Тара. Глава 1, в которой два фэйри очень хотят на праздник, а третий очень не хочет, чтобы они туда попали

– Ну, по­смот­ри вни­ма­тель­нее, про­шу! – фэй­ри в ви­дав­шем виды пла­ще непо­нят­но­го цве­та по­ка­зы­вал трак­тир­щи­ку изящ­ную, но весь­ма по­тер­тую шка­тул­ку из чер­но­го де­ре­ва. На рас­пи­сан­ной крыш­ке встал на дыбы серо-го­лу­бой же­ре­бец с куд­ря­вой гри­вой, его ко­пы­та от­ли­ва­ли се­реб­ром, а во­круг рас­сы­па­лись, слов­но на­сто­я­щие, кап­ли воды. – Кто-то за­пла­тил тебе этим за ноч­лег и ужин. А ты ее за­ло­жил у юве­ли­ра…

Трак­тир­щик, лы­со­ва­тый му­жик с крас­ным опух­шим ли­цом и трех­днев­ной ще­ти­ной, все пы­тал­ся от­вя­зать­ся от на­зой­ли­во­го по­се­ти­те­ля пусть даже и за­ка­зав­ше­го обед, и опла­тив­ше­го впе­ред. Мало ли что там про­хо­ди­ло че­рез его руки? Лекс­н­харп – го­род в при­гра­ни­чье. Тут и до Уз­ми­ра ру­кой по­дать, и со­всем близ­ко до­ро­га на Луи’за­нэр, от­кры­тый для сво­бод­ной тор­гов­ли го­род фэй­ри. Вся­кое бы­ва­ло. Ему чем толь­ко за ноч­лег и мис­ку по­хлеб­ки не пла­ти­ли.

Прав­да, шка­тул­ка была и в са­мом деле при­мет­ная.

Трак­тир­щик по­ло­жил на стой­ку руку, сло­жив паль­цы в том са­мом же­сте, ко­то­рым обыч­но на­ме­ка­ют, что раз­го­во­ры – это хо­ро­шо, а день­ги – еще луч­ше, и ска­зал:

– Да, было что-то та­кое, ка­жет­ся.

Фэй­ри сей жест по­нял, хотя слег­ка ему сму­тил­ся. Эти ост­ро­ухие вро­де и по­хо­жи на лю­дей, а по­доб­ные на­ме­ки вос­при­ни­ма­ли стран­но, все как один. Этот, прав­да от­нес­ся про­ще, не стал пе­ре­спра­ши­вать, до­стал от­ку­да-то из скла­док пла­ща рас­по­ло­ви­нен­ную се­реб­ря­ную мо­не­ту и одну по­ло­вин­ку по­ло­жил на стой­ку.

– Ну?

Трак­тир­щик хмык­нул, сгреб пол­мо­не­ты и ска­зал:

– Твой со­ро­дич и от­дал. Фэй­ри.

– Как он вы­гля­дел?

– Ду­ма­ешь, я пом­ню? Ост­ро­ухий. В ка­ких-то об­нос­ках. Де­нег у него не было. Из цен­но­го толь­ко это, – трак­тир­щик ука­зал паль­цем на шка­тул­ку, – а ты что, про­дать ее тут хо­чешь? Так тут ва­ше­го фэй­рий­ско­го ва­лом вся­ко­го ба­рах­ла…

– А по­том?

– Что по­том?

– Он у тебя пе­ре­но­че­вал. Даль­ше что? Куда он по­шел? Он что-то го­во­рил? Мо­жет, остав­лял кому-ни­будь со­об­ще­ние?

– Пффф… – вы­дох­нул трак­тир­щик, – куда за­хо­тел, туда и по­шел. Тому уж года пол­то­ра как ми­ну­ло. Я, что, каж­до­го про­хо­дим­ца пом­нить буду?

Фэй­ри вздох­нул. Све­де­ния его явно не по­ра­до­ва­ли. Но вто­рую по­ло­ви­ну мо­нет­ки на стой­ку он все же бро­сил, сгреб еду за ко­то­рую за­пла­тил ра­нее: пол­бу­хан­ки хле­ба, сыр и три мо­че­ных яб­ло­ка, и по­шел к вы­хо­ду. В про­пах­шей кис­лым пи­вом и го­ре­лым лу­ком та­верне обе­дать он явно не со­би­рал­ся. По­пут­но он бро­сил взгляд на двух дру­гих сво­их со­пле­мен­ни­ков, устро­ив­ших­ся за од­ним из цен­траль­ных сто­ли­ков и что-то ак­тив­но об­суж­да­ю­щих. Те от­ве­ти­ли ему раз­дра­жен­ным взгля­дом двух пар изу­мруд­ных глаз. Он по­вер­нул­ся к две­ри и едва не вре­зал­ся в свет­ло­во­ло­сую мо­ло­дую жен­щи­ну в муж­ской одеж­де.

Та лег­ко увер­ну­лась от столк­но­ве­ния, про­пу­стив его на­ру­жу.

Фэй­ри мгно­ве­ние смот­рел на нее, по­том от­вел взгляд, про­бор­мо­тал из­ви­не­ния и по­спе­шил ре­ти­ро­вать­ся.

Трак­тир­щик хму­ро про­во­дил его взгля­дом, по­том пе­ре­вел взгляд на но­во­го по­се­ти­те­ля.

– Баба в шта­нях, – про­бур­чал он себе под нос, – еще и с ме­чом. Зна­мо дело, что за цаца.

В го­ро­дах, что сто­я­ли на са­мой гра­ни­це с Уз­ми­ром, тем бо­лее в та­ком, как Лекс­н­харп, встре­тить жен­щи­ну в муж­ском пла­тье не было чем-то из ряда вон вы­хо­дя­щим. Та­кие были и сре­ди аван­тю­ри­стов, ищу­щих раз­ные со­мни­тель­ные пред­при­я­тия, су­ля­щие хо­ро­ший за­ра­бо­ток, и в бан­дах, что на­па­да­ли на куп­цов, иду­щих с за­па­да и се­ве­ра.

