Рассказ 1 Братик

Бра­тик

Мама по­до­зва­ла Та­нюш­ку, уса­ди­ла ее око­ло себя на ди­ван. Та­нюш­ка вся на­сто­ро­жи­лась, но ни­как не мог­ла вспом­нить, чем мог­ла про­ви­нить­ся.

– Та­нюш­ка, – на­ча­ла тихо мама,– у тебя бу­дет бра­тик или сест­рен­ка.

– На­со­всем? – сама не по­ни­мая по­че­му, спро­си­ла Та­нюш­ка, за­гля­ды­вая маме в гла­за.

– Ко­неч­но, на­со­всем.

– Это хо­ро­шо, с сест­рен­кой мож­но иг­рать, а брат меня за­щи­щать бу­дет… А да­вай стар­ше­го бра­та!

– Стар­ше­го – не по­лу­чит­ся, он же ма­лень­кий бу­дет, ля­леч­ка.

– Со­всем-со­всем ля­леч­ка?

– Да. По­том вы­рас­тет, но все рав­но бу­дет млад­ший.

– По­нят­но, – вы­дох­ну­ла Та­нюш­ка, – то­гда луч­ше сест­рен­ку, она бу­дет ма­лень­кая, и я буду с ней иг­рать.

Утром Та­нюш­ку уве­ли в дет­ский сад – круг­ло­су­точ­ный, по­то­му что и мама, и папа ра­бо­та­ли по сме­нам.

– А ля­леч­ка ско­ро бу­дет? – спро­си­ла она у мамы, ко­гда про­ща­лась с ней в са­ди­ке.

– Ско­ро. Ну, иди, не ску­чай, мы при­дем к тебе в чет­верг, – мама по­це­ло­ва­ла в щеку и ле­гонь­ко под­толк­ну­ла к две­ри в груп­пу, – иди.

Де­тей в са­дик при­во­ди­ли в по­не­дель­ник с утра, а за­би­ра­ли в суб­бо­ту по­сле обе­да. За­дум­чи­вая Та­нюш­ка за­шла в груп­пу. Ма­рин­ки еще нет, в кук­лах уже хо­зяй­ни­ча­ла Люба, и Та­нюш­ка по­шла в свой лю­би­мый уго­лок. Там хо­ро­шо, си­дишь и на всех смот­ришь, а тебя ни­кто не ви­дит; по­том вый­дешь, а все спра­ши­ва­ют: «ты где была?» Смеш­но! …

Жизнь по­тек­ла сво­им че­ре­дом, толь­ко ино­гда Та­нюш­ка вдруг вспо­ми­на­ла, что ско­ро у нее бу­дет сест­рен­ка, и она меч­та­ла, как ста­нет с ней иг­рать.

Уже в сре­ду к неко­то­рым де­тям при­хо­ди­ли мамы и папы на­ве­стить де­тей и при­но­си­ли го­стин­цы. Галя была ма­лень­кая и ка­кая-то ненор­маль­ная, она ча­сто пла­ка­ла или кри­ча­ла, была тол­стой и глу­пой. Вот эта Галя под­хо­дит и го­во­рит:

– К тебе мама при­хо­ди­ла, при­нес­ла кон­фе­ты – у тебя в шкаф­чи­ке ле­жат.

– Не ври, мама бы меня по­зва­ла.

– Иди в шкаф­чик по­смот­ри.

Та­нюш­ка по­бе­жа­ла к сво­е­му шкаф­чи­ку. И прав­да: ле­жит це­лый ку­лё­чек с шо­ко­лад­ны­ми кон­фе­та­ми… ни­ко­гда мама та­ких го­стин­цев не при­но­си­ла, но Та­нюш­ке так хо­те­лось их по­про­бо­вать, что все во­про­сы от­па­ли. Она взя­ла кон­фе­ту, огля­ну­лась – Галя, сле­до­вав­шая за ней, оста­но­ви­лась в две­рях:

– Ну, что я го­во­ри­ла? Дай мне кон­фет­ку.

