Глава 5

Эта ночь была для меня бес­ко­неч­но дол­гой. Па­мять вер­ну­лась ко мне пол­но­стью. Я раз­мыш­ля­ла над тем, что со мной слу­чи­лось и ду­ма­ла о ма­лень­кой до­чень­ке, с ко­то­рой нас на­силь­но раз­лу­чи­ли. Неиз­вест­но сколь­ко на са­мом деле вре­ме­ни я про­ве­ла в пле­ну обо­рот­ня – два года, а мо­жет, чуть боль­ше. Где сей­час моя ма­лыш­ка? Что с ней? По­че­му меня ни­кто не ис­кал? Или ис­ка­ли?

Вся моя жизнь с Иг­на­том была по­хо­жа на хо­ро­шо по­став­лен­ный спек­такль, участ­ни­цей ко­то­ро­го я неволь­но ста­ла. Ко­гда вер­ну­лась па­мять, ста­ло по­нят­но, по­че­му все это вре­мя мне ка­за­лось, что свою жизнь с Иг­на­том я на­блю­даю, буд­то со сто­ро­ны.

В го­ло­ве не укла­ды­ва­лось, как обо­рот­ню уда­лось не толь­ко пе­ре­вез­ти меня в дру­гой го­род, но еще и сде­лать но­вые до­ку­мен­ты и при­ду­мать нашу вы­мыш­лен­ную жизнь.

Те­перь я по­ни­ма­ла, для чего был ну­жен то­таль­ный кон­троль за мной... По неиз­вест­ной при­чине па­мять ста­ла ко мне ча­стич­но воз­вра­щать­ся, и Иг­нат, за­ме­тив это, пе­ре­пу­гал­ся. А еще… воз­мож­но, он опа­сал­ся, что меня мо­гут узнать.

Руки ав­то­ма­ти­че­ски по­тя­ну­лись к те­ле­фо­ну. В ми­ро­вой па­у­тине хра­нит­ся мно­го вся­кой мно­го­лет­ней ин­фор­ма­ции, и я на­де­я­лась най­ти хоть что-ни­будь о том, что про­изо­шло со мной и моей до­че­рью – но­во­сти про­шлых лет, ста­тьи в ста­рых га­зе­тах, по­сты в со­ци­аль­ных се­тях. Но тут у меня про­мельк­ну­ла мысль о том, что, воз­мож­но, Иг­нат от­сле­жи­ва­ет мои звон­ки и со­об­ще­ния. Ведь он все­гда знал, где я на­хо­жусь и даже на­шел меня в огром­ном го­ро­де, рас­ска­зав «о­че­ред­ную сказ­ку» о слу­чай­ной встре­че.

По­это­му ре­ши­ла не поль­зо­вать­ся ин­тер­не­том, и по­лез­ла в ка­лен­дарь. По моим под­сче­там вы­хо­ди­ло, что с Иг­на­том я про­жи­ла бо­лее двух лет, а зна­чит моей доч­ке сей­час по­чти че­ты­ре года. Я гна­ла от себя пло­хие мыс­ли прочь, опа­са­ясь даже ду­мать о том, что моя доч­ка…, мог­ла в ту ночь по­гиб­нуть, и на­де­я­лась, что она жива. В душе ки­пе­ла нена­висть, и безум­но хо­те­лось ото­мстить муж­чине, ко­то­рый ис­ко­вер­кал мне и моей де­воч­ке всю жизнь. Нет ни­ко­го страш­нее и опас­нее ма­те­ри, за­щи­ща­ю­щей сво­е­го ре­бен­ка. В этот мо­мент она неволь­но ста­но­вит­ся агрес­сив­ной неудер­жи­мой вол­чи­цей, ко­то­рая го­то­ва в лю­бой миг ки­нуть­ся на обид­чи­ка и разо­рвать его. И одно я зна­ла точ­но – Иг­нат еще горь­ко по­жа­ле­ет о со­де­ян­ном.

Но это все по­том… Для на­ча­ла мне нуж­но было вы­яс­нить, что с Анеч­кой, а для это­го необ­хо­ди­мо вер­нуть­ся в род­ной го­род, где все на­ча­лось. Мне пред­сто­ял длин­ный путь, и все надо было тща­тель­но про­ду­мать. Вос­поль­зо­вать­ся же­лез­ной до­ро­гой или авиа­транс­пор­том я не мог­ла, по­то­му что мой марш­рут очень быст­ро от­сле­дят. И что­бы со­вер­шить по­бег, преж­де все­го, необ­хо­ди­мо было усы­пить бди­тель­ность Иг­на­та, и убе­дить его в том, что у нас все по-преж­не­му…

Усну­ла я на рас­све­те, и впер­вые, за дол­гое вре­мя мне ни­че­го не сни­лось. Про­сто глу­бо­кий тя­же­лый сон.

