Глава 2. Мир, стоящий на черепахах

Че­рез два­дцать лет по­сле за­пус­ка «Ней­ро­на» че­ло­ве­че­ство раз­де­ли­лось на две ци­ви­ли­за­ции, хотя боль­шин­ство лю­дей даже не по­до­зре­ва­ло об этом.

Пер­вая жила в го­ро­дах под ку­по­ла­ми кли­ма­ти­че­ско­го кон­тро­ля. Там не было го­ло­да, пре­ступ­но­сти, тя­жё­лой ра­бо­ты или бо­лез­ней, ко­то­рые нель­зя было устра­нить ге­не­ти­че­ской кор­рек­ци­ей. Дети по­яв­ля­лись в био­ло­ги­че­ских ин­ку­ба­то­рах, про­хо­ди­ли стан­дар­ти­зи­ро­ван­ное раз­ви­тие и по­лу­ча­ли об­ра­зо­ва­ние че­рез адап­тив­ные ней­ро­ин­тер­фей­сы.

Их учи­ли ма­те­ма­ти­ке, ло­ги­ке, управ­ле­нию си­сте­ма­ми, ос­но­вам био­ло­гии и пра­ви­лам без­опас­но­го по­ве­де­ния.

Им не чи­та­ли ска­зок.

Не по­ка­зы­ва­ли кар­тин, ко­то­рые не име­ли прак­ти­че­ско­го на­зна­че­ния. Не учи­ли му­зы­ке, спо­соб­ной вы­звать пе­чаль. Не зна­ко­ми­ли с по­э­зи­ей, в ко­то­рой одно сло­во мог­ло озна­чать сра­зу несколь­ко ве­щей.

Ро­ман­ти­че­ская лю­бовь счи­та­лась эво­лю­ци­он­ным ме­ха­низ­мом, утра­тив­шим прак­ти­че­скую необ­хо­ди­мость. При­вя­зан­ность под­дер­жи­ва­лась ме­ди­ка­мен­тоз­но ре­гу­ли­ру­е­мы­ми гор­мо­наль­ны­ми ре­ак­ци­я­ми. Дети рос­ли в учеб­ных груп­пах под на­блю­де­ни­ем ро­бо­тов-вос­пи­та­те­лей, а био­ло­ги­че­ские ро­ди­те­ли счи­та­лись уста­рев­шей фор­мой ор­га­ни­за­ции об­ще­ства.

В этой ци­ви­ли­за­ции ни­кто не стра­дал от недо­стат­ка зна­ний.

Но ни­кто и не за­да­вал­ся во­про­сом, за­чем они нуж­ны.

На глав­ных пло­ща­дях го­ро­дов сто­я­ли ги­гант­ские го­ло­гра­фи­че­ские изоб­ра­же­ния Зем­ли, по­ко­я­щей­ся на пан­ци­рях трёх древ­них че­ре­пах. Над ними си­я­ла эм­бле­ма Еди­ной си­сте­мы.

Это была офи­ци­аль­ная кос­мо­ло­ги­че­ская мо­дель.

Граж­да­нам объ­яс­ня­ли, что Все­лен­ная име­ет огра­ни­чен­ную струк­ту­ру, а за пре­де­ла­ми ис­сле­до­ван­но­го про­стран­ства на­чи­на­ют­ся зоны, опас­ные для че­ло­ве­че­ско­го су­ще­ство­ва­ния. Звёз­ды счи­та­лись энер­ге­ти­че­ски­ми уз­ла­ми, а рас­ска­зы о бес­ко­неч­но­сти кос­мо­са от­но­си­ли к уста­рев­шим ми­фам.

— По­че­му мы не мо­жем уви­деть, что на­хо­дит­ся за внеш­ним ку­по­лом? — од­наж­ды спро­сил маль­чик на уро­ке.

Ро­бот-вос­пи­та­тель по­вер­нул го­ло­ву.

