ГЛАВА 2. Девки, сработаемся!

Она оч­ну­лась от толч­ков. Её нес­ли…

Инга от­кры­ла гла­за и тут же люди, нес­шие ее, оста­но­ви­лись, ее по­ло­жи­ли на снег. Над ней как-то рез­ко скло­ни­лось лицо… Крас­ная шап­ка во­лос, смеш­ли­вые пол­ные губы и прон­зи­тель­но-зе­ле­ные гла­за… Де­вуш­ка… В бе­лом маск-ха­ла­те, с ко­буой под­мыш­кой, из ко­то­рой тор­ча­ла ру­ко­ять ка­ко­го-то ди­ко­вин­но­го ре­воль­ве­ра.

-Ты кто, че­ло­ве­че? – звон­ким го­ло­сом спро­си­ла де­вуш­ка – Гри­бы, штоль, со­би­ра­ла? Дев­ки, очу­ха­лась – об­ра­ти­лась к кому-то красн­во­ло­сая.

Над Ин­гой скло­ни­лись еще две де­вуш­ки – блон­дин­ка и боль­шегла­зая кра­са­ви­ца.

-Ну, при­вет, Бар­ра­ку­да – ска­за­ла боль­шегла­зая – Жива?

Инга кив­ну­ла.

-О, гри­вой ма­шет! – вос­клик­ну­ла крас­но­во­ло­сая – Жива!

-Маш­ка – шик­ну­ла блон­дин­ка – Что за вы­ход­ки?!

-По­го­ди, Лика – это боль­шегла­зая – Да­вай-ка жгу­ты про­ве­рим. Кро­ви мно­го по­те­ря­ла.

-Му­раш­ки, ты как ма­ма­ша, ей-богу – про­вор­ча­ла Маш­ка – Чего ей сде­ла­ет­ся-то!? Это же Аке­ла, они там все кру­то­сва­рен­ные и ло­ма­ми под­по­я­сы­ва­ют­ся!

Инга неволь­но улыб­ну­лась.

-О, глянь! – ра­дост­но крик­ну­ла Маш­ка – Лы­бит­ся! Зна­чит, точ­но ни фига ей не сде­ла­ет­ся! Му­раш­ки, да­вай та­щить уже, хо­лод­но, блин!

Де­вуш­ки под­ня­ли Ингу и сно­ва по­нес­ли.

-Вы… Кто? – спро­си­ла Инга

-Зд­рас­сь­те! – Маш­ка шу­тов­ски по­кло­ни­лась – Что зна­чит, кто!? Мы – твое под­креп­ле­ние! Твой Пер­вый, уж про­сти за ка­лам­бур, пер­вый сре­ди так­ти­ков и стра­те­гов сто­ле­тия, ни шиша не уме­ет ру­ко­во­дить про­стей­ши­ми опе­ра­ци­я­ми!

-Маш­ка! Уго­мо­нись! – Лика мах­ну­ла на Маш­ку ру­кой – Мы груп­па Эс – две­на­дцать-две­на­дцать, нас сроч­но тебя выз­во­лять по­сла­ли.

-Хо­ро­шо, мы со­всем ря­дыш­ком были – хмык­ну­ла боль­шегла­зая… Му­раш­ки? Эс-две­на­дцать-две­на­дцать? До Инги ста­ло до­хо­дить, кто эти дев­чон­ки…

-Ты На­та­ша? – спро­си­ла она у боль­шегла­зой

-Она са­мая – улыб­ну­лась На­т­ка – а это ворч­ли­вое со­зда­ние без кап­ли так­та – Ма­рия. А это небес­ное со­зда­ние – Лика.

-Чё это я без так­та-то вдруг?! – воз­му­ти­лась Маш­ка – Вот за­ра­за та­кая, я же по­мо­гай, я же бин­туй, я же жгу­ты на­кла­ды­вай, а вме­сто шо­ко­лад­ки или хотя бы эле­мен­тар­но­го спа­си­бо…

-Маш­ка! – при­крик­ну­ла Лика – За­вя­зы­вай! Ты как? – об­ра­ти­лась она к Инге.

-Нор­маль­но – вы­дох­ну­ла Инга – Спа­си­бо вам, дев­чон­ки!

-Вот! – об­ра­до­ва­лась Маш­ка – Хоть один вос­пи­тан­ный че­ло­век! Не то, что эти две…

-При­шли – ска­за­ла На­т­ка.

Ингу по­ло­жи­ли на зем­лю, она услы­ша­ла, как от­кры­ва­ют­ся двер­цы ма­ши­ны.

-Сей­час немно­го боль­но бу­дет – из­ви­ня­ю­ще про­из­нес­ла На­т­ка и дев­чон­ки тут же под­хва­ти­ли Ингу, уса­ди­ли на зад­нее си­де­нье «де­вят­ки».