Аван­тю­ри­сты и бан­ды по­яви­лись пару лет на­зад, ко­гда за­кон­чи­лась вой­на с Уз­ми­ром. Хорт­ланд нема­ло де­нег по­тра­тил то­гда на то, что­бы ве­сти ее ис­клю­чи­тель­но си­ла­ми на­ем­ных ар­мий. И ар­мии эти раз­рос­лись до небы­ва­лых раз­ме­ров.

А по­том была по­бе­да. И в на­ем­ни­ках от­па­ла необ­хо­ди­мость. Кто-то про­сто рас­пу­стил свои от­ря­ды. Кто-то, из гос­под по­бо­га­че, про­дол­жал их со­дер­жать для лич­ных нужд.

Вот рас­пу­щен­ные... или от­пу­щен­ные на­ем­ни­ки да­ле­ко не все­гда с охо­той воз­вра­ща­лись к мир­ной жиз­ни.

На эти бан­ды пе­ри­о­ди­че­ски устра­и­ва­ли рей­ды мест­ные зем­ле­вла­дель­цы. Од­на­ко пе­ре­ло­вить всех ли­хо­де­ев, ко­неч­но, не уда­ва­лось. Спу­стя вре­мя они сно­ва сби­ва­лись в но­вые шай­ки и тер­ро­ри­зи­ро­ва­ли тор­го­вые трак­ты.

При чем тут бабы? А трак­тир­щик бы и от­ве­тил. В на­ем­ни­ки всех при­ни­ма­ли. Жен­щин, муж­чин, неваж­но. По­нят­ное дело, что бабы-то и не во­е­ва­ли осо­бо. Трак­тир­щик был вполне уве­рен, что зна­ет, для чего на­ем­ни­кам их бо­е­вые по­дру­ги. Ну да, немно­го драть­ся то их там, на­вер­ное, учи­ли...

Толь­ко обыч­но бабы пред­по­чи­та­ли ар­ба­ле­ты, луки, длин­ные кин­жа­лы. А тут, поди ж ты, меч на по­я­се.

Меж­ду тем по­се­ти­тель­ни­ца по­до­шла к стой­ке, встре­тив­шись взгля­дом с так при­сталь­но раз­гля­ды­вав­шем ее хо­зя­и­ном та­вер­ны.

Со­всем мо­ло­дая дев­ка, как ока­за­лось при бли­жай­шем рас­смот­ре­нии. Про­сто не тон­ко­кост­ная, и пле­чи ши­ро­кие, да та­лия не пе­ре­тя­ну­та кор­се­том. На та­кой бабе бы па­хать да па­хать. А она туда же. За меч.

У де­ви­цы были свет­лые об­ре­зан­ные до ушей во­ло­сы и се­рые гла­за, вес­нуш­ки на носу и ще­ках и чер­ты лица де­ре­вен­ской про­стуш­ки.

И трак­тир­щик по­чу­ял, как за­пах­ло лег­кой на­жи­вой. Как по­чу­ял, так и скис, как толь­ко де­ви­ца вы­ло­жи­ла на стой­ку мед­ный же­тон.

На­ем­ни­ца. На­сто­я­щая. Про­шед­шая обу­че­ние, со­сто­яв­шая в ре­гу­ляр­ном вой­ске, по­бы­вав­шая на войне с Уз­ми­ром и по­ки­нув­шая на­ем­ни­ков по соб­ствен­но­му же­ла­нию, а не по­то­му, что вой­ско рас­пу­сти­ли. Име­ет пра­во на­нять­ся в охра­ну ку­пе­че­ско­го обо­за или где-ни­будь в го­ро­де к мест­ным тол­сто­су­мам. И даже если она убьет кого по дол­гу служ­бы, спро­са с нее ни­ка­ко­го не бу­дет.

Вот это для бабы ред­кость.

– Если ты ищешь ра­бо­ту, то опоз­да­ла, – на са­мом деле трак­тир­щи­ку за­хо­те­лось от­вя­зать­ся от де­ви­цы, так же, как толь­ко что он меч­тал от­де­лать­ся от на­до­ед­ли­во­го фэй­ри, за­му­чив­ше­го его рас­спро­са­ми, – два ку­пе­че­ских обо­за как раз вче­ра на­бра­ли охра­ну. Хотя... мо­жешь пой­ти по­про­сить­ся к ним. По­ва­ри­хой возь­мут.

За­ме­тив, как из­ме­ни­лось вы­ра­же­ние лица де­ви­цы, он за­мол­чал, по­же­вал гу­ба­ми и ска­зал:

– Ну, вон еще фэй­ри, – ткнул паль­цем туда, где с са­мо­го утра си­де­ли двое нелю­дей, – ищут себе про­вод­ни­ка в Хорт­лан­де.

Чет­ве­ро та­ких же на­ем­ни­ков и двое аван­тю­ри­стов до нее по­сле этих слов про­сто раз­во­ра­чи­ва­лись и ухо­ди­ли. Один все же за­вел с фэй­ри раз­го­вор. Но по­че­му-то у них не сло­жи­лось. Вот тот, что при­шел с во­про­са­ми и шка­тул­кой, кста­ти, пе­ре­ки­нул­ся с ними па­рой слов. Прав­да, и там диа­лог вы­шел ко­рот­кий, и, ка­жет­ся, они рас­ста­лись в неко­то­ром недо­воль­стве друг от дру­га.

Так что де­ви­ца тоже по­смот­рит да и пой­дет сво­ей до­ро­гой. А этим к ве­че­ру надо бу­дет ска­зать, чтоб тоже шли. В его та­верне ком­нат не сда­ет­ся. Пусть про­ва­ли­ва­ют. А то что-то мно­го их ста­ло пря­мо-таки по­всю­ду.

