, если за­хо­чет­ся не мест­ной кис­ля­ти­ны, а по-на­сто­я­ще­му бла­го­род­но­го на­пит­ка.

В доме Ха­релт с по­ро­га по­тре­бо­вал:

– Со­брать мне вещи, я уез­жаю на два-три дня с ба­ро­ном. А мы пока вы­пьем вина.

Ха­релт как раз до­стал бу­тыл­ку из дя­ди­ных ви­но­град­ни­ков, раз­лил на­пи­ток по бо­ка­лам и даже неволь­но взгруст­нул: с та­ко­го же вина на­чал­ся раз­го­вор с от­цом Эн­г­ю­сом. В это вре­мя в ком­на­ту во­шёл по­жи­лой ла­кей, ру­ко­во­див­ший и при­слу­гой, и рас­по­ряд­ком дня мо­ло­до­го хо­зя­и­на. С по­ро­га по­пы­тал­ся было про­те­сто­вать:

– Мой гос­по­дин, не очень хо­ро­шо без сви­ты та­ко­му бла­го­род­но­му дану ехать в го­сти. Хоть пару гру­мов с со­бой надо взять.

Ха­релт в от­вет взо­рвал­ся:

– Да как ты сме­ешь, раб, ука­зы­вать бла­го­род­но­му дану? Знай своё ме­сто! – и ки­нул в слу­гу бо­кал со сто­ла.

Ста­рик без тру­да увер­нул­ся, по­ка­чал го­ло­вой, но в при­сут­ствии вто­ро­го бла­го­род­но­го гос­по­ди­на спо­рить не риск­нул. Ба­рон поз­во­лил себе, пока ду­мал, что на него не смот­рят, усмеш­ку – по­нят­но, для это­го его маль­чик и звал. В оди­ноч­ку спо­рить с до­ве­рен­ным от­цов­ским слу­гой бо­ит­ся, а так мож­но и по­пе­ту­шить­ся. Вер­но оце­нил про­ис­хо­дя­щее и ста­рик, по­это­му недо­воль­но бур­чал себе под нос вплоть до мо­мен­та, ко­гда ла­кеи сло­жи­ли че­мо­да­ны в вы­зван­ную ба­ро­ном ко­ляс­ку, и ло­ша­ди тро­ну­лись, а по­том остал­ся на крыль­це, свер­лить спи­ны недо­воль­ным взгля­дом… Ха­релт уез­жал со спо­кой­ной ду­шой: бу­тыл­ка была услов­ным зна­ком, что сек­тан­ты при­гла­си­ли его на свою це­ре­мо­нию. Ну а скан­дал окон­ча­тель­но убе­дил ба­ро­на, что Хек­ки без­воль­ное ни­что­же­ство с огром­ным са­мо­мне­ни­ем. Все­го че­рез пару ча­сов ря­дом с го­ро­дом бу­дет го­то­вый к бою от­ряд ин­кви­зи­то­ров, ждать сиг­на­ла от «при­ман­ки».

Ко­ляс­ка за­вер­ши­ла путь за го­ро­дом, и Ха­релт с ин­те­ре­сом при­нял­ся рас­смат­ри­вать боль­шой трёх­этаж­ный ста­рый дом, с уви­ты­ми плю­щом сте­на­ми и изящ­ны­ми ба­шен­ка­ми по уг­лам зда­ния. Впро­чем, раз­би­тый во­круг сад за­ин­те­ре­со­вал его куда боль­ше. Слиш­ком ве­лик для та­кой усадь­бы. И мно­го вы­со­ких де­ре­вьев, они сплош­ной сте­ной об­ни­ма­ли все по­строй­ки – из окон дома, лю­бо­го са­рая или ко­нюш­ни и из-за внеш­ней огра­ды про­смат­ри­вал­ся толь­ко бли­жай­ший к на­блю­да­те­лю пя­та­чок. Вро­де бы так по­лу­чи­лось слу­чай­но, но чу­тьё мага и об­ра­зо­ва­ние по ча­сти фор­ти­фи­ка­ции под­ска­зы­ва­ли, что из­ряд­ную часть де­ре­вьев са­жа­ли мно­го поз­же стро­и­тель­ства цен­траль­но­го дома, а по­том уско­ря­ли рост. Серд­це ёк­ну­ло и за­би­лось быст­рее, как пе­ред дра­кой, ко­гда на тебя уже смот­рит про­тив­ник… Ха­релт за­ста­вил себя успо­ко­ить­ся и по­сле­до­вать в дом за ба­ро­ном, ко­то­рый ждал на крыль­це и на­чи­нал вы­ка­зы­вать нетер­пе­ние.