– На, – Та­нюш­ке не жал­ко, – тут мно­го! – она про­тя­ну­ла Гале кон­фе­ту, та вы­хва­ти­ла и убе­жа­ла. Взяв еще пару кон­фет, Та­нюш­ка, гор­дая и счаст­ли­вая, по­шла в груп­пу – Ма­ри­ну уго­щу. Они с Ма­ри­ной раз­вер­ну­ли на­ряд­ные фан­ти­ки.

– Крас­ный мак, – зна­чи­тель­но ска­за­ла Ма­ри­на, – вкус­ня­ти­на... К тебе мама при­хо­ди­ла?

– Да, Галя меня по­зва­ла, ко­гда мама уже ушла.

– Любе се­год­ня мама та­кие же кон­фе­ты при­нес­ла, я ви­де­ла.

– Вы по­че­му мои кон­фе­ты еди­те? – пе­ред ними сто­я­ла Люба, вид у нее был во­ин­ствен­ный.

Ком под­ка­тил к гор­лу, Та­нюш­ка ни­че­го не мог­ла ска­зать, Ма­ри­на за­сту­пи­лась за по­дру­гу:

– Это мама Тане при­нес­ла, пой­дем в шкаф­чи­ке по­смот­рим. – Она взя­ла остол­бе­нев­шую Та­нюш­ку за руку, и они по­шли в раз­де­вал­ку.

От­кры­ли Та­нин шкаф­чик – ле­жит ку­лек с кон­фе­та­ми. Люба бро­си­лась к сво­е­му шкаф­чи­ку.

– А мои где? – за­во­пи­ла она, сле­зы брыз­ну­ли из глаз.

И тут Та­нюш­ка до­га­да­лась. Мол­ча взя­ла ку­лек и вло­жи­ла в руку пла­чу­щей Любы:

– Дер­жи. Это Галя, она меня об­ма­ну­ла.

Люба по­смот­ре­ла на за­мет­но по­ху­дев­ший ку­лек и еще силь­нее пла­ка­ла. Галя под­гля­ды­ва­ла за де­воч­ка­ми и, по­няв, что сей­час ей по­па­дет, бро­си­лась в груп­пу с воп­ля­ми, за­ора­ла во все мочь и на­ча­ла бе­гать по кру­гу. Ня­неч­ка пой­ма­ла Галю, но та все рав­но би­лась и кри­ча­ла. Та­нюш­ка с де­воч­ка­ми скры­лись в туа­ле­те:

– Как мне эта Галя недо­е­ла!

– Она же боль­ная, – со зна­ни­ем дела за­ме­ти­ла Ма­ри­на, – я слы­ша­ла: мама го­во­ри­ла.

– Люба, я прав­да не бра­ла тво­их кон­фет. Ну, хо­чешь, я тебе свои от­дам, мне зав­тра при­не­сут!?

– Тебе та­ких не при­не­сут, – про­дол­жа­ла всхли­пы­вать Люба.

– Я тебе все-все от­дам!

– Лад­но…

Дев­чон­ки уже не оби­жа­лись друг на дру­га: что с этой ду­роч­ки Гали возь­мешь?! Они усе­лись в сво­ем укром­ном угол­ке.

– А у меня ско­ро бу­дет сест­рен­ка,– по­хва­ста­лась пе­ред по­дру­га­ми Та­нюш­ка.

– Мо­жет бра­тик, от­ку­да ты зна­ешь? – воз­ра­зи­ла Ма­ри­на.

– Не знаю, мне хо­чет­ся сест­рен­ку, – вздох­ну­ла Та­нюш­ка.

Ня­неч­ка за­гля­ну­ла за шир­му.

– Вот вы где! Таня, там папа к тебе при­шел.

– Ко мне? Папа? – это было необыч­но.

– Беги, он тебе что-то ска­зать хо­чет, – за­га­доч­но до­ба­ви­ла ня­неч­ка.

Та­нюш­ка вих­рем по­мча­лась в раз­де­вал­ку… Они с па­пой усе­лись на ла­воч­ку.

– Дер­жи, – папа про­тя­нул Та­нюш­ке пач­ку пе­че­ния.

