Часть VII

Уста­лые, тем­ные гла­за неот­рыв­но гля­де­ли в де­ре­вян­ный по­то­лок, слов­но на­де­ясь отыс­кать в его спле­те­нии во­ло­кон от­ве­ты на веч­ные за­гад­ки ми­ро­зда­ния. Ме­дик, едва за­кон­чив ле­че­ние, на­сто­я­тель­но ре­ко­мен­до­вал со­блю­дать по­стель­ный ре­жим хотя бы неде­лю, воз­дер­жать­ся от тре­ни­ро­вок и, тем бо­лее, от мис­сий. В ком­на­те по-преж­не­му ви­тал ме­тал­ли­че­ский при­вкус соб­ствен­ной кро­ви, тер­зая обострен­ное обо­ня­ние. Сла­бая пуль­са­ция за­пя­стья, скры­то­го под бин­та­ми, на­по­ми­на­ла о пе­ре­жи­том и мо­ли­ла об от­ды­хе. Учи­ха усмех­ну­лась про себя. Будь ме­дик из кла­на Сен­джу, она бы за­по­до­зри­ла, что все это – лишь пред­лог, что­бы удер­жать ее от дел де­рев­ни. Но нет, То­би­ра­ма, на удив­ле­ние, при­ста­вил к ней це­ли­те­ля из ее соб­ствен­но­го кла­на. И вот те­перь ло­май го­ло­ву: то ли что­бы она не нерв­ни­ча­ла и при­ня­ла по­мощь, то ли про­сто по­жа­лел вра­чей сво­е­го кла­на, не же­лая, что­бы они име­ли с ней дело.

Впро­чем, ка­кая те­перь раз­ни­ца?

Изу­на, из­му­чен­ная бес­сон­ни­цей, с ти­хим вздо­хом под­ня­лась на ноги. Утро дав­но всту­пи­ло в свои пра­ва, а она так и не смог­ла со­мкнуть глаз. Всю ночь, по­сле того как по­след­ние непро­ше­ные ши­но­би по­ки­ну­ли её дом, про­шлое под­вер­га­лось без­жа­лост­но­му ана­ли­зу. Встре­ча с хво­ста­тым… Да, она пом­ни­ла из ори­ги­наль­ной ис­то­рии, как би­джу тер­ро­ри­зи­ро­ва­ли мир за­дол­го до ос­но­ва­ния де­рев­ни и пер­вой ми­ро­вой вой­ны, но пред­ста­вить не мог­ла, что они все­гда были в опас­ной бли­зо­сти от Ко­но­хи. Пока Ма­да­ра бди­тель­но пат­ру­ли­ру­ет за­пад­ные ру­бе­жи, ей до­ве­лось столк­нуть­ся с Ма­та­та­би на во­сто­ке. И – боже, ка­кое об­лег­че­ние! – это был все­го лишь дву­хво­стый. Встре­чу с кем-то дру­гим она бы по­про­сту не пе­ре­жи­ла. По­сле тща­тель­но­го раз­бо­ра соб­ствен­ной ошиб­ки под её при­сталь­ным вни­ма­ни­ем ока­зал­ся и Сен­джу, его по­ве­де­ние. Он ни­ко­гда не был зло­де­ем, на стра­ни­цах ман­ги пред­ста­вал прин­ци­пи­аль­ным праг­ма­ти­ком, ис­тин­ным стол­пом фи­ло­со­фии де­рев­ни, бес­пре­ко­слов­но сле­до­вав­шим её дог­мам. Жи­те­ли Ко­но­хи – одна боль­шая се­мья. Нет кла­нов, нет раз­де­ле­ний – он са­мо­заб­вен­но при­ви­вал это убеж­де­ние всем без ис­клю­че­ния. И, ра­зу­ме­ет­ся, Учи­хи, для ко­то­рых клан был пре­вы­ше все­го, были для него как за­но­за в серд­це. Но сей­час Изу­на ме­то­дич­но и по­сте­пен­но ме­ня­ла это пра­ви­ло внут­ри кла­на, и То­би­ра­ма, ко­неч­но, был сбит с тол­ку. Не на­столь­ко, что­бы на­чать сле­по до­ве­рять им, но, по край­ней мере, он пе­ре­стал за­ка­ты­вать гла­за, ко­гда кто-то из Учих ока­зы­вал­ся ря­дом. Ну, по­чти. За ис­клю­че­ни­ем её са­мой. Она удо­сто­и­лась бы этой "че­сти", даже если бы не при­над­ле­жа­ла к кла­ну. И имен­но по­это­му его по­ве­де­ние ми­нув­шей но­чью ка­за­лось чем-то из ряда вон вы­хо­дя­щим. Он дол­жен был уйти, за­быть о её воз­вра­ще­нии в тот же миг, как уви­дел у во­рот. Но нет. Учу­ял кровь, за­ста­вил от­чи­тать­ся, да ещё и ме­ди­ка при­вёл, слов­но бо­ял­ся, что, если это­го не сде­ла­ет, её смерть ля­жет на его со­весть. Впро­чем, если вспом­нить всё то, что он сде­ла­ет с Учи­ха­ми поз­же, о со­ве­сти там и речи быть не мо­жет. От­стра­нит от по­ли­ти­ки, со­здаст во­ен­ную по­ли­цию, бу­дет про­во­дить бес­че­ло­веч­ные опы­ты над их те­ла­ми в тщет­ной по­пыт­ке раз­га­дать сек­рет ша­рин­га­на. Да, он пре­кра­тит это, ко­гда возь­мёт под своё кры­ло Ка­га­ми, но до это­го сде­ла­ет всё воз­мож­ное, что­бы её клан про­дол­жал сле­до­вать сво­е­му тра­ги­че­ско­му пути до са­мо­го кон­ца.