Раз­бу­ди­ло меня осто­рож­ное при­кос­но­ве­ние к руке. Даже с за­кры­ты­ми гла­за­ми, я по­ни­ма­ла, что это Иг­нат. «На­стя, ты силь­ная и все смо­жешь. Надо толь­ко еще немно­го по­тер­петь, и ско­ро весь этот ужас за­кон­чит­ся. Ты обя­за­тель­но со всем спра­вишь­ся», - мыс­лен­но убеж­да­ла себя, по­ни­мая, что мне необ­хо­ди­мо спря­тать все эмо­ции и чув­ства, и на­чать иг­рать свою роль.

Вздох­нув, мед­лен­но от­кры­ла гла­за. Иг­нат си­дел ря­дом и дер­жал меня за руку. На его лице ле­жа­ла тень глу­бо­кой уста­ло­сти - по­тух­ший взгляд, на­хму­рен­ные бро­ви, склад­ки на лбу. Он буд­то, даже по­ста­рел…, а в его гла­зах была пу­сто­та.

Но едва обо­ро­тень за­ме­тил, что я просну­лась, в них по­яви­лась ра­дость и счаст­ли­вый блеск. Иг­нат осто­рож­но кос­нул­ся по­це­лу­ем моей руки и хрип­ло про­из­нес:

- Доб­рое утро, лю­би­мая. Род­ная моя, ми­лая.

От его го­ло­са по мо­е­му телу неволь­но про­бе­жа­ла дрожь, ко­то­рую я скрыть, к со­жа­ле­нию, не смог­ла. Мой «му­ж» по­нял это по-сво­е­му:

- За­мерз­ла? - не до­ждав­шись мо­е­го от­ве­та, он под­ско­чил и за­чем-то до­став из шка­фа теп­лый плед, укрыл меня, а по­сле еще вы­клю­чил кон­ди­ци­о­нер. Я мол­ча сле­ди­ла за его дей­стви­я­ми, если чест­но, уже по­ни­мая, что так дол­го не вы­дер­жу. Мне безум­но хо­те­лось вце­пить­ся в него и вы­тря­сти всю прав­ду о до­че­ри, но страх того, что он вновь при­ме­нит ко мне воз­дей­ствие и я все за­бу­ду, вы­нуж­дал меня за­та­ить­ся.

Иг­нат вновь при­сел на стул и вгля­ды­ва­ясь в мое лицо по­ин­те­ре­со­вал­ся:

- Как ты себя чув­ству­ешь? Ни­че­го не бо­лит?

- Все в по­ряд­ке, - вы­да­ви­ла некое по­до­бие улыб­ки. - Рас­ска­жешь, что со мной опять при­клю­чи­лось? Вче­ра док­тор по­че­му-то ушел от от­ве­та.

- А ты ни­че­го не пом­нишь? - Иг­нат вни­ма­тель­но сле­дил за мной, и что­бы не рас­крыл­ся мой об­ман, ре­ши­ла ска­зать по­лу­прав­ду.

- Если чест­но, ко­гда ты ушел, мне ста­ло пло­хо. По­хо­же, чем-то отра­ви­лась. Так кру­жи­лась го­ло­ва, что все во­круг было как в ту­мане. Я по­шла в дом, что­бы умыть­ся и хоть немно­го прий­ти в чув­ство. Тебя ис­кать не ста­ла, не хо­те­ла зря вол­но­вать. А даль­ше… Точ­но не пом­ню. Мне ка­жет­ся, что я осту­пи­лась на лест­ни­це и упа­ла. Да?

- Да, ми­лая, - Иг­нат с неким об­лег­че­ни­ем под­дер­жал мою ле­ген­ду. Мне по­ка­за­лось, он даже об­ра­до­вал­ся тому, что ему ни­че­го не нуж­но вы­ду­мы­вать. Я все сде­ла­ла за него. – Ты упа­ла с лест­ни­цы. Но хо­ро­шо, что от­де­ла­лась уши­ба­ми и несколь­ки­ми си­ня­ка­ми. Нам по­вез­ло. Очень по­вез­ло, род­ная.