Но бе­ло­бры­сая де­ви­ца по­смот­ре­ла на уже явно при­уныв­ших фэй­ри с ин­те­ре­сом. А по­том и во­все по­до­шла к их сто­ли­ку.

Ну, тоже непло­хо. За­клю­чат кон­тракт, трак­тир­щи­ку за­пла­тят, как по­ло­же­но, два се­реб­ря­ных та­ле­ра.

***

Тара ни­ко­гда не бра­лась за за­ка­зы, ко­то­рые так или ина­че были свя­за­ны с убий­ством. Это ка­са­лось и тех, что пе­ре­да­ва­лись ано­ним­но в та­вер­нах гиль­дии, и тех, с ко­то­ры­ми за­каз­чик об­ра­щал­ся непо­сред­ствен­но на­пря­мую к на­ем­ни­ку. Дело было не в рис­ке. И не в пра­во­су­дии. Пер­вое – для на­ем­ни­ка обыч­ное дело. От вто­ро­го при за­клю­чен­ной на бу­ма­ге сдел­ке на­ем­ник был га­ран­ти­ро­ван­но за­щи­щен. За убий­ство от­ве­ча­ет толь­ко за­каз­чик. На­ем­ник, со­сто­я­щий в гиль­дии, пе­ред за­ко­ном чист.

В эту же ка­те­го­рию она от­но­си­ла те слу­чаи, ко­гда кто-то на­ни­мал боль­ше де­сят­ка лю­дей, во­ору­жен­ных и уме­ю­щих этим ору­жи­ем поль­зо­вать­ся, без чет­кой цели. Так со­би­ра­ли до­пол­ни­тель­ную силу в бан­ды для ка­ко­го-то боль­шо­го дела.

Уби­вать ей, ко­неч­но, при­хо­ди­лось. Пер­вый ее раз в вой­ну Хорт­лан­да с Уз­ми­ром, ни­че­го, кро­ме от­вра­ще­ния и ужа­са у нее не вы­звал. Но она была ча­стью на­ем­ной ар­мии леди Эван­д­ры Касс. Ее к это­му го­то­ви­ли и учи­ли сра­жать­ся несколь­ко лет. Это было ее… ра­бо­той, от ко­то­рой она не мог­ла от­ка­зать­ся.

То­ва­ри­щи по ору­жию, если так мож­но было на­звать на­ем­ни­ков, то­гда го­во­ри­ли, что дев­ка она мо­ло­дая, при­вык­нет и вой­дет во вкус, ей даже по­нра­вит­ся. Де­рек даже стал тас­кать ее с со­бой на вся­кие вы­лаз­ки и ди­вер­си­он­ные мис­сии чаще, чем осталь­ных. Что­бы при­вы­ка­ла. Она при­вык­ла. Но во вкус не во­шла. И убий­ство, лю­бое, про­дол­жа­ло вы­зы­вать у Тары от­вра­ще­ние. Если была воз­мож­ность, она все­гда остав­ля­ла про­тив­ни­ка в жи­вых, кем бы он ни был. Убить мож­но, за­щи­щая свою жизнь, за­щи­щая жизнь дру­гих лю­дей. Но уби­вать про­сто так, даже за день­ги, ей пре­ти­ло.

Тому, кто ко­гда-то вбил в ее го­ло­ву эту ис­ти­ну, она с пе­ре­мен­ным успе­хом была то бла­го­дар­на, то в глу­бине души зли­лась, по­то­му что на­ем­ни­цей-то она ста­ла, даже во­е­ва­ла в Уз­ми­ре, по­лу­чи­ла знак гиль­дии, а вот прин­ци­пам до кон­ца из­ме­нить ни­как не мог­ла. Толь­ко вот не было у нее ле­ген­дар­ной ар­мии, и не со­вер­ши­ла она ве­ли­ких де­я­ний, ко­то­рые бы оста­ви­ли та­кой след, что и че­рез пол­ве­ка в Ни­ми­дии и Уз­ми­ре вспо­ми­на­ли Чер­ных Мед­ве­дей Ло­та­ра Же­лез­но­го Рога. Да Тара к это­му и не стре­ми­лась.

По­то­му что и на­ем­ни­цей, по­жа­луй, ни­ко­гда не меч­та­ла ста­но­вить­ся. Все так­же бла­го­да­ря по­лу­чен­ным ко­гда-то прин­ци­пам от че­ло­ве­ка, ко­то­рый стал ле­ген­дой сво­е­го вре­ме­ни и о ко­то­ром до сих пор вспо­ми­на­ли, хоть со вре­мен его по­дви­гов про­шло боль­ше со­ро­ка лет.

Но если на­ем­ник, муж­чи­на, за­ра­бо­тав на этом, неми­лом ему деле, до­ста­точ­но зо­ло­та, мо­жет при­ку­пить зем­ли, а иной раз и дво­рян­ство, опла­тить свой вы­ход из гиль­дии, осесть и за­быть о пыль­ных до­ро­гах Хорт­лан­да, то для на­ем­ни­цы все куда слож­нее.

Жен­щи­на мо­жет быть дво­рян­ско­го про­ис­хож­де­ния по рож­де­нию. Но ку­пить его, как муж­чи­на, она не мо­жет. По­то­му как дво­рян­ство, ти­тул и зем­ли все рав­но пе­ре­да­ют­ся толь­ко по муж­ской ли­нии, от отца к сыну. Ис­клю­че­ни­ем яв­ля­ет­ся лишь ко­ро­лев­ская се­мья, по по­нят­ным при­чи­нам – воз­мож­ность пе­ре­дать ко­ро­ну до­че­ри, ба­стар­ду, вну­ку или пле­мян­ни­ку, за неиме­ни­ем пря­мых по­том­ков, но лишь пред­ста­ви­те­лю по­сле­ду­ю­ще­го по­ко­ле­ния, обе­ре­га­ла Хорт­ланд от меж­до­усоб­ных войн, по­след­няя из ко­то­рых от­гре­ме­ла пол­то­рас­та лет на­зад, ко­гда род­ной сын ко­ро­ля, принц Тео­ри­ан, сра­жал­ся за трон с соб­ствен­ным дя­дей, но так и не смог от­сто­ять свое пра­во на пре­стол. Ко­ро­ну по­сле его смер­ти, для его сына от­во­е­ва­ла род­ная сест­ра прин­ца.