Из­гнав из мыс­лей при­зрак Сен­джу, вме­сте со всем его раз­дра­жа­ю­щим по­ве­де­ни­ем, Изу­на по­ки­ну­ла дом.

Тре­ни­ро­воч­ное поле, рас­ки­нув­ше­е­ся на тер­ри­то­рии дома, встре­ти­ло ее об­ман­чи­вой ти­ши­ной. В от­сут­ствие Ма­да­ры, на­ру­шать это без­мол­вие Изу­на не спе­ши­ла, пред­по­чи­тая звон клин­ков и ярост­ные спар­рин­ги где-ни­будь в дру­гом ме­сте. Од­на­ко, се­год­ня она хо­чет по­быть одна, и до­маш­нее тре­ни­ро­воч­ное поле по­дой­дет луч­ше. Се­год­ня в ее дви­же­ни­ях ощу­ща­лась ско­ван­ность, в мыс­лях – смя­те­ние. При­выч­ные упраж­не­ния ка­за­лись мо­но­тон­ны­ми и бес­смыс­лен­ны­ми. По­сколь­ку ле­вая рука тре­бо­ва­ла по­коя, вы­бор тре­ни­ров­ки пал на ме­та­ние ку­на­ев. Из­ряд­но из­мо­тав себя от­ра­бот­кой брос­ков, Изу­на вздрог­ну­ла, ко­гда едва она за­кон­чи­ла, за спи­ной раз­дал­ся бес­страст­ный го­лос:

— Ин­стинкт са­мо­со­хра­не­ния в клан Учи­ха, ви­ди­мо, не за­вез­ли.

Изу­на едва за­мет­но по­вер­ну­ла го­ло­ву, крайне вни­ма­тель­но огля­ды­вая неждан­но­го го­стя. С мо­мен­та на­ча­ла тре­ни­ров­ки она не поз­во­ля­ла себе от­вле­кать­ся ни на что, и по­то­му не за­ме­ти­ла его при­бли­же­ния, пока он не на­ру­шил ее со­сре­до­то­чен­ность. То­би­ра­ма, при­сло­нив­шись к ство­лу де­ре­ва, скре­стил руки на гру­ди. На нем была его из­люб­лен­ная чер­ная во­до­лаз­ка и шта­ны, а бе­лые во­ло­сы рас­тре­па­лись так, слов­но он толь­ко что проснул­ся и тут же от­пра­вил­ся удо­сто­ве­рить­ся, не по­ки­ну­ла ли она этот мир за ночь. Впро­чем, веч­но све­ден­ные к пе­ре­но­си­це бро­ви недву­смыс­лен­но на­ме­ка­ли, что имен­но это и вы­зы­ва­ет его недо­воль­ство.

– Ка­жет­ся, я слиш­ком ча­сто вижу твою пер­со­ну вне ка­би­не­та Хока­ге, Сен­джу. С чего бы? – Учи­ха убра­ла ку­наи, ожи­дая от­ве­та. Здо­ро­вой ру­кой она раз­вя­за­ла лен­ту, стя­ги­ва­ю­щую хвост во­лос, что­бы пе­ре­со­брать его. От тре­ни­ров­ки пря­ди вы­би­лись и лез­ли в лицо, слов­но непо­кор­ные змеи. Алые гла­за муж­чи­ны неот­рыв­но сле­ди­ли за каж­дым её дви­же­ни­ем.