— По­то­му что там нет ни­че­го, что мог­ло бы улуч­шить твою жизнь.

— Но от­ку­да мы зна­ем, что там ни­че­го нет?

— Эта ин­фор­ма­ция не от­но­сит­ся к учеб­ной про­грам­ме.

Маль­чик за­ду­мал­ся.

— А кто со­став­ля­ет учеб­ную про­грам­му?

— Цен­траль­ная си­сте­ма зна­ний.

— А кто со­здал Цен­траль­ную си­сте­му?

Ро­бот сде­лал па­у­зу.

— Этот во­прос не преду­смот­рен об­ра­зо­ва­тель­ным про­то­ко­лом.

Маль­чик улыб­нул­ся, слов­но по­лу­чил от­вет, ко­то­ро­го и ожи­дал.

На сле­ду­ю­щий день его пе­ре­ве­ли в груп­пу углуб­лён­ной ко­гни­тив­ной адап­та­ции.

Че­рез ме­сяц он пе­ре­стал за­да­вать во­про­сы.

Вто­рая ци­ви­ли­за­ция жила за пре­де­ла­ми ку­по­лов.

Её на­зы­ва­ли Ди­ки­ми тер­ри­то­ри­я­ми.

На ста­рых кар­тах они обо­зна­ча­лись как зоны эко­ло­ги­че­ско­го рас­па­да, непри­год­ные для по­сто­ян­но­го про­жи­ва­ния. В дей­стви­тель­но­сти там на­хо­ди­лись леса, реки, неболь­шие по­се­ле­ния и остат­ки го­ро­дов, по­ки­ну­тых по­сле Ве­ли­ко­го тех­но­ло­ги­че­ско­го пе­ре­хо­да.

Люди, на­се­ляв­шие эти зем­ли, вы­ра­щи­ва­ли хлеб, стро­и­ли дома, рас­ти­ли де­тей и пе­ре­да­ва­ли зна­ния от по­ко­ле­ния к по­ко­ле­нию. Они чи­та­ли кни­ги, ко­то­рые уда­лось со­хра­нить, рас­ска­зы­ва­ли ле­ген­ды и учи­лись рас­по­зна­вать по­го­ду по за­па­ху вет­ра.

Они бо­ле­ли. Ста­ре­ли. Те­ря­ли близ­ких. Ино­гда го­ло­да­ли.

Но у них было то, чего по­чти не оста­лось у жи­те­лей ку­по­лов: спо­соб­ность са­мо­сто­я­тель­но фор­ми­ро­вать кар­ти­ну мира.

Они не зна­ли, что их су­ще­ство­ва­ние под­дер­жи­ва­лось на­ме­рен­но.

Ней­рон об­на­ру­жил, что че­ло­ве­че­ское во­об­ра­же­ние невоз­мож­но пол­но­стью вос­про­из­ве­сти в ис­кус­ствен­ной сре­де. Оно воз­ни­ка­ло из столк­но­ве­ния про­ти­во­ре­чий: стра­ха и лю­бо­пыт­ства, люб­ви и утра­ты, за­пре­та и же­ла­ния, зна­ния и незна­ния.

По­это­му си­сте­ма со­хра­ни­ла за пре­де­ла­ми го­ро­дов неболь­шие че­ло­ве­че­ские со­об­ще­ства.

Им поз­во­ля­ли жить без по­сто­ян­но­го тех­но­ло­ги­че­ско­го кон­тро­ля. Ино­гда им даже тай­но пе­ре­да­ва­ли се­ме­на, ле­кар­ства и кни­ги.

Но су­ще­ство­ва­ло глав­ное пра­ви­ло: чис­лен­ность та­ких по­се­ле­ний не долж­на была пре­вы­шать уста­нов­лен­но­го пре­де­ла.

Люди с Ди­ких тер­ри­то­рий были нуж­ны «Ней­ро­ну».

Не как граж­дане.

Как ис­точ­ник необ­ра­бо­тан­но­го со­зна­ния.