Без названия

Дед су­мел увлечь вну­ка сво­им де­лом с ма­лых лет. Всё на­ча­лось с вол­шеб­ных ска­зок и та­ин­ствен­ных ис­то­рий. В них маги и ча­ро­деи по­беж­да­ли страш­ные бо­лез­ни. Стран­ству­ю­щий ле­карь при­хо­дил в мрач­ный го­род, по­верг­ну­тый в без­на­дёж­ность смер­тель­ной бо­лез­нью, и спа­сал де­тей от чумы це­ной соб­ствен­ной жиз­ни. Чуть поз­же при­шло вре­мя та­ин­ствен­ных ис­то­рий про ал­хи­ми­ков и по­ис­ки фи­ло­соф­ско­го кам­ня. По­хо­ды по му­зе­ям, пер­вые хи­ми­че­ские опы­ты, кни­ги – про­стые и слож­ные, со­вре­мен­ные и древ­ние… С ма­ло­го воз­рас­та в жизнь маль­чиш­ки во­шли и ста­ли дру­зья­ми и со­бе­сед­ни­ка­ми люди с за­га­доч­ны­ми име­на­ми и та­ин­ствен­ны­ми судь­ба­ми, глав­ным из коих стал Па­ра­цельс.

Хи­мия да­ва­лась лег­ко. На­у­ка сия, увле­ка­тель­ная и за­га­доч­ная, ка­за­лась про­стой и неза­мыс­ло­ва­той. Ко­гда при­хо­ди­лось туго, дед на­хо­дил нуж­ные сло­ва, под­бад­ри­вал, тол­кал впе­рёд и, за­ча­стую, иг­рал на са­мо­лю­бии – тон­ко и непри­мет­но. Так и опре­де­лил­ся жиз­нен­ный путь и бу­ду­щая про­фес­сия.

Внук с от­ли­чи­ем за­кон­чил уни­вер­си­тет, вздох­нул пол­ной гру­дью и от­пра­вил­ся к деду на дачу – по­хва­стать­ся крас­ным ди­пло­мом и услы­шать от него сло­ва вос­хи­ще­ния.

Дед все­гда был скуп на по­хва­лы. Он и в этот раз лишь улы­бал­ся и по­хло­пы­вал вну­ка по пле­чу, слу­шая его вос­тор­жен­ные рас­ска­зы о на­ход­чи­во­сти, со­об­ра­зи­тель­но­сти, уме и о том, как лов­ко уда­лось ввер­нуть на эк­за­мене эта­кое, о чём про­фес­сор и по­ня­тия не имел.

- Те­перь я спо­ко­ен. - ска­зал дед.

Внук на эти сло­ва не об­ра­тил вни­ма­ния. Пе­ред ним во всей кра­се бли­ста­ло лето, впе­ре­ди жда­ли два ме­ся­ца от­ды­ха в го­рах и на море, а осе­нью – ас­пи­ран­ту­ра в уни­вер­си­те­те. В бу­ду­щее он за­гля­ды­вать не же­лал, по­сколь­ку был твёр­до уве­рен в сво­ём успе­хе.

- Ну, дед, Я по­гнал. Надо со­би­рать­ся и в путь!

- Дви­гай, вну­чок. Мне тоже пора.

Они креп­ко об­ня­лись, и так же креп­ко по­жа­ли друг дру­гу руки. Дед на пару мгно­ве­ний за­дер­жал вну­ка в сво­их объ­я­ти­ях, чуть от­стра­нил­ся и по­смот­рел юно­ше в гла­за. «Пе­ре­стань, дед», - вы­дох­нул тот и вы­ско­чил на крыль­цо. Он умчал­ся на элек­трич­ке в Моск­ву с един­ствен­ной мыс­лью о гря­ду­щих при­клю­че­ни­ях.

Два ме­ся­ца про­ле­те­ли быст­ро. Там, где он был, там бу­ше­ва­ла мо­ло­дость, стра­сти и лю­бовь. Из­ред­ка, вы­ны­ри­вая из ди­ких мест в ци­ви­ли­за­цию, он по­ры­вал­ся по­зво­нить деду и по­го­во­рить с ним. Ему ка­за­лось, что в мо­мент про­ща­ния нечто важ­ное и глав­ное оста­лось недо­ска­зан­ным. Но во­до­во­рот со­бы­тий не от­пус­кал. Лишь из­ред­ка он вы­кра­и­вал вре­мя по­зво­нить ма­те­ри. Их раз­го­во­ры не были дол­ги­ми. «Ну всё, мам, мне пора. Деду и отцу – при­ве­ты!», - вто­ро­пях за­кан­чи­вал он и уно­сил­ся к дру­зьям и по­дру­гам.