Весь сле­ду­ю­щий день Ха­рел­ту при­шлось ждать в предо­став­лен­ных ему апар­та­мен­тах. Без­де­лье уто­ми­ло, даже не при­шлось иг­рать раз­дра­же­ние от за­держ­ки. Но при­став­лен­ный слу­га ко­рот­ко от­ве­чал, мол, та­ко­во рас­по­ря­же­ние ба­ро­на, к тому же бла­го­род­ный гос­по­дин сам хо­тел, что­бы его пре­бы­ва­ние оста­ва­лось ин­когн­ито­. И ни­ку­да вы­хо­дить нель­зя. При­шлось со­гла­сить­ся. От нече­го де­лать Ха­релт озна­ко­мил­ся с книж­кой Гав­ра­на, ко­то­рую пе­ред отъ­ез­дом ки­нул в свои вещи «для под­дер­жа­ния об­ра­за» не чи­тая. Она на­шлась аж сра­зу в трёх из­да­ни­ях. Вы­со­кий рез­ной шкаф скры­вал ещё не мень­ше двух де­сят­ков со­чи­не­ний по­доб­но­го со­дер­жа­ния, но на них Ха­релт вре­ме­ни тра­тить не стал. Сплош­ные по­хаб­ные сце­ны там от­ли­ча­лись друг от дру­га толь­ко име­на­ми пер­со­на­жей, к тому же, в от­ли­чие от Гав­ра­на, ли­те­ра­тур­ный та­лант у под­ра­жа­те­лей от­сут­ство­вал на­чи­сто.

Стра­та­вен явил­ся на за­ка­те, ко­гда, по его мне­нию, нетер­пе­ние го­стя долж­но было до­стичь пика.

– Ба­рон, как это по­ни­мать? – сра­зу же на­чал гнев­ным то­ном Ха­релт. – Сами то­ро­пи­ли, а те­перь я с утра тут уже…

– Дан Хек­ки, я про­шу про­ще­ния, но вы были пра­вы. Ваш слу­га по­про­бо­вал на­ру­шить ваш при­каз, при­шлось дать ему лож­ный след. Нехо­ро­шо, если он во­рвёт­ся и вы­рвет вас сра­зу из по­сте­ли.

– А, ну да.

– И ещё надо было под­го­то­вить всё имен­но для вас. Вас уже ждут… Но сна­ча­ла сто­ит пе­ре­ку­сить – ина­че бу­дет обид­но, если вам не хва­тит сил и на по­ло­ви­ну утех. По­верь­те мо­е­му опы­ту, это бу­дет не лиш­ним.

– Ну… если вы так на­ста­и­ва­е­те.

– Ну что вы, я ни­ко­го не за­став­ляю. Толь­ко со­ве­тую.

– Ну хо­ро­шо, я при­му ваш со­вет.