- Ка­кая же я неве­зу­чая. Сна­ча­ла эта ава­рия, те­перь па­де­ние…, - осто­рож­но кос­ну­лась неболь­шой шиш­ки на ма­куш­ке и де­мон­стра­тив­но по­мор­щи­лась. – Опять уда­ри­лась го­ло­вой. Моя па­мять ни­ко­гда пол­но­стью не вер­нет­ся ко мне.

- Лю­би­мая, это про­сто че­ре­да непри­ят­ных сов­па­де­ний. Не нуж­но было остав­лять тебя одну. Я чув­ствую себя та­ким ви­но­ва­тым, - Иг­нат вновь по­це­ло­вал мою руку. - Моя лю­би­мая де­воч­ка, моя до­ро­гая. Все бу­дет хо­ро­шо. А у меня есть для тебя сюр­приз.

- Ка­кой? - я сде­ла­ла вид, что за­ин­три­го­ва­на.

- Это мой по­да­рок к дате на­шей сва­дьбы, - он до­стал из кар­ма­на юве­лир­ную бар­хат­ную ко­ро­боч­ку, в ко­то­рой был рос­кош­ный огром­ный пер­стень с круп­ным яхон­том в рос­сы­пи мел­ких брил­ли­ан­тов. Иг­нат на­дел мне коль­цо на руку и за­гля­ды­вая в гла­за, по­ин­те­ре­со­вал­ся. - Нра­вит­ся?

- Очень кра­си­во, спа­си­бо, - про­мол­ви­ла я и вы­да­ви­ла, - лю­би­мый.

Иг­нат при­под­нял­ся и при­кос­нул­ся к моим гу­бам по­це­лу­ем…, но в это же мгно­ве­ние, по счаст­ли­вой слу­чай­но­сти, в дверь па­ла­ты по­сту­ча­ли, и мой «су­пру­г» явно недо­воль­но от­стра­нил­ся и вы­дох­нул:

- Вой­ди­те!

- Доб­рое утро, - на по­ро­ге сто­ял док­тор, осмат­ри­ва­ю­щий меня на­ка­нуне и чье имя, к сво­е­му со­жа­ле­нию, я не за­пом­ни­ла.

- Здрав­ствуй­те, - улыб­ну­лась ему я, бу­дучи ис­кренне бла­го­дар­ной это­му муж­чине за спа­се­ние от вни­ма­ния Иг­на­та.

- Как вы себя чув­ству­е­те? - врач по­до­шел к кро­ва­ти. - Как про­шла ночь? Ни­че­го не бес­по­ко­и­ло?

- Все хо­ро­шо, - от­ве­ти­ла я.

- То­гда сей­час осмот­рим вас еще раз, и бу­дем вы­пи­сы­вать­ся до­мой, - врач бро­сил взгляд на мо­е­го «су­пру­га» и об­ра­тил­ся к нему. - Иг­нат Са­ве­лье­вич, по­до­жди­те, по­жа­луй­ста, в ко­ри­до­ре.

В от­вет по­слы­ша­лось недо­воль­ное: «Хо­ро­шо», а за­тем он быст­ро вы­шел, едва не хлоп­нув две­рью. Я по­смот­ре­ла на вра­ча и улыб­ну­лась, ав­то­ма­ти­че­ски пы­та­ясь сгла­дить воз­ник­шую непри­ят­ную си­ту­а­цию.

- При­сту­пим к осмот­ру, - док­тор как ни в чем не бы­ва­ло, про­тя­нул мне гра­дус­ник, - и для на­ча­ла из­ме­рим тем­пе­ра­ту­ру. - У вас жа­ло­бы ка­кие-то есть? Го­лов­ные боли? Мо­жет, тош­но­та?

- Нет, все хо­ро­шо. Ни­че­го не бес­по­ко­ит…, - на­ча­ла го­во­рить я, но за­мол­ча­ла на по­лу­сло­ве, вспом­нив по­пыт­ку обо­рот­ня по­це­ло­вать меня, и те ощу­ще­ния, что ис­пы­та­ла в тот миг. Ко­неч­но, я до­га­ды­ва­лась, что роль влюб­лен­ной жен­щи­ны иг­рать бу­дет нелег­ко, но как-то со­всем по­за­бы­ла о мо­мен­тах бли­зо­сти, а ведь Иг­нат от­ли­чал­ся осо­бой тем­пе­ра­мент­но­стью. А в по­след­нее вре­мя мы толь­ко и раз­го­ва­ри­ва­ли о на­шем бу­ду­щем ре­бен­ке… Мне нуж­но было как-то себя огра­дить от его «по­вы­шен­но­го вни­ма­ни­я», и я ре­ши­ла немно­го со­лгать. – Хотя, зна­е­те, но­чью у меня была неболь­шая, едва за­мет­ная, тя­ну­щая боль вни­зу жи­во­та, ко­то­рая очень быст­ро про­шла. Я даже за­бы­ла об этом. Но мо­жет зря вол­ну­юсь? Ведь я упа­ла и, по­нят­ное дело, уда­ри­лась…

Док­тор сра­зу как-то на­хму­рил­ся.