-Я вам тут все кро­вью за­ля­паю – за­чем-то ска­за­ла Инга и улыб­ну­лась.

Дев­чон­ки впрыг­ну­ли в ма­ши­ну, хлоп­ну­ли двер­ца­ми. Маш­ка за­пу­сти­ла дви­га­тель.

-Не ссы, Бар­ра­ку­да! – ве­се­ло крик­ну­ла она – Эта ма­шин­ка и не та­кое ви­да­ла!

Ма­ши­на рва­ну­ла с ме­ста и быст­ро на­би­рая ско­рость, по­ка­ти­ла по лес­ной до­ро­ге.

Инга вздох­ну­ла и за­кры­ла гла­за. Вот те­перь она спо­кой­но мог­ла поз­во­лить себе по­те­рять со­зна­ние…

…Инга ле­жа­ла в боль­нич­ной па­ла­те и смот­ре­ла в бе­лый, шер­ша­вый по­то­лок. Она вдруг вспом­ни­ла свое дет­ство. Она ред­ко вспо­ми­на­ла его, не хо­те­лось ей этих вос­по­ми­на­ний, но се­год­ня вдруг оку­ну­лась с го­ло­вой… Вспом­ни­ла маму… Вспом­ни­ла, как страш­но на­пил­ся отец на ее по­хо­ро­нах, как орал он жут­ким го­ло­сом, про­кли­ная весь мир, на кухне, кру­ша по­су­ду и ло­мая ме­бель… И как они спря­та­лись от него с млад­шей сест­рой под кро­вать…

По­том они ста­ли пря­тать­ся от него все чаще и чаще – отец все реже бы­вал трез­вым, а на­пив­шись, орал на Ингу, орал на млад­шую сест­рен­ку, бил по­су­ду и ло­мал все во­круг…

Инга ча­сто по­мор­га­ла, вздох­ну­ла, мо­тая го­ло­вой, пы­та­ясь про­гнать эту че­ре­ду кад­ров. Она зна­ла, что бу­дет даль­ше и не хо­те­ла про­дол­же­ния…

…Отец, в тру­сах и по­ли­няв­шей фут­бол­ке, с ди­ки­ми гла­за­ми, с ка­ки­ми-то сво­и­ми при­я­те­ля­ми си­дит на кухне… В квар­ти­ре пу­сто, неуют­но… Инга с сест­рой, ко­неч­но, пы­та­лись на­во­дить по­ря­док, как учи­ла их мама, но сей­час в квар­ти­ре гряз­но и мерз­ко пах­нет ку­ре­вом… С кух­ни до­но­сят­ся пья­ные го­ло­са… Млад­шая сест­рен­ка свер­ну­лась на по­ло­вич­ке под кро­ва­тью ка­ла­чи­ком и, по­ло­жив под го­ло­ву по­тре­пан­но­го плю­ше­во­го зай­ца, усну­ла…. Инга ле­жит на спине и слу­ша­ет, как ма­те­рят­ся пья­ные со­бу­тыль­ни­ки отца, как он сам орет на них… По­том они де­рут­ся… Бьет­ся по­су­да, что-то с гро­хо­том па­да­ет… Зве­нит мерз­ко упав­шая на пол ка­стрю­ля… Инга пла­чет… И так ей хо­чет­ся сей­час, что­бы про­изо­шло чудо и по­яви­лась мама – улы­ба­ю­ща­я­ся, кра­си­вая, в лю­би­мом сво­ем зе­ле­ном пла­тье… И папа сно­ва стал преж­ним – ве­се­лым, силь­ным, лю­бя­щим… Но мамы нет… И пла­тья зе­ле­но­го нет – маму по­хо­ро­ни­ли в этом кра­си­вом пла­тье с кру­жев­ным во­рот­нич­ком… Инга при­слу­ша­лась… Дра­ка за­кон­чи­лась, с кух­ни до­но­сит­ся пья­ное бор­мо­та­ние и страш­но во­ня­ет та­ба­ком… Зав­тра у Инги день рож­де­ния – ей уже де­сять лет… Юби­лей – она зна­ла, что зна­чит это сло­во. Пер­вый юби­лей в её жиз­ни. Но она креп­ко зна­ла, что по­здра­вит её толь­ко учи­тель­ни­ца в шко­ле и тре­нер дет­ской хок­кей­ной ко­ман­ды, в ко­то­рую Ингу при­ве­ли еще в шесть лет папа и жи­вая еще мама… Инга за­кры­ва­ет гла­за и за­сы­па­ет…