При­вкус лёг­ко­го ужи­на Ха­рел­та на­сто­ро­жил. Впро­чем, он тут же ре­шил – тра­вить его не бу­дут, ско­рее все­го, в еде опять ка­кой-то гал­лю­ци­но­ген. О том, что Ха­релт маг, сек­тан­ты не до­га­да­лись, ина­че до­ба­ви­ли бы за­од­но сна­до­бье, ко­то­рое сни­жа­ет кол­дов­ские спо­соб­но­сти. А без это­го ор­га­низм силь­но­го мага спра­вит­ся с отра­вой на­мно­го быст­рее, чем рас­счи­ты­ва­ют хо­зя­е­ва. Сра­зу по­сле ужи­на ба­рон вру­чил меш­ко­ва­тый ба­ла­хон с ка­пю­шо­ном

– На­день­те вме­сто сво­ей одеж­ды. Я тоже пе­ре­оде­нусь. В свя­ти­ли­ще люб­ви нель­зя вхо­дить в зем­ной одеж­де. Да она и ис­пор­тит­ся, жал­ко.

По­да­вая при­мер, Стра­та­вен сам раз­дел­ся, вклю­чая бе­льё, и на­дел ба­ла­хон на го­лое тело. Ко­гда гость тоже пе­ре­об­ла­чил­ся, ба­рон же­стом при­гла­сил сле­до­вать за со­бой.

Как и ожи­да­лось, лест­ни­ца, укры­тая за по­тай­ной па­не­лью в од­ной из со­сед­них ком­нат, при­ве­ла ба­ро­на вме­сте со спут­ни­ком на под­зем­ный ярус. Даль­ше по­шёл длин­ный ко­ри­дор с мно­го­чис­лен­ны­ми по­во­ро­та­ми. Воз­дух здесь был на удив­ле­ние су­хой и све­жий, без тени затх­ло­сти и сы­ро­сти. Фа­кел в руке про­вод­ни­ка ча­дил и све­та по­чти не да­вал, лишь с тру­дом поз­во­лял не от­ста­вать от раз­мы­той фи­гу­ры впе­ре­ди. Всё осталь­ное те­ря­лось в кро­меш­ной тем­но­те. К удив­ле­нию Ха­рел­та, он не мёрз, хотя бо­сые ступ­ни ощу­ща­ли го­лый шер­ша­вый ка­мень плит, из ко­то­ро­го, судя по все­му, стро­и­ли и сте­ны – а из одеж­ды на нём имел­ся толь­ко ба­ла­хон на го­лое тело.

Уда­рив­ший по­сле оче­ред­но­го по­во­ро­та по гла­зам свет за­ста­вил оста­но­вить­ся и за­мор­гать по со­ви­но­му. Но ко­гда зре­ние вос­ста­но­ви­лось, ста­ло по­нят­но, что они вы­шли в круг­лую ком­на­ту мет­ров две­на­дца­ти-че­тыр­на­дца­ти в по­пе­реч­ни­ке. В цен­тре – пен­та­грам­ма, по вер­ши­нам лу­чей вде­ла­ны в пол ме­тал­ли­че­ские пру­тья по­чти в че­ло­ве­че­ский рост, на каж­дом свер­ху го­рел баг­ро­вый огонь. Внут­ри пен­та­грам­мы два сек­тан­та в зна­ко­мых ба­ла­хо­нах при­жи­ма­ли к полу хо­ро­шень­кую ко­рот­ко стри­жен­ную зо­ло­то­во­ло­сую де­воч­ку лет три­на­дца­ти в бе­лой ру­ба­хе до ко­лен. Точь-в-точь как в книж­ке, ко­то­рую Ха­релт чи­тал се­год­ня днём.

Уви­дев во­шед­ших, де­воч­ка при­ня­лась с но­вой си­лой от­ча­ян­но со­про­тив­лять­ся, пы­та­ясь ляг­нуть сво­их вра­гов. Ру­ба­ха за­дра­лась вверх, бес­стыд­но об­на­жая ре­бён­ка ниже по­я­са… Ха­релт вдруг по­чув­ство­вал жар вни­зу жи­во­та и свою воз­буж­дён­ную плоть.