- Сей­час по­смот­рим. Если по­на­до­бит­ся, на­зна­чу вам уль­тра­зву­ко­вое ис­сле­до­ва­ние.

Муж­чи­на, по­ло­жив ла­до­ни на мой жи­вот, стал мяг­ко на­жи­мать паль­ца­ми и уточ­нять:

- Так боль­но?

- Нет, - по­ка­ча­ла го­ло­вой.

- А так?

- Нет.

- А вот так?

За­кон­чив осмотр, муж­чи­на с об­лег­че­ни­ем вы­нес вер­дикт:

- Все в по­ряд­ке. Я не вижу по­ка­за­ний для до­пол­ни­тель­ных об­сле­до­ва­ний. Но как врач, на­сто­я­тель­но ре­ко­мен­дую вам на неко­то­рое вре­мя от­ка­зать­ся от всех фи­зи­че­ских на­гру­зок, спор­тив­ных упраж­не­ний и воз­дер­жать­ся от ин­тим­ных от­но­ше­ний. На осмотр при­де­те че­рез де­сять дней. Если по­чув­ству­е­те недо­мо­га­ние, ка­кой-то дис­ком­форт, лег­кую ми­мо­лет­ную боль, сра­зу же при­ез­жай­те в кли­ни­ку. Ана­ста­сия Алек­сан­дров­на все по­нят­но?

- Да.

- То­гда пе­ре­оде­вай­тесь, - он кив­нул на па­кет, сто­яв­ший на неболь­шом ди­ван­чи­ке у окна, а я пока по­бе­се­дую с ва­шим му­жем.

- Спа­си­бо вам, - по­бла­го­да­ри­ла я док­то­ра.

- Бе­ре­ги­те себя и боль­ше не па­дай­те, - муж­чи­на чуть по­кло­нил­ся и уда­лил­ся за дверь.

А я, не сдер­жи­вая счаст­ли­вой улыб­ки, со­ско­чи­ла с по­сте­ли. Мне уда­лось об­ма­нуть вра­ча, и те­перь неко­то­рое вре­мя Иг­нат, опа­са­ясь за здо­ро­вье сво­ей жены, бу­дет вы­пол­нять все ре­ко­мен­да­ции док­то­ра, и я из­бав­люсь от по­вы­шен­но­го вни­ма­ния обо­рот­ня. А даль­ше…, даль­ше за­дер­жи­вать­ся в его доме, да и в этом го­ро­де, не со­би­ра­лась.

В па­ке­те, к мо­е­му изум­ле­нию, ле­жал тем­но-си­ний спор­тив­ный ко­стюм, лег­кая ма­еч­ка и крос­сов­ки. Зная бо­лез­нен­ную тягу Иг­на­та к вы­чур­ным на­ря­дам, я, если чест­но, была при­ят­но удив­ле­на. А так­же я на­шла рас­чес­ку, за­кол­ку и свою кос­ме­тич­ку.

Быст­ро при­ве­дя себя в по­ря­док, усе­лась на ди­ван и, на­вер­но, впер­вые за все вре­мя, про­ве­ден­ное в боль­ни­це, вспом­ни­ла о непри­ят­ной осо­бе - Ма­рине. То, что она ока­за­лась быв­шей лю­бов­ни­цей мо­е­го «су­пру­га» меня уди­ви­ло, но не так, как тот факт, что Иг­нат пред­ста­вил ее сво­ей сест­рой, впу­стил в нашу жизнь, бук­валь­но на­вя­зы­вал мне ее в по­дру­ги. Мяг­ко го­во­ря, толь­ко неда­ле­кий муж­чи­на до­пу­стит к су­пру­ге лю­бов­ни­цу, а Иг­нат на иди­о­та был со­всем непо­хож. То­гда за­чем? Неуже­ли он ор­га­ни­зо­вал в доме га­рем и фак­ти­че­ски яв­лял­ся двое­жен­цем? Вряд ли… Все вы­ход­ные и все сво­бод­ное вре­мя Иг­нат про­во­дил со мной. Да и Ма­ри­на ска­за­ла, что на­де­я­лась на ошиб­ку, но те­перь уве­ре­на ее нет. По­че­му она из­ме­ни­ла свое мне­ние? По­че­му, во­об­ще, Иг­нат так до­ве­рял ей? Был уве­рен в ее по­ря­доч­но­сти? Или здесь что-то дру­гое… Ведь они нелю­ди, мо­жет свя­зан­но как-то с этим? И где сей­час Ма­ри­на? Уж ее об­ще­ство я боль­ше не вы­дер­жу, это точ­но.

