Я честно отпустил свою четырехсотлетнюю жизнь и шагнул в темноту за заслуженным сном, но очнулся на холодном полу совершенно чужого мира. Мое новое тело умирает, прежнее могущество исчезло, а за порогом ждут те, кто привык считать себя полновластными хозяевами чужих судеб. Они уверены, что стерли в пыль очередную беззащитную пешку и навсегда закрыли старый счет. Те, кто обрек прежнего владельца этого тела на гибель, считают партию оконченной, хотя настоящая игра для них только начинается.