«Не со­би­ра­лись они за­тя­ги­вать сто­лич­но­го ду­ра­ка в сек­ту, – вспыш­кой мол­нии при­шло по­ни­ма­ние. – Шан­таж!» Дрянь в ужине была не гал­лю­ци­но­ге­ном, а аф­ро­ди­зи­а­ком в убой­ной дозе. Сей­час он дол­жен дев­чуш­ку звер­ски из­на­си­ло­вать, за­тем её при­не­сут в жерт­ву Вла­ды­ке ночи Шэту. Утром тело и за­клю­че­ние вра­ча по­ка­жут дану Хек­ки – по­сле чего у него вы­бор либо по­слуш­но вы­пол­нять все ука­за­ния, либо на эша­фот. И мож­но не со­мне­вать­ся, что имен­но ре­шит маль­чик из зо­ло­той мо­ло­дё­жи.

Ха­релт сде­лал неболь­шой ша­жок, ста­ра­ясь, как учил отец Эн­г­юс, обуз­дать ди­кий огонь сво­их эмо­ций, ско­вать сталь­ны­ми тис­ка­ми воли и на­пра­вить в цель все­по­гло­ща­ю­щим пла­ме­нем. Вдох. Шаг. Вы­дох. Из-под ка­пю­шо­на ба­ро­на мет­нул­ся хищ­ный взгляд: да­вай-да­вай ду­ра­чок, пы­тай­ся удер­жать­ся. Всё рав­но не смо­жешь. Вдох. Но­вый шаг. Сно­ва вы­дох. Бли­же. Ещё бли­же.

Ко­гда оста­лось все­го пол­то­ра мет­ра, Ха­релт, на­ко­нец, поз­во­лил яро­сти про­рвать­ся на­ру­жу.

– Хат-та!.. – с ди­ким рё­вом, с яро­стью бер­сер­ке­ра он ки­нул­ся впе­рёд.

Пер­вый сек­тант по­лу­чил удар ку­ла­ком в ви­сок, на тре­ни­ров­ке Ха­релт та­ким ло­мал дос­ку. Сра­зу же Ха­релт на­нёс вто­ро­му сек­тан­ту удар пят­кой в ко­ле­но и реб­ром ла­до­ни по гор­лу. Сле­дом в ос­но­ва­нии бли­жай­ше­го све­тиль­ни­ка по­ле­те­ло пла­мя – пусть за­го­во­рён­ный ка­мень стен по­га­сил ата­ку­ю­щую ма­гию очень быст­ро, бе­шен­ство по­мог­ло вы­дер­нуть прут из раз­во­ро­чен­но­го уда­ром пола. Мгно­ве­ние – и па­рень уже сто­ял ли­цом к про­хо­ду, в зве­ри­ном прыж­ке по­пы­тав­шись до­тя­нуть­ся до ба­ро­на. Уда­лось на­по­ло­ви­ну. Муж­чи­на всё-таки успел за­ско­чить в ко­ри­дор и в тем­но­те пре­сле­до­вать Ха­релт не риск­нул. Но судя по до­нёс­шей­ся ру­га­ни, за­це­пил его Ха­релт непло­хо.

– Всё хо­ро­шо, моя ми­лая, – Ха­релт поз­во­лил себе бро­сить взгляд за спи­ну.

Де­воч­ка в от­вет кив­ну­ла, креп­ко сжав зубы, что­бы не сту­ча­ли, и от­сту­пи­ла к даль­ней стене. В гла­зах за­сты­ла ди­кая смесь стра­ха, от­ча­я­ния, на­деж­ды и вос­хи­ще­ния.

За по­во­ро­том по­слы­шал­ся шум. Ха­релт ухва­тил своё им­про­ви­зи­ро­ван­ное ору­жие по­удоб­нее, и тут раз­дал­ся го­лос. Стран­ный, низ­кий, виб­ри­ру­ю­щий, но разо­брать сло­ва по­лу­ча­лось без тру­да.