– У тебя, доч­ка, по­явил­ся бра­тик.

– Да-а-а??? А мама го­во­ри­ла, что бу­дет сест­рен­ка.

– По­лу­чил­ся бра­тик! Ты раз­ве не рада?

– Не знаю пока, а как его зо­вут, он боль­шой?

– Он ма­лень­кий, мама с ним в боль­нич­ке.

– Он что, боль­ной?! – ис­пу­га­лась Та­нюш­ка, вспом­нив про боль­ную Галю.

– Нет, про­сто он еще очень ма­лень­кий.

И она пред­ста­ви­ла себе ма­лень­ко­го маль­чи­ка с ла­до­шку.

– По­ду­май, как мы его на­зо­вем. Ну, а сей­час беги, мне уже пора на ра­бо­ту.

Бра­тик… Ма­лень­кий… Я могу его на­звать, как за­хо­чу!

Оза­бо­чен­ная дев­чуш­ка уже вто­рой день на­блю­да­ла за маль­чиш­ка­ми в груп­пе – а ина­че как вы­бе­решь имя? Леша – ма­лень­кий и соп­ли­вый, Иго­реш­ка – жа­ди­на, а вот Сла­ва – он хо­ро­ший, но са­мое глав­ное – у него го­ло­ва боль­шая, ум­ный зна­чит. И он не де­рет­ся ни­ко­гда… Пусть бу­дет Сла­ва. Ре­бя­та как его бу­дут об­зы­вать? Слав­ка – не обид­но …Сла­ва – это на па­ра­де кри­чат, это же здо­ро­во. Все, ре­ше­но! Она по­до­шла к Сла­ве:

– Сла­ва, ска­жи, а ко­гда ты вы­рас­тешь тебя, как бу­дут звать?

– Вя­че­слав. – С до­сто­ин­ством от­ве­тил маль­чик. – А что?

– Здо­ро­во! Вя­че­слав, надо за­пом­нить…

В суб­бо­ту папа при­шел за Та­нюш­кой в са­дик. Она лю­би­ла, ко­гда папа за­би­рал: он не то­ро­пил, а си­дел и ждал, ко­гда она оде­нет­ся. Рука за­стря­ла в ру­ка­ве и ни­как не про­со­вы­ва­лась, Та­нюш­ка уже вы­би­лась из сил бо­роть­ся с эти­ми ру­ка­ва­ми… по­про­сить папу по­мочь? Нет, сама… На­ко­нец, оста­лись толь­ко пу­го­ви­цы на паль­то, она по­до­шла к отцу. Он, мол­ча улы­ба­ясь, за­стег­нул эти вред­ные пу­го­ви­цы, по­пра­вил шап­ку – ее лю­би­мую с боль­шим пом­по­ном, на­дел ва­реж­ки.

– По­шли, дома тебя ждет сюр­приз, – папа взял её за руку.

– Ка­кой?!

– Мама с бра­ти­ком. Ты имя при­ду­ма­ла?

– Да, Вя­че­слав, а по-ма­лень­ко­му – Сла­ва или Сла­вик, – гор­до вы­да­ла Та­нюш­ка.

– По­че­му та­кое имя?

– Что­бы он был ум­ный и на па­ра­де все кри­чат Сла­ва и ра­ду­ют­ся.

– Мо­жет, То­ли­ком на­зо­вем?

– Нет, Сла­вой, Вя­че­слав!

Папа боль­ше не воз­ра­жал.

Та­нюш­ка на цы­поч­ках за­шла в ком­на­ту. Го­ре­ла на­столь­ная лам­па с на­бро­шен­ным на аба­жур ма­ми­ным плат­ком, было по­чти тем­но. В их ма­лень­кой ком­на­те про­изо­шли из­ме­не­ния: вме­сто боль­шо­го сто­ла, за ко­то­рым она лю­би­ла ри­со­вать, сто­я­ла дет­ская кро­ват­ка. Но там было пу­сто. На­столь­ная лам­па пе­ре­се­ли­лась на эта­жер­ку. На­про­тив ди­ва­на сто­я­ла боль­шая кро­вать ро­ди­те­лей, и там ле­жал про­дол­го­ва­тый свер­ток.