– Пред­ставь себе, если чаще по­яв­лять­ся в де­ревне, то че­ло­ве­че­ское при­сут­ствие не бу­дет вы­зы­вать у тебя столь бур­но­го удив­ле­ния, – усмех­нул­ся Сен­джу в от­вет, раз­ми­ная на­пря­жен­ную шею. Пред­по­чи­тая иг­но­ри­ро­вать цеп­кий взгляд тем­ных глаз, про­жи­га­ю­щий его на­сквозь.

– У меня вы­зы­ва­ет удив­ле­ние имен­но твоё при­сут­ствие на тер­ри­то­рии мо­е­го кла­на. И если ты здесь не для того, что­бы по­лу­чить по лицу, то во­прос оста­ет­ся преж­ним, – на­ко­нец за­кон­чив с во­ло­са­ми, ку­но­и­чи от­ки­ну­ла хвост за спи­ну. Де­лать это од­ной ру­кой было на­сто­я­щим ис­пы­та­ни­ем. В от­вет на её вкрад­чи­вый тон Сен­джу на­смеш­ли­во при­под­нял бровь, слов­но её во­прос был аб­сур­ден. Его взгляд скольз­нул по её ле­во­му пле­чу, опус­ка­ясь на пе­ре­бин­то­ван­ную руку, рас­слаб­лен­но ви­ся­щую вдоль тела, скры­тую под ши­ро­ким ру­ка­вом.

– Хо­чешь ска­зать, ты спо­соб­на са­мо­сто­я­тель­но кон­тро­ли­ро­вать своё со­сто­я­ние? Ирьё­нин ве­лел тебе не на­пря­гать­ся и на­хо­дить­ся в по­кое. И, да­вай-ка по­смот­рим, где я тебя на­хо­жу?

Учи­ха лишь фырк­ну­ла в от­вет, за­ка­тив гла­за.

– Ты хо­чешь меня уди­вить по­зна­ни­я­ми в об­ла­сти ме­ди­ци­ны или на­пом­нить о моей бес­по­мощ­но­сти? Бо­юсь, ни то, ни дру­гое у тебя не вый­дет, Сен­джу. Впро­чем, если ты так бес­по­ко­ишь­ся о моей хруп­кой пер­соне, то мог бы про­сто при­слать кого-ни­будь из сво­их под­чи­нён­ных, что­бы сле­ди­ли за мной. За­чем утруж­дать себя лич­ным ви­зи­том?

То­би­ра­ма ото­рвал­ся от дре­вес­но­го пле­на, сде­лав пару ша­гов и за­стыв в мет­ре от нее. Раз­ни­ца в ро­сте, по­чти в це­лую го­ло­ву, все­гда да­ва­ла о себе знать, и сей­час он смот­рел на нее свер­ху вниз, слов­но на непо­слуш­но­го ре­бен­ка. Изуне вдруг нестер­пи­мо за­хо­те­лось пнуть Сен­джу по го­ле­ни, что­бы тот, на­ко­нец, спу­стил­ся на ее уро­вень. Стис­нув че­люсть, она тер­пе­ли­во жда­ла от­ве­та, чув­ствуя, как в ней за­ки­па­ет раз­дра­же­ние.

– По­то­му что ни один из моих под­чи­нён­ных не за­ста­вит тебя хотя бы по­вяз­ки во­вре­мя ме­нять. Что уж го­во­рить о том, что­бы ты сама по­шла к ме­ди­кам, слу­чись что. – Сло­ва про­зву­ча­ли сквозь зубы, слов­но То­би­ра­ма пы­тал­ся уве­рить ее в неспо­соб­но­сти по­за­бо­тить­ся о себе без при­смот­ра бра­та. Если бы это было прав­дой, Изу­на не до­жи­ла бы и до де­ся­ти лет. По­это­му его сло­ва вы­зва­ли лишь ле­ни­вую усмеш­ку и чуть вздёр­ну­тый под­бо­ро­док.

– И дав­но ты по­дал­ся в нянь­ки? Мо­жет, сто­ит по­про­сить тво­е­го бра­та дать тебе долж­ность по­ин­те­рес­нее, раз эта тебе не по душе?

Вол­на раз­дра­же­ния, ис­хо­дя­щая от ши­но­би, ока­ти­ла её преж­де, чем он успел от­крыть рот. Его бро­ви вновь со­шлись у пе­ре­но­си­цы, а алые гла­за сузи­лись до опас­ных щё­лок, ко­гда он бро­сил на нее цеп­кий, свер­ля­щий взгляд.