В кон­це ав­гу­ста, ран­ним утром он во­рвал­ся в квар­ти­ру и с по­ро­га стал вы­ва­ли­вать из рюк­за­ка ред­кие в сто­лич­ных ме­стах дары Си­би­ри и Ура­ла. Ве­сё­лый, до­воль­ный со­бой и про­ве­дён­ным вре­ме­нем, за­го­ре­лый и му­ску­ли­стый, он не умол­кал ни на ми­ну­ту, пы­та­ясь по­ве­дать сра­зу и обо всём.

- Смот­ри­те, ро­ди­те­ли, та­ко­го вы ещё не про­бо­ва­ли! А это, мам, тебе, в нём тебе бу­дет уют­но и теп­ло. Отец, смот­ри ка­кой пись­мен­ный при­бор я при­во­лок, из ма­ла­хи­та. Со­гла­сись, до­стой­ная вещь! А деду ва­лен­ки, на­сто­я­щие, не абы что. Не бу­дет зи­мой мёрз­нуть у себя на даче! А что вы та­кие груст­ные? Сын вер­нул­ся, пол­ный сил и энер­гии! Нас ждут ве­ли­кие дела и свер­ше­ния! Ми­ро­вая на­у­ка тре­пе­щет ...

- Сы­нок, - тихо обо­рва­ла его мать. - Ме­сяц на­зад мы по­хо­ро­ни­ли де­душ­ку.

Он за­стыл на по­лу­сло­ве, хо­тел что-то ска­зать, но сло­ва ра­зом ис­чез­ли из это­го мира. Ему оста­ва­лось лишь бес­смыс­лен­но мо­тать го­ло­вой и бес­по­мощ­но ози­рать­ся во­круг, со­про­тив­ля­ясь су­ро­вой ре­аль­но­сти, что вмиг раз­ру­ши­ла его иде­аль­ный мир.

- А я ему вот … Та­кое вёз... - вы­да­вил он из себя. - Ему бы по­нра­ви­лось. А по­че­му мне не ска­за­ли?

- Не успе­ли. – сухо от­ве­тил отец.

- И не смог­ли. - до­ба­ви­ла мать. – Се­год­ня со­рок дней.

На клад­би­ще он не смог сдер­жать слё­зы – неволь­но раз­ры­дал­ся, горь­ко и без­утеш­но. К гор­лу под­ка­ты­вал ком, и он не сдер­жи­вал су­до­рож­ных всхли­пы­ва­ний. Не было сил стес­нять­ся тех, кто при­шёл в этот день на мо­ги­лу деда.

Ба­тюш­ка от­слу­жил па­ни­хи­ду, рас­се­ял­ся за­пах ла­да­на, в небе рас­тво­ри­лись та­ин­ствен­ные сло­ва по­ми­наль­ной мо­лит­вы. Люди во­круг вздох­ну­ли и ста­ли пе­ре­гля­ды­вать­ся. Ни­ко­му не хо­те­лось ухо­дить, буд­то оста­лось что-то недо­ска­зан­ное, недо­де­лан­ное, невы­ска­зан­ное.

- Рано он ушёл. - вдруг тихо ска­зал убе­лен­ный се­ди­на­ми ге­не­рал. Он воз­вы­шал­ся над все­ми и вы­де­лял­ся не толь­ко сво­им ро­стом и па­рад­ной фор­мой со мно­же­ством на­град вы­со­ко­го до­сто­ин­ства. От него ис­хо­ди­ла сила и мощь че­ло­ве­ка, устрем­лён­но иду­ще­го к сво­ей цели и по­те­ряв­ше­го вер­но­го со­рат­ни­ка на по­след­них мет­рах пути, в тот са­мый миг, ко­гда на­ста­ло вре­мя ухва­тить во­жде­лен­ную жар пти­цу за хвост. Увы, ему од­но­му сие ока­за­лось не по си­лам.

- Ну что же, пой­дём­те, по­мя­нем папу. – тих ска­за­ла мама. - Ждём вас в том са­мом кафе.

Люди по­тя­ну­лись к вы­хо­ду, ста­ли рас­са­жи­вать­ся по ма­ши­нам. Мно­гие о чем-то тихо пе­ре­го­ва­ри­ва­лись, дру­гие утай­кой по­гля­ды­ва­ли на вну­ка. А тот сто­ял у мо­ги­лы и не мог сдви­нуть­ся с ме­ста.

- Пой­дем, сын. - ска­зал отец, по­ло­жив ему руку на пле­чо.

- Вы иди­те, пап. Я к деду, на дачу. Мне надо.

- Пусть едет, - ска­за­ла мать и, встав на цы­поч­ки, неж­но по­це­ло­ва­ла его в лоб. – По­ез­жай.