– Мы хо­тим по­го­во­рить. Про­пу­стишь ли ты нас, дабы мы мог­ли по­пы­тать­ся ула­дить наши раз­но­гла­сия без сра­же­ния?

Ха­релт усмех­нул­ся. Тя­нут вре­мя. Мо­жет, и прав­да хо­тят пред­ло­жить ему уйти, если он от­даст де­воч­ку. Вряд ли у них го­то­ва по­бли­зо­сти ещё одна жерт­ва – а чёр­ный ри­ту­ал пре­ры­вать нель­зя. Ней­тра­ли­зо­вать же за­щит­ни­ка до­воль­но труд­но: на та­ком неболь­шом про­стран­стве даже по­сред­ствен­ный меч­ник, не го­во­ря уж о лю­бом от­прыс­ке бла­го­род­но­го со­сло­вия, убьёт ар­ба­лет­чи­ка или луч­ни­ка рань­ше, чем тот успе­ет при­це­лить­ся. Вы­ска­ки­вать и стре­лять на­вскидк­у – по­чти на­вер­ня­ка часть стрел по­па­дёт в де­воч­ку. Но и ему за­держ­ка на руку. Ха­релт вло­жил в удар ог­нём уйму сил не толь­ко ради того, что­бы про­бить здеш­нюю за­щи­ту от ча­ро­дей­ства. Бе­ше­ные вспо­ло­хи пла­ме­ни спря­та­ли за со­бой неза­мет­ный сиг­нал отцу Эн­г­ю­су и опи­са­ние ме­ста вхо­да в под­зем­ные ка­та­ком­бы.

– Вхо­ди­те. Я буду сто­ять у пен­та­грам­мы. И обе­щаю не на­па­дать, если вы сде­ла­е­те то же са­мое.

Пер­вым за­шёл ба­рон и впе­рил в пар­ня нена­ви­дя­щий взгляд. Гля­дя, как него­дяй хро­ма­ет, Ха­релт в от­вет до­воль­но оскла­бил­ся. Вто­рым – невы­со­кий че­ло­век, и ка­пю­шон, в от­ли­чие от спут­ни­ка, низ­кий сни­мать не стал.

– Я вижу, что ты пе­ре­ду­мал, – за­ро­ко­тал го­лос. – Но рас­су­ди: ты всё рав­но не вый­дешь от­сю­да мимо на­ших бра­тьев. Но и нам не хо­чет­ся ра­не­ний. По­то­му, пред­ла­гаю сдел­ку.

– Что-то мне ка­жет­ся, – усмех­нул­ся па­рень, – ба­рон бу­дет про­тив. Не так ли, Стра­та­вен? Силь­но бо­лит? Или ещё не очень? Могу до­ба­вить.

Лицо ба­ро­на ис­ка­зи­ла нена­висть, но едва вто­рой предо­сте­ре­га­ю­ще под­нял руку, с лица сек­тан­та слов­но губ­кой стёр­ло все чув­ства.

– Моё сло­во на­ру­шить не по­сме­ет ни­кто. Мы го­то­вы вы­пу­стить тебя, а дев­чон­ка пусть оста­ёт­ся. По­ду­май, ведь жизнь у тебя одна.

Ха­релт по­вер­нул го­ло­ву: де­воч­ка сто­я­ла, опу­стив руки, до кро­ви за­ку­сив губу. В гла­зах вы­сту­пи­ли слё­зы.

– Как тебя зо­вут?

– Кри­си… Кай­ри­сти­на.

– Кай­ри­сти­на. Со­глас­на ли ты стать моим лич­ным вас­са­лом? Слу­жить чест­но, без стра­ха и упрё­ка – пока Еди­ный не осво­бо­дит тебя от клят­вы?

– Со­глас­на, – гром­ко за­зве­нел под сво­да­ми ком­на­ты дет­ский го­лос.