– Не веди себя как ре­бе­нок, Учи­ха. То­гда и нянь­ка не по­на­до­бит­ся. - Изу­на ко­рот­ко, по­чти неза­мет­но, усмех­ну­лась. "Ре­бе­нок?" Она, по­знав­шая вой­ну рань­ше, чем на­учи­лась дер­жать ку­най? Она, по­те­ряв­шая бра­тьев в бес­смыс­лен­ных сра­же­ни­ях? Пусть рас­ска­жет это кому-ни­будь дру­го­му. Впро­чем, спо­рить с Сен­джу крайне уто­ми­тель­но и бес­по­лез­но. Сло­ва да­ва­лись ей слож­нее, чем обыч­но, а сил на пол­но­цен­ную сло­вес­ную пе­ре­пал­ку про­сто не было. Она зна­ла, что его за­бо­та про­дик­то­ва­на ско­рее чув­ством дол­га пе­ред бра­том и же­ла­ни­ем из­бе­жать лиш­них про­блем, чем ис­крен­ним бес­по­кой­ством о ее здо­ро­вье. Но, как ни стран­но, это не силь­но ее за­де­ва­ло.

– Хо­ро­шо, Сен­джу. До­пу­стим, ты прав. До­пу­стим, я – неис­пра­ви­мый ре­бе­нок, ко­то­ро­му ну­жен по­сто­ян­ный над­зор. Но то­гда воз­ни­ка­ет во­прос: по­че­му имен­но ты? Неуже­ли в Ко­но­хе нет ни­ко­го бо­лее под­хо­дя­ще­го на роль смот­ри­те­ля? Или ты про­сто на­сла­жда­ешь­ся воз­мож­но­стью лиш­ний раз по­учать меня?

То­би­ра­ма мол­чал, его взгляд оста­вал­ся та­ким же прон­зи­тель­ным и изу­ча­ю­щим. Изу­на мог­ла по­клясть­ся, что ви­де­ла, как в его гла­зах мельк­ну­ло что-то по­хо­жее на… рас­те­рян­ность? Но эта мысль по­ка­за­лась ей аб­сурд­ной. То­би­ра­ма Сен­джу – рас­те­рян­ный? Это было немыс­ли­мо.

– Про­сто пе­ре­стань упря­мить­ся и де­лай то, что тебе го­во­рят вра­чи. Это все, что от тебя тре­бу­ет­ся, Учи­ха, – на­ко­нец, про­из­нес он, слов­но от­ре­зая. По­вер­нув­шись, он на­пра­вил­ся к вы­хо­ду. Изу­на скло­нив го­ло­ву тер­пе­ли­во жда­ла. И вот ко­гда Сен­джу по­рав­нял­ся с де­ре­вом, на ко­то­рое рань­ше опи­рал­ся, в мил­ли­мет­ре от его лица в кору во­ткнул­ся ку­най. Муж­чи­на мед­лен­но по­вер­нул го­ло­ву. Учи­ха ми­мо­лет­но по­жа­ла пле­ча­ми.

-Что ты хо­тел от ре­бен­ка, Сен­джу? – Ку­но­и­чи усмех­ну­лась. "Нянь­ка", как же. Он еще по­жа­ле­ет, что взял­ся за эту "долж­ность". В воз­ду­хе по­вис­ло на­пря­же­ние, гу­стое и ощу­ти­мое. То­би­ра­ма мед­лен­но вы­дох­нул, ста­ра­ясь сдер­жать гнев, кло­ко­тав­ший в гру­ди. Его все­гда раз­дра­жа­ла эта по­каз­ная бра­ва­да Учих, это стрем­ле­ние к дра­ма­тиз­му даже в са­мых незна­чи­тель­ных си­ту­а­ци­ях.

– Ты дей­стви­тель­но хо­чешь про­ве­рить мое тер­пе­ние, Учи­ха? – Го­лос То­би­ра­мы зву­чал ров­но, но Изу­на чув­ство­ва­ла, как от него веет хо­ло­дом. – Я де­лаю это не ради соб­ствен­но­го удо­воль­ствия. Ха­ши­ра­ма по­про­сил меня при­смот­реть за то­бой, пока ты не по­пра­вишь­ся. И я на­ме­рен вы­пол­нить свое обе­ща­ние, нра­вит­ся тебе это или нет.