Но мои раз­мыш­ле­ния пре­рвал Иг­нат. В его гла­зах плес­ка­лось ис­крен­нее бес­по­кой­ство, и даже как мне по­ка­за­лось, страх.

- Род­ная, ты как? - за­дал он с по­ро­га во­прос. А я по­ду­ма­ла о том, что, ви­ди­мо, врач его силь­но на­пу­гал, но это было даже хо­ро­шо. Чем боль­ше он бу­дет пе­ре­жи­вать за мое здо­ро­вье, тем даль­ше бу­дет дер­жать от меня свои "лапы".

- Нор­маль­но, - по­жа­ла пле­ча­ми. - За­ме­ча­тель­но себя чув­ствую. Уже хочу быст­рее по­ки­нуть эти сте­ны. Нена­ви­жу боль­ни­цы, ты же зна­ешь.

- То­гда по­еха­ли до­мой.

- Ко­неч­но.

Иг­нат за­брал из моих рук па­кет и га­лант­но от­крыв дверь, про­пу­стил меня впе­ред. В лифт он не поз­во­лил ни­ко­му вой­ти, и мы еха­ли в оди­но­че­стве, а на лест­ни­це он осто­рож­но при­дер­жи­вал меня за ло­коть. Я чув­ство­ва­ла себя хру­сталь­ной ва­зой, ко­то­рая в лю­бой мо­мент мо­жет раз­бить­ся.

- Со мной все в по­ряд­ке, - шеп­ну­ла Иг­на­ту, ко­гда мы по­до­шли к ма­шине. - Что за цирк ты устро­ил? В боль­ни­це все на нас толь­ко и гла­зе­ли.

- Я про­сто за­бо­чусь о тебе. Ты са­мое до­ро­гое, что есть в моей жиз­ни.

Ста­ра­ясь не смот­реть в его гла­зах, все­ми си­ла­ми по­дав­ляя в себе вол­ну яро­сти, села в ав­то­мо­биль, при­дви­нув­шись как мож­но бли­же к окну. «Ты са­мое до­ро­гое, что есть в моей жиз­ни», - мыс­лен­но по­вто­ри­ла его сло­ва, по­ду­мав о том, что этот муж­чи­на с лег­ко­стью ли­шил меня са­мо­го до­ро­го­го в жиз­ни, даже на се­кун­ду, не за­ду­мав­шись о моих чув­ствах. Иг­нат усел­ся ря­дом и, на­силь­но при­тя­нув к сво­ей гру­ди, при­знал­ся:

- Я так за тебя ис­пу­гал­ся…

- Из­ви­ни, это по­лу­чи­лось слу­чай­но, - ров­но от­ве­ти­ла я, по­дав­ляя в себе ярость.

- По­ни­маю, - обо­ро­тень тя­же­ло вздох­нул. - Но до сих пор страх так и не от­пу­стил мое серд­це…

Я про­мол­ча­ла, по­то­му что не ве­ри­ла ни од­но­му его сло­ву. Вол­не­ние Иг­на­та вы­зва­но не за­бо­той обо мне, а стра­хом по­те­рять лю­би­мую иг­руш­ку, ко­то­рой все это вре­мя была. Кук­ла… вот кем я себя чув­ство­ва­ла - ни про­шло­го, ни бу­ду­ще­го, ни эмо­ций…

- О чем за­ду­ма­лась, лю­би­мая? - муж­чи­на осто­рож­но при­кос­нул­ся к моей щеке, вы­нуж­дая по­смот­реть на себя.

- Ду­маю о Ма­рине. Она по­мог­ла ор­га­ни­зо­вать празд­ник, а мы так и не ска­за­ли ей спа­си­бо, - схит­ри­ла я, ре­шив вы­яс­нить, по­че­му «лю­би­мая сест­ри­ца» до сих пор не при­мча­лась в кли­ни­ку, вы­ка­зы­вать свое бес­по­кой­ство о «не­вест­ке». - Надо ку­пить ей ка­кой-ни­будь по­да­рок. Или, мо­жет, возь­мем ее с со­бой на от­дых? Что ска­жешь?