Он во­шёл в дом и вдруг по­нял – нет, дом не опу­стел, дом жив, и дед неве­до­мым об­ра­зом при­сут­ству­ет здесь. Сюда, к удив­ле­нию, не про­ник дух за­пу­сте­ния и пыль не осе­ла на шка­фах, по­су­де, кни­гах.

Внук обо­шёл две неболь­шие ком­на­ты, за­чем-то по­тро­гал печь, про­ве­рил, не тёп­лая ли, вы­шел на крыль­цо и так­же бес­цель­но обо­шел весь уча­сток, не за­быв за­гля­нуть в са­рай. «Буд­то что-то надо най­ти», - по­ду­мал он и вер­нул­ся в дом. На сто­ле он уви­дел фо­то­кар­точ­ку – мо­ло­дой дед со сво­ей же­ной и пя­ти­лет­ней доч­кой. «Ма­ма. - по­ду­мал он. - Ко­гда я при­шел, фо­то­гра­фии вро­де бы здесь не бы­ло». На обо­ро­те он уви­дел по­лу­стер­тую над­пись – «Су­дак. За два года до». Он ре­шил взять кар­точ­ку с со­бой.

Он от­крыл книж­ный шкаф, бег­ло по­смот­рел на ко­реш­ки книг. Взгляд скольз­нул вниз и на­ткнул­ся на тол­стую тет­рад­ку в ко­жа­ной об­лож­ке. Он от­крыл её, бег­ло про­ли­стал и от­ло­жил в сто­ро­ну. «Фор­му­лы, ка­кие-то рас­чё­ты, мо­жет и бу­дет вре­мя, по­том вни­ма­тель­но изу­чу» - по­ду­мал он и от­крыл первую стра­ни­цу. На пер­вой стра­ни­це ру­кой деда была вы­ве­де­на над­пись: «Хра­нить веч­но». И вни­зу, мел­ким би­се­ром до­бав­ле­но: «Смот­ри, не по­те­ряй!» Дед ча­стень­ко остав­лял себе по­хо­жие за­пис­ки-на­по­ми­на­ния. Но сей­час вну­ка охва­ти­ла дрожь, буд­то сам дед об­ра­щал­ся к нему из про­шло­го. Нечто за­ста­ви­ло от­крыть тет­рад­ку вновь и по­гру­зить­ся в чте­ние.

Че­рез пару ча­сов он встал из-за сто­ла, по­тя­нул­ся, взгляд его упал на неболь­шую пол­ку ря­дом со шка­фом. Там ле­жал ста­рый со­то­вый те­ле­фон, кно­поч­ный, из про­шло­го века. Тот, на удив­ле­ние, был за­ря­жен.

В за­пис­ной книж­ке имён было не мно­го. Да то были и не име­на, а ка­кие-то шиф­ры или тай­ные про­зви­ща. Он с удив­ле­ни­ем ли­стал за­пи­си и в ко­то­рый раз вос­хи­щал­ся ост­ро­уми­ем деде и его жиз­не­лю­би­ем. Увлёк­шись, он стал неволь­но ком­мен­ти­ро­вать всплы­ва­ю­щие на экра­нах сло­ва. «Ну, Ге­не­рал, это по­нят­но кто. Стар­ший по руб­ке – на­вер­ное со­слу­жи­вец по сроч­ной служ­бе. А кто та­кой, или та­кая, Мёт­лы? Таб­лет­ка – он или она? Кок – вот его я знаю, де­дов друг, ве­ли­ко­леп­ный по­вар», - бор­мо­тал он себе под нос. Не сра­зу он об­ра­тил вни­ма­ние на за­пись «Ded», за­пи­сан­ную по­че­му-то ла­ти­ни­цей. Кто это мог быть, он так и не по­нял.

От­ло­жив в сто­ро­ну те­ле­фон, он вновь по­смот­рел на ту са­мую фо­то­гра­фию и вспом­нил ис­то­рию, что рас­ска­за­ла ему мать.