Про­сы­па­ет­ся она от ощу­ще­ния ужа­са. Она еще не по­ня­ла, что про­изо­шло, но ужас ско­вал все тело и ей труд­но ды­шать. Инга быст­ро вы­бра­лась из-под кро­ва­ти, осмот­ре­лась. Пья­ный отец спит на полу, рас­ки­нув руки. Ти­ши­на. Она про­шла на цы­поч­ках на кух­ню. Ни­ко­го. Тихо и тем­но. Гад­ко пах­нет ку­ре­вом, вод­кой и се­лед­кой. По­че­му-то ни­где нет сест­рен­ки и Инга пу­га­ет­ся еще силь­нее… Воз­вра­ща­ет­ся в ком­на­ту… Зо­вет сест­ру… Ти­ши­на…

Она на­шла сест­ру толь­ко утром. В ма­лень­кой кла­дов­ке. На лице сест­рен­ки страш­но чер­не­ла за­пек­ша­я­ся кровь, тем­ные во­ло­сы со­суль­ка­ми при­лип­ли к лицу. В хо­лод­ной руке сест­ра сжи­ма­ла ку­сок хле­ба…

Инга до сих пор не зна­ет, что слу­чи­лось той но­чью…

Но она хо­ро­шо, ясно пом­нит, как ужас ско­вал все её тело. И как на сме­ну ужа­су при­шел ка­кой-то го­ря­чий, за­тме­ва­ю­щий ра­зум, гнев. Она, пло­хо со­об­ра­жая, что де­ла­ет, стре­ми­тель­но по­шла на кух­ню, взя­ла нож с гряз­ной, склиз­кой пласт­мас­со­вой руч­кой и так же стре­ми­тель­но по­до­шла к хра­пя­ще­му отцу…

И это смут­ное ощу­ще­ние удив­ле­ния, что нож по­чти без со­про­тив­ле­ния во­шел в шею отца, мяг­ко и лег­ко. Как за­хри­пел отец, как брыз­ну­ла на гряз­ный пол кровь. Как отец от­крыл удив­лен­ные гла­за – со­вер­шен­но трез­вые, ка­кие-то яс­ные и чи­стые.

-Инга… - про­хри­пел он – Ты чего….

И тут же гла­за его за­кры­лись и тело дер­ну­лось в су­до­ро­ге…

Инга за­кри­ча­ла, бро­си­ла нож, хо­те­ла убе­жать, но по­скольз­ну­лась в луже кро­ви и упа­ла плаш­мя на пол… Она кри­ча­ла еще и еще – от стра­ха, от боли, от осо­зна­ния того, что сест­рен­ка мерт­ва и она толь­ко что уби­ла сво­е­го отца… Кри­ча­ла до тех пор, пока со­се­ди не вы­зва­ли ми­ли­цию и не вы­ло­ма­ли дверь…

А по­том в вос­по­ми­на­ни­ях про­вал. Что с ней было даль­ше, она не пом­нит. Пом­нит толь­ко ка­кую-то боль­шую ком­на­ту, где мно­го де­тей. И как к ней под­хо­дит очень кра­си­вая жен­щи­на в зе­ле­ном пла­тье и мяг­ко бе­рет её за руку. Жен­щи­на при­се­да­ет на кор­точ­ки и за­гля­ды­ва­ет Инге в гла­за.

-Ну что, Инга, пой­дешь к нам учить­ся? – спра­ши­ва­ет жен­щи­на и улы­ба­ет­ся. От нее вкус­но пах­нет ду­ха­ми. И вся она ка­кая-то очень ак­ку­рат­ная, строй­ная, с ко­рот­ки­ми чер­ны­ми во­ло­са­ми. «Как ар­тист­ка», по­ду­ма­ла Инга и кив­ну­ла го­ло­вой…

…Дверь в па­ла­ту рас­пах­ну­лась, ста­ло как-то очень шум­но и свет­ло. Вле­те­ла Маш­ка с дву­мя боль­ши­ми па­ке­та­ми, яр­кая, ве­се­лая, в чер­но-бе­лом ко­рот­ком пла­тье и чер­ных ла­ко­вых туф­лях. Сле­дом во­шли Лика и На­т­ка – улы­ба­ю­щи­е­ся, яр­кие, кра­си­вые.

-Хо­рош дрых­нуть, Бар­ра­ку­да! – крик­ну­ла Маш­ка и плюх­ну­лась на пу­стую кро­вать на­про­тив Инги – Дем­бель про­спишь!

-Маш­ка, что за ка­зар­мен­ный юмор? – вы­гну­ла ду­гой бровь Лика – При­вет, Инга!

-Маш­ка, в са­мом деле, харэ уже свои сол­да­фон­ские шу­точ­ки шу­тить – На­т­ка при­се­ла на кро­вать ря­дом с Ин­гой – ты как?