В лю­бом слу­чае, Тара не была ари­сто­крат­кой по рож­де­нию, ку­пить ти­тул она не мог­ла. За­ра­бо­тан­но­го еще в Уз­мир­ской кам­па­нии хва­ти­ло бы что­бы ку­пить на­дел с до­мом и хо­зяй­ством. Толь­ко вот она пре­крас­но зна­ла, что Хорт­ланд – не Воль­ные зем­ли, и оди­но­кая жен­щи­на, вне­зап­но об­за­вед­ша­я­ся хо­зяй­ством, ста­нет еще той крас­ной тряп­кой для всех “бы­ков” окру­ги. Та­ких не лю­би­ли, о та­ких су­да­чи­ли невесть что, та­кие ста­но­ви­лись в гла­зах окру­жа­ю­щих ведь­ма­ми и из­го­я­ми.

То есть, пока на­ем­ни­ца но­сит меч и знак гиль­дии, от­но­ше­ние к ней по­чти ров­ное, хотя все рав­но по­гля­ды­ва­ют с неко­то­рым пре­зре­ни­ем – баба с ме­чом, куда это го­дит­ся. На ней бы па­хать, ей бы де­тей ро­жать.

А ко­гда та же на­ем­ни­ца как раз на­чи­на­ет па­хать и хо­те­ла бы, воз­мож­но, ко­гда-ни­будь ро­жать де­тей, она тут же ста­но­ви­лась шлю­хой и сол­дат­ской под­стил­кой, и дел с ней ни­кто ни­ка­ких иметь не хо­тел.

Было еще одно ис­клю­че­ние. Ко­гда то­ва­ри­щи по ору­жию со­че­та­лись бра­ком, а по­том уже по­ку­па­ли ти­тул, зем­лю, хва­та­ло даже на за­мок. А о ба­роне и ба­ро­нес­се уже осо­бо не по­су­да­чишь.

Толь­ко и это ис­клю­че­ние было по­чти ска­зоч­ным. По­го­ва­ри­ва­ли, что кто-то ко­гда-то где-то лет де­сять на­зад… Толь­ко ни имен, ни вой­ска, ни ны­неш­не­го ари­сто­кра­ти­че­ско­го име­ни ни­кто на­звать не мог. Но об этом было при­ят­но по­меч­тать ино­гда но­чью у ко­ст­ра с тем же Де­ре­ком. Зем­ли, за­мок, ба­рон­ский ти­тул… Прав­да, на по­след­нем Тара все­гда спо­ты­ка­лась.

“Ба­ро­ном быть пре­не­бре­гу” – было на­пи­са­но на про­стом сталь­ном раз­руб­лен­ном на­двое коль­це, кое-как по­чи­нен­ном не ве­ли­ко­го ма­стер­ства юве­ли­ром, так, что сло­во “быть” ока­за­лось за­тер­то. И коль­цо это она но­си­ла на це­поч­ке под ру­баш­кой. Для ее паль­цев, пусть и огру­бев­ших от ору­жия, оно было слиш­ком ве­ли­ко.

Де­рек же меч­тал о ти­ту­ле, зам­ке, кре­стья­нах, соб­ствен­ном ма­лень­ком ба­рон­ском вой­ске, ба­рон­ских меж­до­усо­би­цах и даже тур­ни­рах в Лекс­хэй­вене, сто­ли­це Хорт­лан­да.

Все это оста­лось меч­та­ми. При­ят­ны­ми, ко­гда есть с кем об этом меч­тать. Но не бо­лее того.

И Тара все жила жиз­нью сво­бод­но­го на­ем­ни­ка ско­рее по инер­ции, вро­де бы и же­лая как-то из­ме­нить свою жизнь, но не пред­став­ляя, как это сде­лать. Един­ствен­ное, что она уме­ла – хо­ро­шо управ­лять­ся с ме­чом, ар­ба­ле­том и кин­жа­лом, вы­стра­и­вать так­ти­ку боя, рас­счи­ты­вать толь­ко на свои силы, если нет уве­рен­но­сти в со­рат­ни­ках, и поль­зо­вать­ся уме­ни­я­ми и на­вы­ка­ми со­рат­ни­ков, если они чего-то сто­ят.

Она зна­ла, к чему та­кая жизнь, в кон­це кон­цов, при­ве­дет. Но пока это было ее ме­сто под солн­цем Хорт­лан­да. Она на­ни­ма­лась в охра­ну обо­зов, в те­ло­хра­ни­те­ли к куп­цам на ко­рот­кий срок. Но вот с фэй­ри дел иметь еще не при­хо­ди­лось.

Ко­неч­но, невоз­мож­но жить в Хорт­лан­де и ни­ко­гда не ви­деть фэй­ри. Есте­ствен­но, она их ви­де­ла и неод­но­крат­но.

А эти еще и вы­гля­де­ли как-то со­всем неумест­но в этом трак­ти­ре, да и в Лекс­н­хар­пе во­об­ще.

Они были слиш­ком… яр­кие что ли. И дело даже не в одеж­де или внеш­нем виде, хотя и то, и дру­гое бро­са­лось в гла­за. На них были ту­ни­ки ярко-зе­ле­но­го цве­та, прак­ти­че­ски оди­на­ко­вые, как и сами фэй­ри, рас­ши­тые раз­но­цвет­ны­ми ни­тя­ми, впро­чем, вы­шив­ка вполне со­че­та­лась с цве­том одеж­ды, из-за во­ро­та ту­ник вы­гля­ды­ва­ли во­рот­ни­ки ру­ба­шек с по­хо­жей вы­шив­кой, сво­бод­ные шта­ны из плот­ной тем­но-зе­ле­ной тка­ни и невы­со­кие, до­хо­дя­щие до се­ре­ди­ны го­ле­ни ост­ро­но­сые са­пож­ки с се­реб­ря­ны­ми пряж­ка­ми.