- Не по­лу­чит­ся, - от­ве­тил Иг­нат и в го­ло­се его про­зву­ча­ли некие нот­ки лег­ко­го раз­дра­же­ния.

- По­че­му? - сде­ла­ла удив­лен­ный вид.

- На ве­че­ре один из моих де­ло­вых парт­не­ров рас­ска­зал мне, что ре­шил на­чать но­вый биз­нес – от­крыть несколь­ко ма­га­зи­нов брен­до­вой одеж­ды от из­вест­ных мо­де­лье­ров. Узнав, что Ма­ри­на лич­но зна­ко­ма со мно­ги­ми мод­ны­ми ди­зай­не­ра­ми и близ­ка к миру моды, он при­гла­сил ее к себе на ра­бо­ту, но при­сту­пать нуж­но было немед­лен­но. Это очень вы­год­ное пред­ло­же­ние, от ко­то­ро­го моя сест­ра не смог­ла от­ка­зать­ся. Ма­ри­на уеха­ла за гра­ни­цу еще по­за­вче­ра. Но пе­ре­да­ва­ла тебе боль­шой при­вет и по­же­ла­ния ско­рей­ше­го вы­здо­ров­ле­ния.

- Ой, - я от­стра­ни­лась от Иг­на­та и изоб­ра­зи­ла ра­дость. – На­де­юсь, у нее все по­лу­чит­ся. И воз­мож­но, на но­вой ра­бо­те Ма­ри­на встре­тит того, кого смо­жет по­лю­бить. Она та­кая за­ме­ча­тель­ная, и за­слу­жи­ва­ет сча­стья.

- Я тоже на­де­юсь, - раз­да­лось в от­вет, и я вновь при­жа­лась к пле­чу обо­рот­ня, и об­лег­чен­но вздох­ну­ла, мыс­лен­но ра­ду­ясь тому, что мне не при­дет­ся тер­петь на­вяз­чи­вое при­сут­ствие его, так на­зы­ва­е­мой сест­ры, а зна­чит на пути к моей сво­бо­де ста­ло на одну пре­гра­ду мень­ше.

***

С мо­мен­та моей вы­пис­ки про­шло несколь­ко дней. Я чув­ство­ва­ла себя ве­ли­ко­леп­но и была пол­на сил, си­ня­ки на теле как-то очень быст­ро ис­чез­ли, а па­мять пол­но­стью вос­ста­но­ви­лась. Мне оста­ва­лось толь­ко одно - на­брать­ся тер­пе­ния и под­га­дать удоб­ный мо­мент для бег­ства.

Иг­нат все это вре­мя на­ста­и­вал на по­стель­ном ре­жи­ме, мо­ти­ви­руя тем, что мне необ­хо­дим по­кой. Спо­рить с ним я не ста­ла, и даже, на­обор­от, по­ка­за­ла свою по­кор­ность, тем са­мым пы­та­ясь успо­ко­ить его по­до­зри­тель­ность. Я ста­ра­лась быть ти­хой, по­слуш­ной же­ной, ко­то­рая безум­но лю­бит мужа и не хо­чет его вол­но­вать. Иг­нат ухо­дил на ра­бо­ту, а я не по­ки­да­ла пре­де­лы вто­ро­го эта­жа, пре­крас­но по­ни­мая, что наша дом­ра­бот­ни­ца Та­тья­на каж­дый ве­чер ему до­кла­ды­ва­ет о про­ис­хо­дя­щем в доме.

За эти дни я спо­кой­но под­го­то­ви­лась к пред­сто­я­ще­му по­бе­гу – уло­жи­ла в неболь­шой рюк­зак са­мые необ­хо­ди­мые вещи, туда же спря­та­ла до­ку­мен­ты и часть де­нег из сей­фа. Иг­нат все­гда дер­жал на­лич­ные дома, вы­да­вая раз в ме­сяц дом­ра­бот­ни­це опре­де­лен­ную сум­му на те­ку­щие рас­хо­ды, и я была уве­ре­на, что он об­на­ру­жит про­па­жу неско­ро.

Пе­ре­брав свои юве­лир­ные укра­ше­ния, за­бра­ла несколь­ко, ко­то­рые, на мой взгляд, было про­ще все­го про­дать. Впе­ре­ди меня жда­ла неиз­вест­ность, а они сто­и­ли це­лое со­сто­я­ние. В кон­це кон­цов, за два года пле­на я за­ра­бо­та­ла некую «мо­раль­ную ком­пен­са­ци­ю».