Ба­буш­ка об­го­ня­ла деда в ка­рье­ре, шла впе­рёд ре­ши­тель­но и не огля­ды­ва­ясь. «Кто со мной, тот не от­ста­нет. Ка­ра­ван идёт со ско­ро­стью са­мо­го сла­бо­го, мы же ни­ко­го не ждё­м» - та­ков был её прин­цип. Ей про­чи­ли ве­ли­ко­леп­ное бу­ду­щее. Москва от­кры­ва­ла пе­ред ней лю­бые две­ри, мно­гие хо­те­ли ви­деть её в сво­их ря­дах. Но она вне­зап­но пред­по­чла ра­бо­ту в от­да­лён­ном крае, в сек­рет­ном го­ро­де на окра­ине стра­ны. Ей пред­ло­жи­ли воз­гла­вить гос­пи­таль. Она рва­лась туда, где труд­но и где есть вы­зов. А что оста­ва­лось деду? Он, учё­ный-био­хи­мик, взла­мы­вал коды при­ро­ды, ис­кал уни­вер­саль­ное ле­кар­ство. Смо­жет ли он там, вда­ли от на­уч­ных цен­тров, про­дол­жить свои ис­сле­до­ва­ния? Он раз­мыш­лял недол­го. Кто по­ме­ша­ет ему со­здать свою ла­бо­ра­то­рию и про­дол­жить ис­сле­до­ва­ния? При­дёт вре­мя, он вер­нёт­ся не с пу­сты­ми ру­ка­ми и по­ра­зит всех.

До отъ­ез­да оста­вал­ся ме­сяц с неболь­шим. В тот день он при­шёл до­мой и сра­зу по­чу­ял нелад­ное. Доч­ка встре­ти­ла его на по­ро­ге и го­ло­сом, пол­ным стра­ха, ска­за­ла: «Ма­ма си­дит в крес­ле и мол­чи­т». Он во­шёл в тём­ную ком­на­ту и уви­дел жену. Та за­сты­ла в неесте­ствен­ной позе – пря­мая спи­на, руки на ко­ле­нях и пу­стой взгляд. Он тор­мо­шил её, тряс за пле­чи, пы­тал­ся до­кри­чать­ся, но – тщет­но. Че­рез год ба­буш­ки не ста­ло.

Внук ещё немно­го по­си­дел в ти­шине, оки­нул взо­ром ком­на­ту, вы­дох­нул и на­пра­вил­ся к вы­хо­ду. Надо было успеть на элек­трич­ку, да и день зав­тра обе­щал быть непро­стым. Оста­ва­лась неде­ля до на­ча­ла за­ня­тий и на­ста­ла пора за­нять­ся уни­вер­си­тет­ски­ми де­ла­ми.

Че­рез несколь­ко лет его за­ме­ти­ли и сма­ни­ли во Фран­цию. Ин­сти­тут Па­сте­ра со­блаз­нил неве­ро­ят­ны­ми пер­спек­ти­ва­ми и боль­ши­ми день­га­ми. Пе­ред отъ­ез­дом он вспом­нил сло­ва про­фес­со­ра: «Вы на­щу­па­ли вер­ный путь, мо­ло­дой че­ло­век. Он при­ве­дёт Вас к от­кры­тию. Но вот ка­кое оно бу­дет – за­ви­сит от Вас. За­те­ря­ет­ся ли в че­ре­де по­доб­ных? Ско­рее да, та­ко­вых в на­шей на­у­ке – сот­ни. Но если со­зда­ди­те ле­кар­ство … Тем бо­лее, что есть хо­ро­ший за­дел – тру­ды Ва­ше­го де­да».

Со­би­рая вещи, он вы­ло­жил ту са­мую фо­то­гра­фию на стол. По­до­шла мать, взя­ла её в руки и ска­за­ла: «Как же рано она ушла! Дед ис­то­во ис­кал ле­кар­ство, но не успе­л».

Фран­цу­зы вос­тор­га­лись мо­ло­дым рус­ским учё­ным, пели ди­фи­рам­бы, обе­ща­ли сла­ву и бо­гат­ство. Ра­бо­та шла, ре­зуль­тат был ви­ден. Фор­му­ла ви­се­ла на кон­чи­ке пера, но всё вре­мя чего-то не хва­та­ло, нечто глав­ное усколь­за­ло и не да­ва­лось в руки.

Имен­но там он и на­шел свою фор­му­лу. Имен­но там он вспом­нил ста­рую тет­рад­ку, ис­пещ­рен­ную фор­му­ла­ми, сре­ди ко­то­рых скры­вал­ся ключ. Он вдруг за­вол­но­вал­ся, за­дёр­гал­ся, стал нерв­ни­чать и пе­ре­жи­вать – не сго­ре­ла бы дача, не пошло бы пра­хом дело всей жиз­ни. Не его – деда. В тот же ве­чер он по­зво­нил ма­те­ри и по­ве­дал о сво­их тре­во­гах. Она, как мог­ла, его успо­ко­и­ла и вновь по­про­си­ла ско­рее воз­вра­щать­ся.