При при­бли­же­нии Тары, оба под­ня­ли на нее огром­ные по мер­кам лю­дей, изу­мруд­ные гла­за. Цвет был со­вер­шен­но необыч­ный. Ко­неч­но, лю­дей с зе­ле­ны­ми гла­за­ми пол­ным-пол­но. Но по срав­не­нию с цве­том глаз этих фэй­ри, гла­за лю­дей мож­но было на­звать зе­ле­ны­ми весь­ма услов­но.

Оба име­ли ру­сые вью­щи­е­ся во­ло­сы, до­хо­дя­щие до плеч.

Это все без­услов­но вы­де­ля­ло дво­их фэй­ри из об­ще­го окру­же­ния. По­жа­луй, даже несмот­ря на то, что одеж­да их, по­хо­же, была удоб­ной и вполне пред­на­зна­чен­ной для пу­те­ше­ствий, не каж­дый ари­сто­крат мог по­хва­стать­ся та­ким ши­тьем на сво­ем са­мом до­ро­гом кам­зо­ле.

Ко­гда Тара на­пра­ви­лась к ним, ее за­ме­тил сна­ча­ла один из них. Тро­нул то­ва­ри­ща или бра­та, так как, по­хо­же, эти двое были близ­не­ца­ми, за ло­коть. И оба фэй­ри воз­зри­лись на нее с та­кой ра­до­стью и на­деж­дой, что ей неволь­но ста­ло не по себе.

Раз­ве так на­чи­на­ют об­ще­ние с на­ем­ни­ком?

При­ня­то изоб­ра­жать без­раз­ли­чие: не этот, так дру­гой; хо­чешь де­нег, возь­мешь­ся за наше дело; а нет, най­дет­ся кто-то бо­лее под­хо­дя­щий.

Но эти двое с по­доб­ным непи­сан­ным пра­ви­лом были явно не зна­ко­мы.

Ей са­мой даже ста­ло несколь­ко нелов­ко, ко­гда она за­да­ла обыч­ный в та­кой си­ту­а­ции во­прос по­тен­ци­аль­но­му на­ни­ма­те­лю:

– Го­во­рят, у вас есть ра­бо­та для на­ем­ни­ка?

Это ведь тоже при­ня­то про­из­но­сить с неко­то­рой лен­цой и по­чти пре­зре­ни­ем.

Фэй­ри син­хрон­но за­ки­ва­ли. Тот, что по­ка­зал­ся ей чуть-чуть по­стар­ше ска­зал:

– Мы ищем… – он за­пнул­ся, слов­но за­был сло­во, – ищем про­вод­ни­ка. До Лекс­хэй­ве­на.

Тара при­ки­ну­ла при­мер­ный марш­рут. Путь неблиз­кий и не ска­зать, что без­опас­ный. Но не та­кой, что­бы со­всем уж от­ка­зы­вать­ся от ра­бо­ты. Так что же сму­ти­ло осталь­ных? Низ­кая цена? Или что-то еще?

– Та­кой путь, если ехать без оста­нов­ки, оста­нав­ли­ва­ясь толь­ко на но­чев­ку, зай­мет несколь­ко недель, – за­ме­ти­ла она, – вам надо успеть к ка­ко­му-то сро­ку? В Лекс­хэй­вене вас ждут дела?

На­ем­ник имел пра­во знать хотя бы при­мер­но, ка­ко­ва цель его на­ни­ма­те­ля. Мало ли с чем при­дет­ся столк­нуть­ся в пути. А фэй­ри во­об­ще сей­час ей ка­за­лись тем­ны­ми ло­шад­ка­ми.

Но на­ни­ма­те­ли так­же, прак­ти­че­ски син­хрон­но, за­мо­та­ли го­ло­ва­ми:

– Нет-нет, ни­ка­ких дел. Мы хо­те­ли по­смот­реть на празд­ник се­ре­ди­ны лета. Толь­ко и все­го.

– Тсам-Храйдс? – уточ­ни­ла Тара, на что по­лу­чи­ла двой­ной ки­вок, а по­сле две пары изу­мруд­ных глаз впе­ри­лись в нее с вол­не­ни­ем и на­деж­дой.

Она нена­дол­го за­ду­ма­лась. В прин­ци­пе, при­чи­на от­ка­зов уже была ей по­нят­на. На­ем­ни­ки – люди весь­ма по­до­зри­тель­ные. А фэй­ри ред­ко поль­зу­ют­ся их услу­га­ми. А тут еще и фэй­ри из Аль­в­хай­ден­гар­да. Это Тара по­ня­ла по одеж­де. Хорт­ланд­ские фэй­ри оде­ва­лись как люди. И вот та­кой слиш­ком уж бью­щий че­рез край эн­ту­зи­азм тоже не вну­шал до­ве­рия. Они были… стран­ны­ми. Неуди­ви­тель­но, что их на­ча­ли об­хо­дить сто­ро­ной.

Но вот Таре что-то не да­ва­ло от­ка­зать­ся…

– Мы за­пла­тим! – ре­шив, что она мол­чит, по­то­му что уже со­би­ра­ет­ся от­ка­зать, звон­ко вос­клик­нул тот, что по­ка­зал­ся ей млад­шим. – У нас, прав­да, есть чем за­пла­тить! Два­дцать се­реб­ря­ных та­ле­ров в день!

Тара каш­ля­ну­ла от неожи­дан­но­сти. А еще от того, что по­чув­ство­ва­ла, как взгля­ды по­се­ти­те­лей та­вер­ны, при­слу­ги, да и са­мо­го трак­тир­щи­ка вне­зап­но ока­за­лись при­ко­ва­ны к их сто­ли­ку.