Изу­на фырк­ну­ла, от­вер­нув­шись. Эта за­бо­та, этот долг че­сти Сен­джу ка­за­лись ей та­ки­ми ли­це­мер­ны­ми. Они уби­ва­ли ее клан це­лы­ми по­ко­ле­ни­я­ми, а те­перь он, То­би­ра­ма, иг­ра­ет роль доб­ро­де­те­ля?

– Мо­жешь идти, Сен­джу, – рез­ко бро­си­ла она, не гля­дя на него. – Я пре­крас­но справ­люсь и без тво­ей "опе­ки". И пе­ре­дай сво­е­му бра­ту, что­бы не бес­по­ко­ил­ся. Я не со­би­ра­юсь уми­рать. По край­ней мере, не се­год­ня.

Он не обер­нул­ся, лишь слег­ка скло­нил го­ло­ву, слов­но со­гла­ша­ясь с ее сло­ва­ми. Ему дей­стви­тель­но не хо­те­лось быть ее «нянь­кой». Он пред­по­чел бы за­ни­мать­ся ис­сле­до­ва­ни­я­ми, раз­ра­бот­кой но­вых тех­ник, за­щи­той Ко­но­хи. Но Ха­ши­ра­ма был непре­кло­нен. Он ви­дел в Изуне со­юз­ни­ка, шанс на мир­ное бу­ду­щее, и не мог поз­во­лить ей уме­реть. Осо­бен­но пока ее брат, за­ни­мал­ся пат­ру­ли­ро­ва­ни­ем гра­ниц от все­воз­мож­ных угроз А То­би­ра­ма все­гда вы­пол­нял обе­ща­ния, дан­ные бра­ту.

– Как зна­ешь, – сухо от­ве­тил он, все же не удер­жав­шись от кол­ко­сти на­по­сле­док. – Но если что-то слу­чит­ся, не жди, что я буду бро­сать все и бе­жать к тебе на по­мощь. Я пре­ду­пре­дил.

С эти­ми сло­ва­ми То­би­ра­ма раз­вер­нул­ся и быст­рым ша­гом по­ки­нул тер­ри­то­рию ее дома. Ему нуж­но было от­влечь­ся, най­ти за­ня­тие, ко­то­рое поз­во­ли­ло бы ему за­быть об этой упря­мой Учи­хе хотя бы на пару ча­сов. Он чув­ство­вал, что дол­го его тер­пе­ния не хва­тит, и то­гда по­след­ствия бу­дут непред­ска­зу­е­мы­ми. И для нее, и для него.

Изу­на про­во­ди­ла его дол­гим, изу­ча­ю­щим взгля­дом, в ко­то­ром плес­ка­лось недо­ве­рие. Его вне­зап­ное по­яв­ле­ние было оку­та­но стран­но­стью, и она, от­нюдь не глу­пая, пре­крас­но по­ни­ма­ла: озву­чен­ные при­чи­ны – лишь на­тя­ну­тая шир­ма аб­сур­да. То­би­ра­ме на­пле­вать на ука­зы Ха­ши­ра­мы, осо­бен­но ко­гда они ка­са­лись Учих, и его ви­зит сюда – ис­клю­чи­тель­но его соб­ствен­ное же­ла­ние. Он мог при­кры­вать­ся вы­со­ко­пар­ны­ми сло­ва­ми, но суть оста­ва­лась неиз­мен­ной: не вол­нуй его она сама, он бы и не по­ду­мал о втор­же­нии на тер­ри­то­рию их кла­на. В ка­кой мо­мент ее по­ве­де­ние и по­зи­ция на­столь­ко силь­но за­вла­де­ли его вни­ма­ни­ем, что он на­ме­рен­но ис­кал встре­чи – оста­ва­лось за­гад­кой, по­кры­той ту­ма­ном. Воз­мож­но, поз­же она осме­лит­ся спро­сить об этом на­пря­мую. Но не сей­час…

С ти­хим фыр­ка­ньем, Изу­на вы­шла из дома. Вра­чи ре­ко­мен­до­ва­ли по­кой, но не за­то­че­ние в по­сте­ли. Ей вполне по си­лам была неболь­шая про­гул­ка – если не по всей де­ревне, то хотя бы по от­стро­ен­но­му квар­та­лу Учих. Она шла неспеш­но, при­щу­рив тем­ные гла­за, и изу­ча­ла де­ре­вян­ные дома, воз­ве­ден­ные Сен­джу под стро­гим над­зо­ром Ма­да­ры. По­на­ча­лу ее клан сто­ро­нил­ся но­во­го ме­ста, с опас­кой об­жи­вая его, но спу­стя пол­го­да каж­дый мог с уве­рен­но­стью на­звать эту де­рев­ню сво­им до­мом. Ку­но­и­чи свер­ну­ла на дру­гую ули­цу и едва успе­ла удер­жать­ся на но­гах, ко­гда ей на­встреч­у вих­рем вы­ле­тел ре­бе­нок, пры­гая на руки. Под­хва­тив со­рван­ца, брю­нет­ка едва за­мет­но улыб­ну­лась, при­жи­мая его к себе здо­ро­вой ру­кой. В пле­чо уткну­лась куд­ря­вая тем­ная ма­куш­ка, а дет­ские руч­ки до­вер­чи­во вце­пи­лись в ее ру­баш­ку.