Он за­ме­тал­ся и ни­как не мог ре­шить­ся. Дей­стви­тель­но пора до­мой. Но здесь обе­ща­ют пер­спек­ти­вы, соб­ствен­ную ла­бо­ра­то­рию и бле­стя­щую на­уч­ную ка­рье­ру. На днях зво­нил то­ва­рищ по ас­пи­ран­ту­ре и ска­зал, что ре­шил воз­вра­щать­ся. Они вы­жи­ма­ют из тебя всё, что мож­но, по­том вы­швы­ри­ва­ют как ше­лу­ди­во­го пса и тут же за­бы­ва­ют. Мы здесь чу­жие. Он воз­ра­зил при­я­те­лю – не мо­гут же они врать. «Мо­гут. Ещё как мо­гут. Мне мно­го чего обе­ща­ли. За­бра­ли всё, кро­ме того, что есть в го­ло­ве. При­дёт­ся на­чи­нать сна­ча­ла. По­ста­рай­ся вы­вез­ти свои ма­те­ри­а­лы» - рез­ко про­из­нёс ста­рый друг и бро­сил труб­ку

На сле­ду­ю­щий день ему со­об­щи­ли – ла­бо­ра­то­рия бу­дет, но воз­гла­вит её дру­гой че­ло­век, свой, фран­цуз. Не учё­ный – функ­ци­о­нер. «Ва­ша роль не ме­нее важ­на. Вы бу­де­те опре­де­лять стра­те­гию и так­ти­ку на­уч­но­го по­ис­ка. На­у­ка – вот Ваша сте­зя, а ру­ти­ну оставь­те дру­ги­м» - та­ков был вер­дикт. Вне­зап­но при­шло отрезв­ле­ние. Да и мест­ный ла­бо­рант за­явил ни с то, ни с его: «З­десь ни­кто и ни­ко­гда и ни­че­го не от­даст рус­ско­му. Вы­жмут соки, за­бе­рут нуж­ное и из­ба­вят­ся лю­бым спо­со­бом. Не важ­но кто ты и от­ку­да. Тут и со сво­и­ми не осо­бо це­ре­мо­нят­ся».

Ре­ше­ние при­шло мгно­вен­но. Он по­про­сил от­пу­стить его на недель­ку в Швей­ца­рию, от­дох­нуть, по­ка­тать­ся на лы­жах и на­брать­ся сил пе­ред но­вы­ми вы­зо­ва­ми. Воз­ра­же­ний не по­сле­до­ва­ло. В ла­бо­ра­то­рии он без гру­сти оки­нул взгля­дом со­здан­ное им на­уч­ное хо­зяй­ство и пер­вым де­лом за­гнал все дан­ные на жёст­кий диск и ута­щил с со­бой, оста­вив на ра­бо­чем ком­пью­те­ре лишь ми­ни­мум дан­ных. По­сле за­брал пару при­ят­ных душе и серд­цу без­де­лу­шек, под­хва­тил сум­ку с но­ут­бу­ком и по­шёл на вы­ход.

Сле­до­ва­ло по­спе­шать, но без су­е­ты и с огляд­кой. Он быст­ро со­брал сум­ку, за­ки­нул туда пару дей­стви­тель­но нуж­ных книг и ми­ни­мум ве­щей. Осталь­ное при­шлось оста­вить на квар­ти­ре – не сто­и­ло вы­зы­вать по­до­зре­ния оби­ли­ем ба­га­жа. «В­ряд ли кто за мной сле­дит, но мало ли что», - по­ду­мал он и от­пра­вил­ся на вок­зал.

Он не смог от­ка­зать себе в удо­воль­ствии по­ка­тать­ся на лы­жах и на­сла­дить­ся пре­крас­ны­ми ви­да­ми Альп. Че­рез три дня он вы­шел из го­сти­ни­цы, из­ве­стив пор­тье о сво­ём же­ла­нии от­пра­вить­ся в го­род и на­сла­дить­ся мест­ны­ми до­сто­при­ме­ча­тель­но­стя­ми. По при­бы­тии он пару ча­сов бро­дил по ма­га­зи­нам, ску­пая су­ве­ни­ры. Ото­бе­дав в уют­ном ре­сто­ран­чи­ке, он за­шёл на мест­ную по­чту дабы от­пра­вить ма­те­ри по­сыл­ку. Он за­бот­ли­во упа­ко­вал куп­лен­ные им без­де­луш­ки. Сре­ди про­че­го на­хо­дил­ся и жёст­кий диск, за­ра­нее обёр­ну­тый в по­да­роч­ную бу­ма­гу. Для вер­но­сти он пе­ре­вя­зал его ми­лой лен­точ­кой с иди­от­ской сен­ти­мен­таль­ной над­пи­сью. «Моя ма­туш­ка до безу­мия лю­бит швей­цар­ский шо­ко­ла­д», - улы­ба­ясь, ска­зал он ми­лой де­вуш­ке, что при­ни­ма­ла у него от­прав­ле­ние. До­воль­ный со­бой, он прыг­нул в так­си и рва­нул в аэро­порт, где взял би­лет на бли­жай­ший рейс на Стам­бул.