Инга улыб­ну­лась. Она вдруг по­ня­ла, что она очень рада ви­деть этих дев­чо­нок.

-Я хо­ро­шо – от­ве­ти­ла она и при­под­няв­шись на лок­тях, села на кро­ва­ти – Все за­жи­ло уже по­чти!

-Вот и пре­крас­но! – гром­ко объ­яви­ла Маш­ка, вы­та­щи­ла тум­боч­ку меж­ду кро­ва­тей и на­ча­ла до­ста­вать из па­ке­тов кон­фе­ты, шо­ко­лад, две бан­ки ана­на­сов в си­ро­пе и про­чие вкус­но­сти – Да­вай, Бар­ра­ку­да, под­тя­ги­вай­ся к на­ше­му дастар­ха­ну!

На­т­ка мах­ну­ла на Машу ру­кой, по­пра­ви­ла Инге по­душ­ку. В сво­ей джин­со­вой юбоч­ке и бе­лой блуз­ке, она была по­хо­жа ско­рее на школь­ни­цу, чем на бой­ца.

Лика под­та­щи­ла стул, усе­лась на него вер­хом.

-Ну, как ты тут? – спро­си­ла она, одер­ги­вая склад­ки на сво­ем свет­ло-оран­же­вом шел­ко­вом ком­би­не­зоне – Не за­ску­ча­ла еще?

-Да нет пока – от­ве­ти­ла Инга, при­ни­мая от Маш­ки бу­тер­брод с кол­ба­сой – А вы чего это?

-В смыс­ле, чего? – Маш­ка округ­ли­ла гла­за – Ты что тут, со­всем уже… Оди­ча­ла… Мы к ней…

-Маш­ка!!! – хо­ром при­крик­ну­ли Лика и На­т­ка

Инга за­сме­я­лась.

-А мы, соб­ствен­но, вот чего – на­ча­ла Маш­ка, де­ло­ви­то вы­ужи­вая из бан­ки коль­цо ана­на­са ру­кой, ма­нер­но от­то­пы­рив ми­зи­нец с ярко-крас­ным ног­тем – Ра­бо­тать бу­дем вме­сте, Бар­ра­ку­да. Вот шкур­ка твоя за­жи­вет и по­е­е­е­е­де­е­ем мы, кра­си­вые, в одну теп­лую -пре­теп­лую стра­ну у са­мо­го си­не­го моря!

Инга во­про­си­тель­но по­смот­ре­ла на Лику с На­т­кой.

-Да, на этот раз Муха не врет – кив­ну­ла го­ло­вой Лика – по­едем. Со­став груп­пы уже утвер­жден, за­да­ние вчерне тоже. По­едем.

-Ра­бо­та по тво­е­му про­фи­лю, Инга – ска­за­ла На­т­ка – Мы – твоя груп­па под­держ­ки.

-Ага, как у рок-звез­ды! – хо­хот­ну­ла Маш­ка, вы­тас­ки­вая оче­ред­ное ана­на­со­вое коль­цо.

-Маш­ка, ты сей­час все ана­на­сы со­жрешь у Инги – по­гро­зи­ла паль­цем На­т­ка – что за свин­ство?

-Она не жад­ная – трях­ну­ла во­ло­са­ми Маш­ка – Не то что вы, две ста­рые ка­ло­ши и сква­лы­ги!

Инга сно­ва за­сме­я­лась, от­ки­нув­шись на по­душ­ку.

-Ну, это честь – ска­за она, улы­ба­ясь – ра­бо­тать с Эс-две­на­дцать-две­на­дцать!

-Это вот с этой-то? – удив­лен­но всик­ну­ла бро­ви На­т­ка, ука­зы­вая на Маш­ку – так себе честь, по­верь на сло­во. Го­лов­ная боль одна.

-Это от вас, ду­рын­ды, одна го­лов­ная боль и неза­жи­ва­ю­щие сер­деч­ные раны – про­бур­ча­ла Маш­ка – Да все, все, не тро­гаю я боль­ше бар­ра­ку­до­вы ана­на­сы!

-Инга, ты по­прав­ляй­ся ско­рее – под­ня­лась Лика. Вслед за ней вста­ли На­т­ка и Маш­ка – Мы ждем тебя…

Де­чон­ки по­ма­ха­ли ру­ка­ми и вы­шли из па­ла­ты.

Инга по­смот­ре­ла на ла­ком­ства на тум­боч­ке, на па­ке­ты на про­ти­во­по­лож­ной кро­ва­ти и улыб­ну­лась…

-Ну, по­ра­бо­та­ем – вслух ска­за­ла она и по­тя­ну­лась за шо­ко­лад­кой…