– Од­наж­ды я не успею тебя пой­мать, – Изу­на улы­ба­ет­ся угол­ка­ми губ, укла­ды­вая под­бо­ро­док на тем­ную ма­куш­ку ре­бен­ка. В от­вет – ти­хий смех, слов­но ко­ло­коль­чик, и вот уже она ста­вит его на зем­лю, на­кры­вая ла­до­нью непо­слуш­ные вих­ри на го­ло­ве. До­вер­чи­вые тем­ные гла­за смот­рят сни­зу вверх с обо­жа­ни­ем. Пра­вая рука гла­вы кла­на, одна из са­мых силь­ных ши­но­би, чья юность опа­ле­на пла­ме­нем кла­но­вой вой­ны, для мно­гих из этих де­тей она – жи­вая ле­ген­да, сим­вол несги­ба­е­мой воли и при­мер для под­ра­жа­ния. Для Изу­ны же – это без­молв­ное на­по­ми­на­ние о том, ради чего она по­шла на­пе­ре­кор судь­бе. Ради чего бес­по­щад­но пе­ре­кра­и­ва­ла зна­ко­мый ей сю­жет, ста­ра­ясь смяг­чить уда­ры судь­бы, спо­соб­ные раз­ру­шить хруп­кий мир.

– Я ско­ро вы­рас­ту, Изу­на-сан. И сам буду ло­вить вас. – Мяг­кая, лу­чи­стая улыб­ка не схо­дит с ее лица. Кто по­ве­рит, гля­дя на это­го пя­ти­лет­не­го маль­чу­га­на, что все­го че­рез де­сять лет он ста­нет пер­вым Учи­хой, удо­сто­ен­ным че­сти слу­жить в от­ря­де са­мо­го Вто­ро­го Хока­ге? Пока же Ка­га­ми мал, ша­рин­ган еще дрем­лет в его гла­зах, и впе­ре­ди у него – це­лое дет­ство, дар, ко­то­ро­го Изу­на была ли­ше­на.

– Буду с нетер­пе­ни­ем ждать это­го мо­мен­та, – го­во­рит она ис­кренне, с на­деж­дой в го­ло­се. Она меч­та­ет из­ме­нить ход со­бы­тий, убе­речь от ги­бе­ли и Сен­джу, и Ка­га­ми – что­бы вся из­вест­ная ей ис­то­рия об­ра­ти­лась в прах, усту­пив ме­сто но­вой, где у них бу­дет пра­во на счаст­ли­вую жизнь. Она чув­ству­ет, как дет­ские паль­чи­ки сжи­ма­ют ее ла­донь, на­стой­чи­во воз­вра­щая ее к ре­аль­но­сти.

– Вы обе­ща­ли по­ка­зать Тех­ни­ку Ве­ли­ко­го Ог­нен­но­го Шара, – Ка­га­ми тер­пе­ли­во ждал ее воз­вра­ще­ния с мис­сии, не за­бы­вая об обе­ща­нии на­учить его этой гроз­ной тех­ни­ке. В их клане ею дол­жен овла­деть каж­дый юно­ша, слов­но об­ряд ини­ци­а­ции во взрос­лую жизнь, но Ка­га­ми еще слиш­ком мал. Ей хо­те­лось бы, что­бы он еще на­сла­ждал­ся без­за­бот­ным дет­ством, не омра­чен­ным на­дви­га­ю­щей­ся бу­рей вой­ны, но и най­ти от­го­вор­ку, что­бы на­ру­шить соб­ствен­ное обе­ща­ние, она не мог­ла.

– Идем, – ко­рот­ко кив­нув, она увле­ка­ет его в сто­ро­ну гу­сто­го леса, туда, где необуз­дан­ная сти­хия огня не при­чи­нит вре­да ни де­ревне, ни ее оби­та­те­лям. Вый­дя на про­стор­ную опуш­ку – из­люб­лен­ное ме­сто для тре­ни­ров­ки по­доб­ных тех­ник, она при­са­жи­ва­ет­ся на кор­точ­ки, ока­зав­шись с Ка­га­ми на од­ном уровне. – Смот­ри вни­ма­тель­но и за­по­ми­най.