Прой­ти гра­ни­цу ока­за­лось де­лом нерв­ным и дол­гим. Его от­ве­ли в неболь­шую ком­на­ту и до­смот­ре­ли по пол­ной про­грам­ме: за­ста­ви­ли вклю­чить но­ут­бук, про­шер­сти­ли все дан­ные и за­да­ли мно­же­ство непри­ят­ных во­про­сов. Их очень ин­те­ре­со­ва­ла цель по­езд­ки. Он спо­кой­но за­явил о сво­ем же­ла­нии уви­деть свя­тую Со­фию и зав­тра же, ве­чер­ним рей­сом, вер­нуть­ся об­рат­но. До­ка­за­тель­ством тому он предъ­явил би­ле­ты. По­след­ним с ним бе­се­до­вал су­ро­вый муж­чи­на в штат­ском, судя по ак­цен­ту аме­ри­ка­нец. Он вновь и вновь за­да­вал хит­рые во­про­сы, пы­та­ясь пой­мать мо­ло­до­го че­ло­ве­ка на про­ти­во­ре­чи­ях. Услы­шав, что уез­жа­ю­ще­го ждёт в Па­ри­же ин­те­рес­ная ра­бо­та и боль­шие пер­спек­ти­вы, от коих толь­ко ду­рак и от­ка­жет­ся, тем паче, где ещё мож­но най­ти при­ме­не­ние сво­им та­лан­там, не в дре­му­чей же Рос­сии, тот при­сталь­но по­смот­рел на со­бе­сед­ни­ка и поз­во­лил идти на по­сад­ку. В аэро­пор­ту Стам­бу­ла всё про­шло глад­ко. Са­мо­лёт на Моск­ву уле­тал че­рез час и, ожи­дая по­сад­ки, он лишь слег­ка нерв­ни­чал, бу­дучи пол­но­стью уве­рен­ным в бла­го­при­ят­ном ис­хо­де дела.

Москва встре­ти­ла его вет­ром, мок­рым сне­гом и сля­ко­тью. Род­ной дом – теп­лом, уютом и ра­до­стью от столь вне­зап­но­го воз­вра­ще­ния. Ро­ди­те­лям о сво­ем при­бы­тии он со­об­щил лишь то­гда, ко­гда про­шёл пас­порт­ный кон­троль и ока­зал­ся на род­ной зем­ле.

На сле­ду­ю­щий день он рва­нул на дачу, невзи­рая на сне­го­пад и плохую до­ро­гу. С тру­дом про­брав­шись сквозь су­гро­бы, он про­брал­ся в дом. Здесь ни­че­го не из­ме­ни­лось, всё было на сво­их ме­стах и, как и в тот раз, от­сут­ство­вал дух за­пу­сте­ния. Тет­рад­ка на­хо­ди­лась на сво­ём ме­сте, в книж­ном шка­фу. Он тут же бро­сил­ся ли­хо­ра­доч­но ли­стать стра­ни­цы и быст­ро об­на­ру­жил ис­ко­мое. Да, вот он ключ ко все­му. Ря­дом с фор­му­лой сто­я­ла дата. Имен­но в этот день умер­ла ба­буш­ка. «Чуть-чуть не хва­ти­ло вре­ме­ни. Знай он об этом хотя бы за пару ме­ся­цев – она была бы жи­ва», - по­ду­мал он. В го­ло­ве неожи­дан­но всплы­ла лю­би­мая де­до­ва фра­за: «Да, но нет».

Взгляд упал на те­ле­фон и тот буд­то сам прыг­нул в руки. На экране све­ти­лось «Ded» и над­пись «по­зво­нить». Он вне­зап­но на­жал на кноп­ку вы­зо­ва и под­нёс те­ле­фон к уху. В труб­ке за­зву­ча­ли щёл­ка­ю­щие рит­мич­ные зву­ки, буд­то кто-то на­кру­чи­вал диск древ­не­го те­ле­фо­на. Раз­да­лись дол­гие гуд­ки и на том кон­це под­ня­ли труб­ку.

- Слу­шаю, - из глу­бин про­шло­го услы­шал он до боли род­ной и зна­ко­мый го­лос деда.

- Здрав­ствуй, дед. – с тру­дом вы­да­вил он из себя.

- Мо­лод я ещё для вну­ков, юно­ша. –про­зву­ча­ло в от­вет. – Вы по делу или так, по­шу­тить ре­ши­ли?