А кро­ме того, она по­ня­ла, что ее сму­ща­ло в их по­ве­де­нии. Их речь, ми­ми­ка и же­сты боль­ше по­до­шли бы де­тям. И вот сей­час это неимо­вер­но щед­рое пред­ло­же­ние в по­пыт­ке все-таки до­го­во­рить­ся с про­вод­ни­ком.

– Да у вас де­нег та­ких нет, – рас­сме­я­лась Тара, при­ло­жив меж­ду тем па­лец к гу­бам, в на­деж­де, что фэй­ри ее пой­мут, – в уши не за­ли­вай­те.

Стар­ший на­хму­рил­ся, от­крыл было рот, что­бы что-то воз­ра­зить. Но его брат, по­няв пра­виль­но Тару, от­ве­тил, не дав тому и рта рас­крыть:

– Ну да. Но нам так не ве­зет с са­мо­го утра!

Тара за­го­во­ри­ла тихо и ров­но, что­бы они ее слы­ша­ли, но для осталь­ных по­се­ти­те­лей их раз­го­вор не вы­гля­дел ин­те­рес­ным:

– Обыч­но про­вод­ни­ку пла­тят три се­реб­ря­ных та­ле­ра в день, но вы долж­ны бу­де­те опла­чи­вать ноч­лег, еду и корм для ло­ша­дей. Я же, если мы до­го­во­рим­ся, обя­зу­юсь про­во­дить вас до Лекс­хэй­ве­на, ор­га­ни­зо­вать этот са­мый ноч­лег, а так­же буду от­ве­чать за вашу без­опас­ность. От­но­си­тель­но. Кро­ме слу­ча­ев, где вы сами по­ле­зе­те на ро­жон.

Фэй­ри пе­ре­гля­ну­лись, лица их про­свет­ле­ли, но встре­тив­шись со взгля­дом Тары, тоже на­тя­ну­ли на лица мас­ку се­рьез­но­сти. Ей оста­ва­лось лишь удив­лять­ся, как это у них по­лу­ча­ет­ся так од­но­вре­мен­но ме­нять вы­ра­же­ние лиц.

– Мы со­глас­ны, – ска­зал стар­ший.

Млад­ший кив­нул.

– Вы со­став­ля­ли до­го­вор?

Фэй­ри сно­ва пе­ре­гля­ну­лись, а по­том по­смот­ре­ли на нее в недо­уме­нии.

Тара вздох­ну­ла и от­ки­ну­лась на спин­ку сту­ла.

– Лю­бая сдел­ка в Хорт­лан­де за­креп­ля­ет­ся до­го­во­ром на бу­ма­ге. Это за­щи­та и для вас, и для меня.

Фэй­ри сно­ва пе­ре­гля­ну­лись, те­перь их лица вы­ра­жа­ли непод­дель­ное удив­ле­ние. Млад­ший на­хму­рил­ся.

– За­чем? Раз­ве слов не до­ста­точ­но?

Тара чуть при­щу­ри­лась. "Ну точ­но из Аль­в­хай­ден­гар­да," – по­ду­ма­ла она.– Нет, в Хорт­лан­де слов мало. Тут ве­рят толь­ко тому, что на­пи­са­но и скреп­ле­но под­пи­ся­ми.

– Стран­но… – про­бор­мо­тал млад­ший, но спо­рить не стал.

Тара ото­шла к стой­ке и вер­ну­лась уже со все­ми необ­хо­ди­мы­ми пис­чи­ми при­над­леж­но­стя­ми. Текст по­доб­ных до­го­во­ров был оди­на­ков для всех. И хо­ро­шо, что она пре­крас­но уме­ла и пи­сать, и чи­тать. Ина­че при­шлось бы при­вле­кать к это­му делу пи­са­ря.

"Сим удо­сто­ве­ря­ет­ся, что Тара обя­зу­ет­ся про­ве­сти…”

– Как вас зо­вут? – спро­си­ла она ото­рвав­шись от бу­ма­ги.

– Лай­рин’айт и Дар­вайн’эл из Дво­ра Лета, – быст­ро про­го­во­рил млад­ший.

– Вы бра­тья? – ре­ши­ла за­чем-то уточ­нить она, а по­сле их от­ве­та по­ра­до­ва­лась, что уточ­ни­ла это в са­мом на­ча­ле зна­ком­ства.

– Сест­ра, – по­пра­вил, или вер­нее, по­пра­ви­ла ее та, ко­то­рую она счи­та­ла млад­шим бра­том, – мы брат и сест­ра.

Тара ко­рот­ко кив­ну­ла, не по­дав виду, что эта ошиб­ка ее саму немно­го сму­ти­ла. Ка­жет­ся, чи­сто­та эмо­ций от фэй­ри пе­ре­да­ва­лась и ей.

“Сим удо­сто­ве­ря­ет­ся, что Тара обя­зу­ет­ся про­ве­сти Лай­рин’айт и Дар­вайн’эла из Дво­ра Лета, до Лекс­хэй­ве­на, без за­дер­жек, за­щи­щая от угроз, дабы не под­вер­гать их из­лиш­ним опас­но­стям. За сии услу­гам они обя­зу­ют­ся упла­тить три се­реб­ря­ных та­ле­ра за каж­дый день пути, рав­но как по­крыть из­держ­ки на ноч­лег, еду и корм для ло­ша­дей.

Пра­ва и обя­зан­но­сти сто­рон вза­им­ны: сие со­гла­ше­ние не рас­тор­га­ет­ся без обо­юд­но­го со­гла­сия."

Она до­ста­ла же­тон на­ем­ни­ка, об­мак­ну­ла его в чер­ни­ла и при­жа­ла к бу­ма­ге, раз­вер­ну­ла лист с до­го­во­ром к фэй­ри, ука­за­ла на перо.