Ее руки плав­но под­ни­ма­ют­ся пе­ред ли­цом, и ши­ро­кие ру­ка­ва ру­баш­ки сколь­зят к лок­тям, об­на­жая туго пе­ре­бин­то­ван­ное за­пястье. Цеп­кий взгляд ре­бен­ка тут же при­ко­вы­ва­ет­ся к по­вяз­ке. Ста­ра­ясь не за­ме­чать прон­зи­тель­ной боли от дви­же­ния, Изу­на крайне осто­рож­но скла­ды­ва­ет пе­ча­ти в стро­гой по­сле­до­ва­тель­но­сти: Тигр → Ба­ран → Обе­зья­на → Ка­бан → Ло­шадь → Тигр.

– За­пом­нил? – Ее во­прос по­ви­са­ет в воз­ду­хе. Тем­ные гла­за маль­чи­ка неот­рыв­но сле­дят за ее ле­вым за­пястьем, преж­де чем сно­ва вер­нуть­ся к ее лицу.

– Вы ра­не­ны, – это не во­прос, а кон­ста­та­ция фак­та, за­став­ля­ю­щая ку­но­и­чи за­ку­сить щеку из­нут­ри. Спря­тав руку об­рат­но в ру­кав, Изу­на пы­та­ет­ся скрыть боль за теп­лой, мяг­кой улыб­кой – мень­ше все­го на све­те ей хо­те­лось вол­но­вать де­тей.

– Это все­го лишь неболь­шая ца­ра­пи­на. Она мне со­всем не ме­ша­ет. - Ма­лень­кое ли­чи­ко Ка­га­ми оста­ва­лось се­рьез­ным, даже на­сто­ро­жен­ным. Он был еще слиш­ком юн, что­бы по­стичь всю зло­ве­щую глу­би­ну, скры­тую в мис­си­ях ши­но­би, но до­ста­точ­но про­ни­ца­те­лен, что­бы по­чув­ство­вать фальшь в го­ло­се Изу­ны. Не в си­лах вы­дер­жать его пыт­ли­вый взгляд, она от­ве­ла гла­за к тре­пе­щу­щей на вет­ру лист­ве, про­ни­зан­ной зо­ло­ты­ми ни­тя­ми сол­неч­но­го све­та. Со­брав волю в ку­лак, она вновь под­ня­ла руки. – Не от­вле­кай­ся, Ка­га­ми. Сей­час глав­ное – по­сле­до­ва­тель­ность.

Она по­вто­ря­ла пе­ча­ти мед­лен­но, вни­ма­тель­но сле­дя, как ре­бе­нок ста­ра­ет­ся по­вто­рить каж­дый ее жест. Его паль­чи­ки, еще та­кие ма­лень­кие и неуме­лые, от­ча­ян­но пы­та­лись угнать­ся, а лоб из­бо­роз­ди­ла склад­ка со­сре­до­то­чен­но­го на­пря­же­ния.

Ко­гда он, на­ко­нец, за­кон­чил, Изу­на одоб­ри­тель­но кив­ну­ла.

– А те­перь – са­мое важ­ное. Кон­цен­тра­ция ча­к­ры. Пред­ставь себе огонь, Ка­га­ми. Пла­мя яр­кое, неукро­ти­мое, все­по­гло­ща­ю­щее. Со­бе­ри его внут­ри себя, в са­мой глу­бине, и на­правь в точ­ку пе­ред со­бой.

Изу­на за­кры­ла гла­за и со­сре­до­то­чи­лась, живо ощу­щая, как ча­к­ра со­би­ра­ет­ся в сол­неч­ном спле­те­нии, под­ни­ма­ет­ся го­ря­чей вол­ной к гор­лу и вы­ры­ва­ет­ся на­ру­жу, об­ра­ща­ясь в шар опа­ля­ю­ще­го пла­ме­ни. От­крыв гла­за, она уви­де­ла, что Ка­га­ми сто­ит с за­кры­ты­ми гла­за­ми, со­сре­до­то­чен­но пых­тя. Во­круг него – ни ма­лей­ше­го при­зна­ка ча­к­ры. Ти­ши­на. Изу­на мяг­ко кос­ну­лась его пле­ча.

–Это тре­бу­ет вре­ме­ни. Мы бу­дем тре­ни­ро­вать­ся каж­дый день, ко­гда я не на мис­сии, пока у тебя не по­лу­чит­ся.