И вдруг слов­но про­рва­ло. Сло­ва хлы­ну­ли по­то­ком, они рож­да­лись сами со­бой и лад­но скла­ды­ва­лись в фан­та­сти­че­скую ис­то­рию, пол­ную по­дроб­но­стей и де­та­лей, ве­до­мых толь­ко со­бе­сед­ни­кам. Внук по­дроб­но из­ло­жил суть де­до­вых по­ис­ков и ре­зуль­та­ты сво­их ра­бот. Дабы не оста­ва­лось со­мне­ний, он в по­дроб­но­стях опи­сал дачу, об­ста­нов­ку внут­ри, сло­веч­ки и фра­зы, что лю­бил в сво­ей речи ис­поль­зо­вать дед. Ну а в кон­це до­ба­вил ещё мас­су бы­то­вых по­дроб­но­стей, из­вест­ных толь­ко в их се­мье.

- Ви­ди­мо, меня под­во­дит моё увле­че­ние фан­та­сти­кой и пу­те­ше­стви­я­ми во вре­ме­ни. – за­дум­чи­во про­из­нёс дед. – Но про­дол­жай­те, тем паче, что руки че­шут­ся на­пи­сать на эту тему рас­сказ и тис­нуть его в мо­ло­дёж­ном жур­наль­чи­ке. Авось и го­но­рар непло­хой от­стег­нут.

- Дед, это дей­стви­тель­но я, твой внук! Я на­шёл фор­му­лу ле­кар­ства, ко­то­рое вы­ле­чит ба­буш­ку. – в от­ча­я­нии про­кри­чал он и вы­ло­жил всё, что рас­ска­зы­ва­ла ему мать, не за­быв упо­мя­нуть о фо­то­гра­фии из Су­да­ка.

- Се­год­ня я по­хо­ро­ни­ли её. – по­сле дол­гой па­у­зы от­ве­тил дед. – Ты опоз­дал, внук. Но пусть она и ушла, ты вер­нул мне на­деж­ду. И не толь­ко мне.

Го­во­ри­ли они дол­го. Дед по­ве­рил в ре­аль­ность про­ис­хо­дя­ще­го. Он с ин­те­ре­сом вы­слу­шал рас­сказ о при­клю­че­ни­ях во Фран­ции, о лю­дях и их стрем­ле­ни­ях, о том, как устро­е­на жизнь и быт в не та­ком уж и да­лё­ком бу­ду­щем. В ка­кой-то мо­мент за­шла речь о ле­кар­стве. Но дед на­отр­ез от­ка­зал­ся что-либо слу­шать.

- Ви­дишь ли в чём дело, внук. В фан­та­сти­че­ских ро­ма­нах да, из­ме­нять про­шлое доз­во­ля­ет­ся. В жиз­ни, как ви­дишь, сие невоз­мож­но. И по­том. Будь твоя ба­буш­ка жива, мы бы уеха­ли да­ле­ко и на­дол­го. Твоя мать не встре­ти­ла бы тво­е­го отца, и ты не по­явил­ся бы на свет. По­ду­май об этом. Так что будь здрав, бо­ярин и не от­ча­и­вай­ся. – ве­се­ло вы­дал дед ещё одну свою лю­би­мую фра­зу.

Те­ле­фон морг­нул, в нём что-то щёлк­ну­ло, раз­дал­ся треск, экран по­гас и связь пре­рва­лась. Все по­пыт­ки вер­нуть ап­па­рат к жиз­ни ока­за­лись на­прас­ны­ми.

Он вер­нул­ся до­мой глу­бо­ко за пол­ночь. Тихо, дабы ни­ко­го не раз­бу­дить, он про­крал­ся на кух­ню, по­ста­вил чай­ник и по­до­шёл к окну. Сне­го­пад, на­чав­ший­ся на­ка­нуне, и не ду­мал ути­хать. С неба мощ­но и неот­вра­ти­мо ва­лил снег, за­сы­пая ули­цы, де­ре­вья, ма­ши­ны и дома. На душе ста­ло чуть спо­кой­нее, на­ка­тив­шая по до­ро­ге до­мой тре­во­га буд­то рас­тво­ри­лась, ис­чез­ла, оста­вив лишь усколь­за­ю­щую свет­лую грусть.

- Как по­го­во­рил с де­дом? – раз­дал­ся в ти­шине квар­ти­ры го­лос ма­те­ри. Она сто­я­ла на по­ро­ге, ку­та­ясь в пу­хо­вую шаль, что при­вёз ей сын из Си­би­ри в тот па­мят­ный год.

- От­ку­да ты зна­ешь, мам? – тихо ска­зал он и обер­нул­ся. Те­ле­фон вне­зап­но вы­скольз­нул из его рук и без шума юрк­нул на стол.