– Я, Ха­релт Хат­тан, – ото­звал­ся Ха­релт, – име­нем сво­им при­знаю тебя лич­ным вас­са­лом моей се­мьи. Пока жив я, обя­зу­юсь быть щи­том тво­им пе­ред несча­стья­ми и ме­чом тво­им, ка­ра­ю­щим вра­гов тво­их. А если при­зо­вёт меня Еди­ный рань­ше, чем я ис­пол­ню клят­ву до кон­ца – да про­дол­жит её моя се­мья. Ну что? – усмех­нул­ся Ха­релт. – Те­перь мы уй­дём от­сю­да толь­ко вме­сте.

Вне­зап­но из-за спи­ны Ха­рел­та вы­ле­тел ка­мень – один из об­лом­ков, во мно­же­стве раз­ле­тев­ших­ся, ко­гда пла­мя ло­ма­ло ос­но­ва­ние пру­та-све­тиль­ни­ка... Ни­зень­кий су­нул руку под ба­ла­хон, и де­воч­ка ре­ши­ла, что он по­лез за ору­жи­ем. Опы­та и сно­ров­ки в ме­та­нии у Кри­си было мало, по­то­му вме­сто руки ка­мень со всей силы уго­дил в низ жи­во­та. Ни­зень­кий сек­тант с кри­ком упал и за­ску­лил от боли, ка­пю­шон сбил­ся.

– Ба! Кого я вижу! – уди­вил­ся Ха­релт. – Да это же сам отец Кай­лик. Или с учё­том ва­ших за­ня­тий, пра­виль­нее го­во­рить Тём­ный учи­тель Кай­лик? Не уди­ви­тель­но, что си­ро­ты у вас так ча­сто уми­ра­ют. Кста­ти, го­тов по­спо­рить – они все здо­ро­вее нас с вами. И, раз уж мы тут так мило бе­се­ду­ем, не про­све­ти­те на­счёт од­но­го во­про­са? Жену и ре­бён­ка вы уби­ли во вре­мя ри­ту­а­ла, по­лу­чая зва­ние Тём­но­го учи­те­ля. Но вот та де­вуш­ка, ко­то­рая по­том ста­ла ва­шей неве­стой. Её-то за­чем?

– Вы оба сдох­не­те здесь. Тьма по­гло­тит вас, про­жу­ёт так, что и сле­да не оста­нет­ся, – те­перь в сто­ро­ну Ха­рел­та и Кри­си смот­ре­ли уже два нена­ви­дя­щих взгля­да. – Дав­но у нас не было та­кой за­ме­ча­тель­ной жерт­вы, как сам Хат­тан.

– По­про­буй­те, – в го­ло­се Ха­рел­та от­ве­том за­гу­де­ло ярост­но пла­мя. – Но пока в на­ших ду­шах го­рит свет Еди­но­го, пока вер­ны мы дол­гу, че­сти и сло­ву, ко­то­рое дали друг дру­гу – мрак от­сту­пит…

До­го­во­рить, к со­жа­ле­нию, не по­лу­чи­лось, хотя Ха­релт даже за­го­то­вил це­лую речь: чем доль­ше они спо­рят, тем бли­же по­мощь. Но и ба­рон, и Тём­ный учи­тель от­ве­ти­ли лишь несколь­ки­ми ру­га­тель­ства­ми и по­спе­ши­ли от­сту­пить в ко­ри­дор. Ви­ди­мо, бо­я­лись, что раз пе­ре­го­во­ры про­ва­ли­лись, па­рень лег­ко на­ру­шит своё сло­во и по­ста­ра­ет­ся на­пасть, пока мо­жет. Ха­релт и Кри­си оста­лись на­пря­жён­но вслу­ши­вать­ся в тем­но­ту. Несколь­ко ми­нут ни­че­го не про­ис­хо­ди­ло, но вот раз­дал­ся лязг же­ле­за, и из-за по­во­ро­та по­ка­за­лись бес­фор­мен­ные фи­гу­ры с ме­ча­ми.