А вот ма­лень­кий зо­ло­той ку­лон­чик в виде тюль­па­на под­це­пи­ла на тон­кую це­поч­ку и на­де­ла на шею. Те­перь я по­ни­ма­ла, по­че­му он так при­влек мое вни­ма­ние в юве­лир­ном ма­га­зине. Имен­но та­кое укра­ше­ние, вер­нее, очень по­хо­жее, мой отец по­да­рил Анеч­ке на «пер­вый зу­бо­к», со сло­ва­ми, что доч­ка – для ро­ди­те­лей это цве­ток, ко­то­рый они долж­ны рас­тить, хо­лить и обе­ре­гать, а ко­гда при­дет вре­мя пе­ре­дать в руки мужа, и уже он в даль­ней­шем ста­нет для него за­бот­ли­вым са­до­во­дом.

То­гда я не об­ра­ти­ла осо­бо­го вни­ма­ния на его сло­ва, вос­при­няв их как шут­ку, но те­перь по­ни­ма­ла, что он на­ме­кал на Вла­да, ко­то­рый ока­зал­ся со­всем не тем, за кого себя вы­да­вал. Хотя по срав­не­нию с Иг­на­том мой на­сто­я­щий муж был, на­вер­но, ан­ге­лом…

Я пол­но­стью под­го­то­ви­лась к пред­сто­я­ще­му по­бе­гу, тща­тель­но про­ду­мав свой марш­рут. Все это вре­мя мне безум­но хо­те­лось за­лезть в ин­тер­нет, но я сдер­жи­ва­ла себя, по­ни­мая, что Иг­нат от­сле­жи­ва­ет ин­фор­ма­цию, а во­круг одни его шпи­о­ны - дом­ра­бот­ни­ца, во­ди­тель, охра­на. Для меня так и оста­лось тай­ной, как обо­рот­ни - эти су­ще­ства из ми­фов и фэн­те­зи филь­мов ока­за­лись в на­шем мире, и по­че­му о них ни­ко­му не из­вест­но? Как им уда­лось со­хра­нить тай­ну сво­е­го су­ще­ство­ва­ния? В тот день, ко­гда Иг­нат меня украл, его во­ди­тель в ма­шине упо­ми­нал о со­гла­ше­ни­ях меж­ду людь­ми и обо­рот­ня­ми, но кто их пи­сал, а са­мое глав­ное, кто от­ве­ча­ет за их вы­пол­не­ние или на­ру­ше­ние? И есть ли ка­кое-ни­будь на­ка­за­ние? От­ве­тов на эти во­про­сы у меня не было, да и спро­сить не у кого.

- Род­ная, ты как? - услы­ша­ла я осто­чер­тев­ший во­прос, ко­то­рый зву­чал ты­ся­чу раз за день. - Как спа­лось?

Иг­нат во­шел в нашу ком­на­ту, пре­рвав мои раз­мыш­ле­ния. Я на­тя­ну­ла на лицо улыб­ку:

- Доб­рое утро, - а за­тем, при­сев на по­сте­ли, от­ки­ну­ла тон­кое оде­я­ло прочь, спе­ци­аль­но со­блаз­няя обо­рот­ня про­зрач­ным чер­ным кру­жев­ным бе­льем.

Все это вре­мя Иг­нат без­уко­риз­нен­но вы­пол­нял все ре­ко­мен­да­ции вра­ча, и как мог, из­бе­гал на­шей бли­зо­сти. Те­перь ве­че­ра он про­во­дил в ка­би­не­те, ссы­ла­ясь на неот­лож­ные дела, и при­хо­дил в спаль­ню, ко­гда я уже спа­ла, а на рас­све­те вновь ухо­дил ра­бо­тать в го­сти­ную.

Он ре­аль­но бо­ял­ся за меня, и мне это нра­ви­лось. По­то­му что его сла­бость - ста­ла моим ору­жи­ем и за­щи­той. Я за­сы­па­ла и про­сы­па­лась в оди­но­че­ство, и это было чу­дес­но. А сей­час, пре­крас­но по­ни­мая, что с его тем­пе­ра­мент­но­стью, он едва сдер­жи­ва­ет­ся, ре­ши­ла по­иг­рать на эмо­ци­ях «су­пру­га»:

- Ты в офис? – я под­полз­ла на ко­ле­нях к краю кро­ва­ти и чуть при­под­няв­шись, об­ня­ла обо­рот­ня за шею, вы­нуж­дая на­кло­нить­ся, и слег­ка кос­ну­лась гу­ба­ми его губ.