Ка­га­ми от­крыл гла­за, и тя­же­лый вздох со­рвал­ся с его губ, раз­ве­и­вая ти­ши­ну. В глу­бине зрач­ков плес­ка­лось разо­ча­ро­ва­ние, но ни тени оби­ды или от­ча­я­ния не омра­ча­ли их. Он был Учи­ха, и это имя, слов­но кре­мень, вы­се­ка­ло ис­кру упор­ства из каж­дой неуда­чи.

– Я по­ста­ра­юсь, Изу­на-сан, – сло­ва со­рва­лись ти­хим обе­ща­ни­ем.

Изу­на ода­ри­ла его теп­лой улыб­кой и ле­гонь­ко взъеро­ши­ла непо­кор­ные пря­ди его чер­ных во­лос. – Я знаю, что тебе это по си­лам. Про­сто по­чув­ствуй ее. Ча­к­ру. Она спит внут­ри тебя, ждет, ко­гда ты про­бу­дишь ее. Ду­май об огне. Пред­ставь его сво­ей во­лей – неукро­ти­мой, все­по­гло­ща­ю­щей. Си­лой, что те­чет в жи­лах каж­до­го Учи­ха.

Они про­ве­ли весь день в из­ну­ри­тель­ных тре­ни­ров­ках, от­та­чи­вая кон­цен­тра­цию. Изу­на, пол­ная тер­пе­ния, объ­яс­ня­ла, на­прав­ля­ла, де­мон­стри­ро­ва­ла вновь и вновь, пока каж­дое дви­же­ние не от­пе­ча­та­лось в па­мя­ти. Ка­га­ми вни­мал каж­до­му ее сло­ву, ста­ра­тель­но по­вто­ряя вслед за ней. Лишь ко­гда солн­це уста­ло скло­ни­лось к го­ри­зон­ту, раз­ри­со­вав лист­ву баг­ря­ны­ми маз­ка­ми за­ка­та, он ощу­тил нечто. Сла­бое, едва уло­ви­мое по­ка­лы­ва­ние в сол­неч­ном спле­те­нии.

Он рас­пах­нул гла­за, и в их глу­бине Изу­на уви­де­ла сла­бый про­блеск на­деж­ды.

– Еще раз, – про­шеп­та­ла она, и Ка­га­ми, без­молв­но кив­нув, вновь по­гру­зил­ся в себя, ныр­нув в са­мую глу­би­ну души, на по­ис­ки усколь­за­ю­ще­го пла­ме­ни. Изу­на, за­во­ро­жен­но гля­дя на тщет­ные по­ту­ги ре­бен­ка, по­чти не чув­ство­ва­ла боли, что на­зой­ли­во пуль­си­ро­ва­ла в теле от непре­рыв­ных по­вто­ре­ний тех­ни­ки. Неваж­но, к ме­ди­кам она успе­ет и поз­же. Сей­час же ее взгляд был при­ко­ван лишь к Ка­га­ми, ко­то­рый с от­ча­ян­ным упор­ством про­дол­жал тре­ни­ро­вать­ся, меч­тая вы­пу­стить на­ко­нец свой ог­нен­ный шар. Он сле­до­вал ее на­став­ле­ни­ям. За­крыв гла­за, он со­сре­до­то­чил­ся на ощу­ще­нии теп­ла. Вспом­нил ко­стер, у ко­то­ро­го они си­де­ли про­шлой но­чью, как язы­ки пла­ме­ни, слов­но жи­вые, тан­це­ва­ли в ноч­ной тьме, оза­ряя их лица. Он пред­ста­вил, как этот огонь раз­го­ра­ет­ся внут­ри, ста­но­вит­ся все силь­нее и боль­ше, пла­вит око­вы сдер­жи­ва­ю­щие его. И вдруг, он по­чув­ство­вал это. Ма­лень­кий, но ощу­ти­мый тол­чок энер­гии, пуль­си­ру­ю­щий в са­мой гру­ди. Вот оно! Не от­кры­вая глаз, он на­пра­вил эту ис­кру к гор­лу, вы­ды­хая вме­сте с воз­ду­хом. Изо рта вы­рвал­ся кро­шеч­ный, мер­ца­ю­щий ша­рик пла­ме­ни. Ма­лень­кий, сла­бый, дро­жа­щий, но он был там, ося­за­е­мый и ре­аль­ный. Изу­на улыб­ну­лась, чув­ствуя, как серд­це пе­ре­пол­ня­ет гор­дость.

– Ты сде­лал это!