Ха­релт на­де­ял­ся хотя бы несколь­ко ми­нут удер­жать вра­га на по­во­ро­те – и сра­зу со­вер­шил ошиб­ку, по­ду­мав, что и у осталь­ных под ба­ла­хо­на­ми го­лое тело. У пер­во­го же из на­па­да­ю­щих ока­за­лось что-то вро­де стё­га­ной курт­ки, по­то­му при­шлось рез­ко от­сту­пать на­зад, раз­ры­вая ди­стан­цию. В ком­на­ту вва­ли­лись сра­зу трое, на несколь­ко бес­ко­неч­но дол­гих се­кунд всё за­кру­ти­лось в смер­тель­ном тан­це. Спас­ло то, что сек­тан­ты не сни­ма­ли ка­пю­шо­нов, бо­ясь быть узнан­ны­ми. Да и про­фес­си­о­наль­ных во­и­нов или на­ём­ни­ков, обу­чен­ных драть­ся в ко­ман­де, а не тол­пой, сре­ди них не было. Но и в ру­ках Ха­релт дер­жал не бо­е­вой по­сох и не меч, а сталь­ной прут. По­это­му, ко­гда пер­вая вол­на схлы­ну­ла, у вхо­да ле­жа­ло лишь одно тело – удач­но под са­мый ко­нец уда­лось по­пасть кон­цом пру­та в ви­сок. Да ещё за од­но­го Ха­релт был уве­рен, что сло­мал или по­вре­дил ему ко­сти. Но и сам по­лу­чил пару непри­ят­ных, хотя и по­верх­ност­ных по­ре­зов. Что хуже, ору­жие они тоже смог­ли уне­сти с со­бой.

На пару ми­нут всё за­мер­ло, пока сек­тан­ты со­би­ра­ли силы. По­том на­ча­лось сно­ва. По­ло­же­ние Ха­рел­та ста­ло на­мно­го опас­нее: на­ва­ли­лись сра­зу боль­шой тол­пой, и за­щи­щая Кай­ри­сти­ну, он ли­шил­ся сво­бо­ды ма­нёв­ра, а в про­кля­той ком­на­те не было ни од­но­го угла, где мож­но было спря­тать де­воч­ку так, что­бы их не обо­шли сбо­ку. Удар, блок, ата­ка сни­зу, сде­лать вид, что под­дал­ся, а са­мо­му успеть пе­ре­ста­вить ору­жие вле­во… Ко­гда сек­тан­ты в оче­ред­ной раз дали им пе­ре­дыш­ку, от­ка­тив­шись на­зад и сгру­див­шись око­ло вхо­да, Ха­релт по­нял, что дол­го так не про­дер­жит­ся. Уже несколь­ко раз его спа­са­ли кам­ни, ко­то­рые де­воч­ка в са­мый опас­ный мо­мент ки­да­ла в лицо вра­гам – но в ру­ках у неё оста­ва­лось все­го два или три об­лом­ка. К тому же на­чи­на­ла ска­зы­вать­ся по­те­ря кро­ви из мно­го­чис­лен­ных неглу­бо­ких ран и по­ре­зов. Да и бо­е­вая эй­фо­рия по­не­мно­гу схо­ди­ла на нет. Сра­зу как Ха­релт боль­ше не смо­жет га­сить боль уси­ли­ем воли, ре­ак­ция за­мед­лит­ся, а пер­вый же про­пу­щен­ный удар ста­нет кон­цом. Где же обе­щан­ная по­мощь?!

Не успел он до­ду­мать, как из­да­ле­ка по­слы­шал­ся звон ору­жия и гро­мо­глас­ные при­зы­вы:

– Име­нем Церк­ви – сда­вай­тесь! К вя­щей сла­ве Гос­под­ней!