– Если у вас есть имен­ные пе­ча­ти, нуж­но их по­ста­вить. Или рас­пи­ши­тесь…

Фэй­ри удив­лен­но уста­ви­лись на до­ку­мент, по оче­ре­ди про­чи­та­ли то, что в нем на­пи­са­но, ста­ра­ясь вы­гля­деть не столь­ко изум­лен­ны­ми, сколь­ко се­рьез­ны­ми.

– У лю­дей все так… стран­но, – про­бор­мо­та­ла Лай­рин’айт, вы­пи­сы­вая свое имя ниже от­пе­чат­ка же­то­на Тары, – про­сти, тебя зо­вут Тара?

– Моя оплош­ность, – при­зна­ла на­ем­ни­ца, – да. Это мое имя.

– Про­сто Тара? – уточ­нил Дар­вайн’эл.

Тара по­жа­ла пле­ча­ми. Она не ари­сто­крат­ка. Не про­ис­хо­дит из ка­ко­го-то ста­рин­но­го ку­пе­че­ско­го рода. Ей даже про­зви­ща ни­ка­ко­го не дали. Зато есть имя. Ко­рот­кое и за­по­ми­на­ю­ще­е­ся.

– Да, – от­ве­ти­ла она.

До­го­вор был за­клю­чен и под­пи­сан, а трак­тир­щик по­ста­вил на двух его ли­стах мет­ку гиль­дии. Фэй­ри на все это смот­ре­ли с лю­бо­пыт­ством, как дети, ко­то­рым по­ка­за­ли, как из воды и са­ха­ра де­ла­ют пе­туш­ков на па­лоч­ках. Тара же ис­под­воль раз­гля­ды­ва­ла обо­их.

Как же она не за­ме­ти­ла, что Лай­рин’айт – де­вуш­ка? Обыч­но ин­ту­и­ция и вни­ма­тель­ность ее не под­во­ди­ла. А тут сби­ла с тол­ку дет­скость их по­ве­де­ния, на­ив­ность и лю­бо­пыт­ство обо­их.

Трак­тир­щик тоже смот­рел с лю­бо­пыт­ством и алч­но­стью. И это как раз от вни­ма­ния Тары не укры­лось. Так что, ко­гда он по­тре­бо­вал пла­ту за то, что пред­став­ля­ет тут гиль­дию, она не дала фэй­ри до­стать ко­шель, а рас­пла­ти­лась сама под их недо­умен­ны­ми взгля­да­ми, и вы­звав разо­ча­ро­ва­ние трак­тир­щи­ка.

Рас­ста­лись они, до­го­во­рив­шись встре­тить­ся с утра на го­род­ской пло­ща­ди, как толь­ко часы на башне про­бьют шесть. Пред­сто­я­ло еще по­нять, что у них за ло­ша­ди, го­то­вы ли они к пу­те­ше­ствию и в слу­чае чего ис­пра­вить по­ло­же­ние, при­ку­пив недо­ста­ю­щее на го­род­ском рын­ке.

Лекс­н­харп – до­воль­но ти­хий го­род, несмот­ря на свое по­ло­же­ние. Пут­ни­ков здесь не гра­бят на каж­дом углу. Но об­ла­по­шить мо­гут, тем бо­лее та­ких, как эти двое. А Таре очень не хо­те­лось, что­бы их сов­мест­ное пу­те­ше­ствие на­чи­на­лось вот так. По­то­му она на вся­кий слу­чай по­ин­те­ре­со­ва­лась, где они оста­но­ви­лись. И, как и сле­до­ва­ло ожи­дать, это ока­зал­ся прак­ти­че­ски са­мый до­ро­гой и бо­га­тый по­сто­я­лый двор го­ро­да. Что же, там хотя бы сле­дят за ре­пу­та­ци­ей. Луч­ше­го Тара ни­че­го пред­ло­жить не мог­ла.

Фэй­ри ушли из трак­ти­ра пер­вы­ми, до­воль­ные за­клю­чен­ной сдел­кой и от­дав­шие Таре че­ты­ре та­ле­ра се­реб­ром. Один в счет по­тра­чен­но­го в трак­ти­ре и три в ка­че­стве за­дат­ка.

Она же неко­то­рое вре­мя еще си­де­ла, за­ка­зав ужин, хоть кух­ня имен­но это­го за­ве­де­ния и была так себе. Все рав­но надо было по­ду­мать. Она склон­на была ве­рить в то, что эти двое ее не об­ма­ны­ва­ли, как и не было недо­го­во­рен­но­стей с их сто­ро­ны. Но ин­ту­и­ция, ко­то­рая ред­ко ее под­во­ди­ла, под­ска­зы­ва­ла, что не все так глад­ко бу­дет с этим де­лом. Ин­ту­и­ция, да еще стран­ное чув­ство, буд­то она уже бес­по­ко­ит­ся о судь­бе сво­их на­ни­ма­те­лей чуть боль­ше, чем сле­ду­ет.

Ужин был съе­ден и опла­чен. А в раз­мыш­ле­ни­ях она при­шла к мыс­ли, что вре­мя по­ка­жет, сто­и­ло ли при­слу­шать­ся к ин­ту­и­ции, и сто­и­ли ли Лай­рин’айт и Дар­вайн’эл ее бес­по­кой­ства.

Тара вы­шла в опус­ка­ю­щи­е­ся на го­род су­мер­ки. Несколь­ко трак­ти­ров вы­стро­и­лись вдоль ули­цы, и из их окон лил­ся теп­лый свет, а от­ку­да-то до­но­сил­ся шум ве­се­лых го­ло­сов и звон кру­жек. Фа­ке­лы у две­рей бро­са­ли ко­леб­лю­щи­е­ся от­блес­ки на сте­ны до­мов. Воз­дух был сы­рой, пах­ло пи­вом, ды­мом и влаж­ным кам­нем.