- Я хо­ро­шо его пом­ню. – ска­за­ла мать, бро­сив взгляд на уже бес­по­лез­ную и мёрт­вую вещь. – Отец с ним ни­ко­гда не рас­ста­вал­ся и ни на что не хо­тел ме­нять. Те­перь я по­ни­маю по­че­му. Да­вай-ка я чай за­ва­рю, да бу­тер­бро­дов сде­лаю. Вот и чай­ник за­ки­па­ет.

Она мол­ча на­сы­па­ла за­вар­ку, за­ли­ла её ки­пят­ком и со­бра­ла нехит­рую снедь. Мать до­ста­ла из шка­фа круж­ки, по­ста­ви­ла их на стол и усе­лась на­про­тив сына, до­жи­да­ясь, пока за­ва­рит­ся чай.

- Как-то я при­е­ха­ла к нему на дачу. Он то­гда ра­бо­тал над чем-то сек­рет­ным и важ­ным. Я во­шла в ком­на­ту, он от­ло­жил в сто­ро­ну тет­радь, по­ло­жил свер­ху те­ле­фон, и мы со­бра­лись пить чай. Не пом­ню по­че­му, он вспом­нил маму и стал рас­ска­зы­вать ве­сё­лые ис­то­рии – о том, как по­зна­ко­ми­лись, как сыг­ра­ли сва­дьбу, ка­кие стро­и­ли пла­ны, как ро­ди­лась я и о том, сколь­ко у них бу­дет де­тей. «Че­ты­ре сы­ноч­ка и ла­поч­ка доч­ка», ты дол­жен пом­нить. Я на­ко­нец-то ре­ши­лась спро­сить его – по­че­му он так и не же­нил­ся? По­сле смер­ти ма­те­ри в его жиз­ни так и не было ни од­ной жен­щи­ны. Вне­зап­но и вдруг, без пе­ре­хо­дов и пауз, он по­ло­жил руку на тет­радь и ска­зал: «Од­на­ж­ды в квар­ти­ре раз­дал­ся те­ле­фон­ный зво­нок. Я по­на­ча­лу ре­шил, что кто-то шу­тит, но вско­ре по­ве­рил в про­ис­хо­дя­щее. Мне зво­нил мой внук и твой бу­ду­щий сын. Как он это сде­лал и по­че­му имен­но в тот день? Он уве­рял меня, что на­шёл нуж­ную фор­му­лу, на­шёл ле­кар­ство и те­перь я смо­гу вы­ле­чить свою жену. Я всю жизнь раз­мыш­ляю над тем, что было бы, слу­чись зво­нок рань­ше на пару-трой­ку ме­ся­цев. Та, несо­сто­яв­ша­я­ся жизнь, ка­кая бы она была?»

- И ро­дил­ся бы в той жиз­ни я? – под­хва­тил сын.

- Да, об этом он тоже ска­зал… В тот день он мне ска­зал о том, что ни о чём не жа­ле­ет. Его жизнь сло­жи­лась лад­но и счаст­ли­во. И един­ствен­ное, чего он бо­ит­ся и чего с нетер­пе­ни­ем бу­дет ждать в про­шлом – того са­мо­го звон­ка от вну­ка из бу­ду­ще­го. Если чест­но, он не хо­тел сто­ять пе­ред вы­бо­ром – либо она, либо ты. По­то­му как будь жива ба­буш­ка, вряд ли ро­дил­ся бы ты. И был бы то­гда счаст­лив мой отец в по­след­ние годы сво­ей жиз­ни?

- Но ведь был же шанс! Что если бы я вер­нул­ся чуть рань­ше? Су­мел бы дед син­те­зи­ро­вать ле­кар­ство? И как бы устро­и­лась наша жизнь? Я не знаю, как это про­изо­шло, ка­кая слу­чи­лась ано­ма­лия и по­че­му сра­бо­тал те­ле­фон, но будь у меня воз­мож­ность, я бы спас ба­буш­ку.

- Це­ной соб­ствен­но­го небы­тия? – вски­нув бро­ви, уди­ви­лась мать.

- Пусть так, я со­гла­сен!

- Ска­жу тебе как фи­зик. Кому, как не мне знать о необ­ра­ти­мо­сти хода вре­ме­ни. - ска­за­ла она и лас­ко­во взгля­ну­ла на сына.

Он улыб­нул­ся и хо­тел было неж­но при­об­нять её, но сил на это он уже не на­шёл. С пра­во­го пред­пле­чья ис­чез шрам, тот, что мать по­лу­чи­ла в дет­стве, упав с ве­ло­си­пе­да. Его не было на при­выч­ном ме­сте. Стран­ным об­ра­зом он «пе­ре­брал­ся» на ле­вую руку.