– Где он? – Та­нюш­ка хо­те­ла уви­деть ма­лень­ко­го, как дюй­мо­воч­ка, маль­чи­ка, и по­че­му-то он ей пред­став­лял­ся на сто­ле – си­дит, све­сив нож­ки…

– Вот же, на кро­ва­ти, – вслед за ней во­шла мама.

– Та­кой боль­шой? – Та­нюш­ка смот­ре­ла на свер­ток, на­по­ми­на­ю­щий боль­шую кук­лу. Она-то ду­ма­ла с ла­до­шку – ма­лень­кий, а тут вон ка­кой… Так же, на цы­поч­ках, ста­ра­ясь не шу­меть, Та­нюш­ка при­бли­зи­лась к сверт­ку, на­кло­ни­лась над ним.

– Сла­вик! – по­зва­ла она его ти­хонь­ко. Круг­лое смор­щен­ное ли­чи­ко за­чмо­ка­ло губ­ка­ми, гла­за плот­но за­кры­ты. Та­нюш­ке вдруг за­хо­те­лось пла­кать: она ни­как не ожи­да­ла уви­деть та­кое…

– Мож­но я его по­тро­гаю?

– По­тро­гай.

Та­нюш­ка паль­чи­ком за­де­ла на­ду­тую щеку, она была упру­гой и теп­лой, но­сик ока­зал­ся твер­дым, губ­ки чмо­ка­ли, и это по­ка­за­лось так смеш­но! Лад­но, пусть бу­дет. Та­кой боль­шой – даже луч­ше, быст­рее вы­рас­тет. Она еще раз по­зва­ла по­гром­че – в на­деж­де, что бра­тик проснет­ся:

– Сла­вик! – но ку­ле­чек про­дол­жал со­петь и чмо­кать, не от­кры­вая глаз.

– А он хо­дить уме­ет?

– Нет, он же ма­лень­кий!

– Я ду­ма­ла, он бу­дет вот та­кой, – она по­ка­за­ла с ве­ли­чи­ну па­пи­ной ла­до­шки, – а он та­кой боль­шой!

– Та­ких ма­лень­ких не бы­ва­ет, – улыб­нул­ся папа и раз­вел ру­ка­ми.

Они сели на ди­ван.

– Ну что, сест­ра, от­празд­ну­ем?

– У меня брат, а не сест­ра!

– Пра­виль­но, по­это­му ты – стар­шая сест­ра.

Папа про­тя­нул Та­нюш­ке боль­шую шо­ко­лад­ку. Это была на­сто­я­щая шо­ко­лад­ка: на тем­но-си­нем фан­ти­ке – Москва и раз­но­цвет­ный са­лют.

– Здесь на­пи­са­но «Сла­ва, Ок­тяб­рю!» – ука­зал папа на кра­си­вые бук­вы.

Бле­стя­щая зо­ло­тин­ка хру­сте­ла, шо­ко­лад таял, Та­нюш­ка была счаст­ли­ва!

Те­перь мама боль­ше вре­ме­ни про­во­ди­ла со Сла­ви­ком: то она его кор­ми­ла, то пе­ре­пе­ле­ны­ва­ла…. Ко­гда бра­ти­ка раз­вер­ну­ли, сест­ре раз­ре­ша­ли по­смот­реть и даже по­тро­гать: руч­ки и нож­ки были та­кие ма­лень­кие, а го­ло­ва та­кая боль­шая… что Та­нюш­ка успо­ко­и­лась, – ум­ным бу­дет! Она уже по­лю­би­ла его: он та­кой ма­лень­кий, драть­ся точ­но не бу­дет!

Папа укрыл её оде­я­лом. Уткнув­шись в лю­би­мый уго­лок сво­е­го ди­ва­на, она улы­ба­лась са­мой счаст­ли­вой улыб­кой: те­перь она стар­шая сест­ра, у нее есть брат и она дала ему имя – Вя­че­слав, Сла­ва!