У сте­ны со­сед­не­го зда­ния Тара за­ме­ти­ла фи­гу­ру, по­чти сли­ва­ю­щу­ю­ся с те­нью. Взгляд на мгно­ве­ние за­дер­жал­ся на ней. Ши­ро­кий плащ скры­вал очер­та­ния тела, ка­пю­шон низ­ко спол­зал на лоб, де­лая лицо нераз­ли­чи­мым в сгу­ща­ю­щих­ся су­мер­ках. Незна­ко­мец слов­но был ча­стью этой ули­цы – непо­движ­ный и непри­мет­ный.

Она от­вер­ну­лась и со­бра­лась идти сво­ей до­ро­гой, ко­гда этот из тени ее оклик­нул:

– Эй, на­ем­ни­ца.

Тара за­мер­ла. Нет, опас­но­сти она не по­чув­ство­ва­ла. Да и дви­гал­ся он без угро­зы, еще и яб­ло­ко при этом грыз.

От­ве­чать же она не то­ро­пи­лась. До­жда­лась, пока незна­ко­мец по­дой­дет бли­же, рас­смот­ре­ла в нем еще од­но­го фэй­ри, узна­ла того, с ко­то­рым столк­ну­лась в две­рях трак­ти­ра несколь­ки­ми ча­са­ми ра­нее.

“Что-то как-то мно­го фэй­ри на се­год­ня”, – по­ду­ма­лось ей.

Од­на­ко этот на ее на­ни­ма­те­лей по­хож не был. По­тре­пан­ный плащ, как раз бо­лее под­хо­дя­щий для мест­ной об­ста­нов­ки и пу­те­ше­ствий по Хорт­лан­ду. Осталь­ную одеж­ду было не раз­гля­деть. Да еще стран­ность: она ни­как не мог­ла со­сре­до­то­чить­ся на его лице. А это ей не по­нра­ви­лось.

Тара сде­ла­ла шаг на­зад, не да­вая незна­ком­цу по­дой­ти со­всем близ­ко.

Тот тоже оста­но­вил­ся.

– Ты на­ня­лась в про­вод­ни­ки к дво­им фэй­ри се­год­ня?

– Ты зна­ешь о том, чем я за­ра­ба­ты­ваю на жизнь. По­ла­гаю, ты зна­ешь и о пра­ви­лах гиль­дии, – сухо от­ве­ти­ла она.

– Они по­ка­за­ли мне до­го­вор, – па­ри­ро­вал он, – если ты и есть Тара, зна­чит за­клю­чи­ла его с ними ты.

Тара про­мол­ча­ла, ожи­дая, что он ска­жет еще. И, ка­жет­ся, это ее мол­ча­ние со­бе­сед­ни­ка слег­ка сму­ти­ло. Он каш­ля­нул, по­те­ряв немно­го са­мо­уве­рен­но­сти, и ска­зал:

– От­ка­жись.

– Это еще по­че­му? – не удер­жа­лась она от во­про­са.

Он по­жал пле­ча­ми. Вер­нее, это она так рас­це­ни­ла это его дви­же­ние. Под пла­щом было осо­бо непо­нят­но, что он сде­лал.

– За­чем тебе это, на­ем­ни­ца? – спро­сил он в от­вет. – Во­зить­ся с дву­мя недо­рос­ля­ми-фэй­ри, ко­то­рым взду­ма­лось по­смот­реть на празд­ник. За­чем тебе это?

– За­чем тебе от­го­ва­ри­вать меня? – за­да­ла она встреч­ный во­прос.

– Хочу убе­речь от непри­ят­но­стей всех вас тро­их, на­ем­ни­ца, – он сно­ва по­жал пле­ча­ми.

– Даже если бы мне хо­те­лось, я не могу про­сто так без ос­но­ва­ний от­ка­зать­ся сей­час, ко­гда вне­сен за­да­ток, и до­го­вор за­ве­рен в гиль­дии. При­ду­май бо­лее вес­кий ар­гу­мент, фэй­ри, – очень уж ее раз­дра­жа­ло то, что он на­зы­вал ее на­ем­ни­цей, хоть в этом не было оскорб­ле­ния.

Фэй­ри кач­нул го­ло­вой.

– Ты не по­ни­ма­ешь, во что ввя­зы­ва­ешь­ся, – ска­зал он, – эти двое... Все не так про­сто, и я вряд ли смо­гу это объ­яс­нить… че­ло­ве­ку.

Тара скре­сти­ла руки на гру­ди.

– Мне ча­сто при­хо­дит­ся слы­шать нечто по­доб­ное. Мо­жет, ты пе­рей­дешь к делу и ска­жешь, что с ними не так?

Незна­ко­мец, ка­жет­ся, на­хму­рил­ся. Но лица она так и не мог­ла рас­смот­реть. Так что ру­чать­ся за то, что раз­гля­де­ла или ей по­ка­за­лось, она не мог­ла.

– Это слож­но объ­яс­нить, – по­вто­рил он, – че­ло­век не пой­мет.

– Очень удоб­но, – фырк­ну­ла Тара. – Зна­чит, ни­ка­ких кон­крет­ных ос­но­ва­ний, кро­ме тво­их за­га­доч­ных на­ме­ков? То­гда из­ви­ни, я не могу на­ру­шить сдел­ку.

Она раз­вер­ну­лась, сде­лав шаг к до­ро­ге, но фэй­ри оклик­нул ее:

– Ко­гда нач­нут­ся про­бле­мы, вспом­нишь этот раз­го­вор.

Тара от­ве­ти­ла, не обо­ра­чи­ва­ясь:

– Сна­ча­ла пусть нач­нут­ся, – и за­ша­га­ла прочь.

Стра­ха она не чув­ство­ва­ла, толь­ко лег­кое раз­дра­же­ние. Да еще по­ду­ма­ла, что надо все-таки бу­дет рас­спро­сить сво­их на­ни­ма­те­лей об этом фэй­ри, что так на­стой­чи­во пы­тал­ся ее от­го­во­рить от пу­те­ше­ствия с ними.