До Ха­рел­та до­нёс­ся нераз­бор­чи­вый крик гла­вы сек­ты. Впро­чем, и без слов было по­нят­но, что Тём­ный учи­тель тре­бу­ет за­хва­тить сына лор­да Хат­тан, что­бы по­пы­тать­ся вы­тор­го­вать себе бег­ство. Ха­релт не стал до­жи­дать­ся, пока на них на­па­дут с от­ча­я­ни­ем об­ре­чён­ных или по­про­сту рас­стре­ля­ют на­по­сле­док из ар­ба­ле­тов, что­бы «не нам, так ни­ко­му». Крик­нув де­воч­ке: «Не дви­гай­ся», – он ки­нул­ся впе­рёд, в тол­пу у вхо­да. Быст­рее, пусть они со­зда­дут кучу-малу, пусть пы­та­ют­ся до­брать­ся до него – лишь бы не было вре­ме­ни об­ду­мать при­каз сво­е­го хо­зя­и­на, по­нять, что вот-вот сюда до­бе­рут­ся ин­кви­зи­то­ры. Удар, па­ри­ро­ва­ние, удар, руку и бок слов­но обо­жгло ки­пят­ком, но это не важ­но, гла­за за­сти­ла­ет кро­ва­вая пе­ле­на бе­шен­ства, по­это­му глав­ное от­бить вра­же­ский кли­нок и на­не­сти ещё один удар…

Бо­е­вое безу­мие про­шло от того, что кто-то на­кла­ды­вал по­вяз­ки, а ря­дом в го­лос ры­да­ла Кри­си. Пе­ред гла­за­ми плы­ло, но Кай­ри­сти­ну и отца Эн­г­ю­са в за­ля­пан­ной чем-то коль­чу­ге, ко­то­рый при­жал к себе де­воч­ку и ста­рал­ся её успо­ко­ить, сре­ди осталь­ных ин­кви­зи­то­ров взгляд Ха­рел­та на­шёл сра­зу.

– Не реви, Кри­си, – по­пы­тал­ся он улыб­нуть­ся, еле сдер­жав­шись, что­бы не вы­ру­гать­ся – так рез­ко коль­ну­ло в боку, несмот­ря на обез­бо­ли­ва­ю­щую мазь, ко­то­рую, судя по очень рез­ко­му за­па­ху, ле­карь на бин­ты на­ма­зал от души. – От ца­ра­пин ещё ни­кто не уми­рал.

– Вот ви­дишь, ми­лая? Жи­вой он, жи­вой. Раз шу­тит ещё.

– Не до­ждё­тесь. Отец Эн­г­юс, это­го взя­ли?

– Взя­ли, взя­ли. И его взя­ли жи­вым, и ба­ро­на. И даже каз­на­чея сек­ты.

– Вот и хо­ро­шо. Те­перь вы от сво­е­го обе­ща­ния точ­но не от­вер­ти­тесь. Да, отец Эн­г­юс. По­за­бо­ти­тесь о моём вас­са­ле? Пока я немно­го не в фор­ме?

И, не до­жи­да­ясь от­ве­та, Ха­релт счаст­ли­во скольз­нул в тем­но­ту бес­па­мят­ства.

[1] По ана­ло­гии с позд­ним ка­фо­ли­че­ством свя­щен­ни­ки де­лят­ся на «бе­лы­х» – ко­то­рым доз­во­ле­но же­нить­ся, и «чёр­ны­х» – при­няв­ших пол­ные обе­ты как сим­вол от­ре­че­ния от мир­ских со­блаз­нов. При этом за­ни­мать зна­чи­тель­ные цер­ков­ные по­сты име­ют пра­во толь­ко «чёр­ны­е»

[2] Жак­кард – со­би­ра­тель­ное на­зва­ние тка­ней, в узо­ре ко­то­рых че­ре­ду­ют­ся раз­лич­ные спо­со­бы пе­ре­пле­те­ния ни­тей. При­ме­не­ние раз­ных ви­дов ни­тей (на­при­мер, ма­то­вой и бле­стя­щей, свет­лой и тём­ной) уси­ли­ва­ет эф­фект