- Да, - вы­дох­нул Иг­нат, сей­час по­хо­жий на на­тя­ну­тую стру­ну. - Лю­би­мая, я уже опаз­ды­ваю. Мне пора. Се­год­ня мно­го важ­ных дел, так что к ужи­ну не жди.

- До­ро­гой, по­до­жди. Я хо­те­ла по­го­во­рить с то­бой, - бро­си­ла на него ко­кет­ли­вый взгляд, чуть при­ку­сив зу­ба­ми ниж­нюю губу.

- О чем? - Иг­нат за­дро­жал, по­то­му что я про­ве­ла кон­чи­ка­ми паль­цев по его шее, рас­сте­ги­вая верх­нюю пу­го­вич­ку на ру­баш­ке.

- Мо­жет ты при­ся­дешь? Тя­же­ло раз­го­ва­ри­вать так.

Обо­ро­тень, пе­чаль­но вздох­нув, осто­рож­но при­сел ря­дом со мной, ста­ра­ясь со­блю­дать ди­стан­цию. Но я тут же об­ня­ла его, и по­ло­жив под­бо­ро­док ему на пле­чо, про­вор­ко­ва­ла:

- Лю­би­мый, я себя пре­крас­но чув­ствую, мож­но мне по­ки­нуть по­стель? Ина­че так мож­но и с ума сой­ти от без­де­лья. Меня уже тош­нит от этих стен. Ну, по­жа­луй­ста

- Хо­ро­шо, - про­хри­пел Иг­нат, уста­вив­шись куда-то в про­стран­ство.

Я кос­ну­лась гу­ба­ми его щеки, по­том вы­ло­жи­ла до­рож­ку из мел­ких по­це­лу­ев до уха, и чуть при­ку­сив его зу­ба­ми, про­шеп­та­ла:

- Хочу съез­дить в са­лон кра­со­ты - при­чес­ка, ма­ки­яж, ма­ни­кюр. Хочу быть кра­си­вой для тебя… Лю­би­мый…

Иг­нат про­сто по­те­рял связь с ре­аль­но­стью. «Су­пру­г» про­дол­жал смот­реть в одну точ­ку, его руки, сжа­тые в ку­ла­ки, по­блед­не­ли, и со сто­ро­ны мог­ло по­ка­зать­ся, что он не слы­шит меня, но я зна­ла - это не так. И про­дол­жи­ла свою «слад­ку­ю» пыт­ку, от­кро­вен­но со­блаз­няя обо­рот­ня.

- Ми­лый, что ска­жешь? - я по­ло­жи­ла ла­донь на его бед­ро и слег­ка его сжа­ла. - Мож­но мне по­ехать в го­род? Хочу быть кра­си­вой для тебя лю­би­мый. Мой един­ствен­ный. Мож­но?

- Да, хо­ро­шо! По­ез­жай! – Иг­нат вско­чил, нерв­но дер­нул во­рот ру­баш­ки, не за­ме­чая, как пу­го­ви­ца от­ле­те­ла в сто­ро­ну. – Толь­ко, по­жа­луй­ста, с охра­ной и во­ди­те­лем.

- Ми­лый, - под­ня­лась с по­сте­ли и буд­то одер­ги­вая ноч­ную со­роч­ку, про­ве­ла ла­до­ня­ми по та­лии и бед­рам. - За­чем охра­на? Кто мне мо­жет угро­жать в са­лоне кра­со­ты? Да и по­том пред­ставь, сколь­ко ненуж­но­го вни­ма­ния я при­вле­ку?

Иг­нат, смот­рел на меня, не от­ры­вая взгля­да. Его гла­за при­об­ре­ли от­те­нок гре­чиш­но­го меда и в них я ви­де­ла свое от­ра­же­ние. Он мол­чал, и лишь сбив­ше­е­ся ды­ха­ние, вы­да­ва­ло его со­сто­я­ние.

- Лю­би­мый? Ну так что?

- На­стень­ка, хо­ро­шо, пусть тебя от­ве­зет во­ди­тель. А сей­час мне пора. Из­ви­ни, - и «су­пру­г», по­зор­но сбе­жал из на­шей спаль­ни, даже не по­це­ло­вав «лю­би­мую же­ну» на­по­сле­док.

Услы­шав хло­пок вход­ной две­ри, упа­ла на кро­вать и не сдер­жи­ва­ясь рас­хо­хо­та­лась. До же­лан­ной сво­бо­ды оста­вал­ся все­го лишь шаг.