История нового мира

Это был неве­ро­ят­но сол­неч­ный день. Са­мый жар­кий день в году. Ни ве­тер­ка, ни об­лач­ка. Тол­пы де­тей в со­про­вож­де­нии учи­те­лей спе­ши­ли на па­рад на глав­ную пло­щадь. Се­год­ня зна­ме­на­тель­ный день – день окон­ча­ния тре­тьей ми­ро­вой вой­ны.

Про­шло все­го пять лет, и не все го­ро­да успе­ли вос­ста­но­вить­ся, но мы, на­ко­нец, мог­ли огля­ды­вать­ся на­зад, не за­ды­ха­ясь от па­ни­че­ских атак; мы на­ко­нец не бо­я­лись смот­реть на небо. Пло­щадь пол­на на­ро­ду, мно­же­ством па­ла­ток с раз­ны­ми сла­до­стя­ми и вы­печ­кой. Учи­те­ля пы­та­лись по­стро­ить де­тей в длин­ные ше­рен­ги по обе сто­ро­ны до­ро­ги, что­бы меж­ду ними смог прой­ти длин­ный па­рад участ­ву­ю­щих в про­шед­шей войне сол­дат.

И вот, вда­ле­ке по­ка­за­лись они. Пер­вым шел ор­кестр, иг­ра­ю­щий му­зы­ку по­бе­ды. За ним - несколь­ко плат­форм с по­ка­ле­чен­ны­ми мо­ря­ка­ми... Мне было не ин­те­рес­но смот­реть на вы­став­ку ра­ри­те­тов; гла­за­ми я вы­ис­ки­ва­ла ме­сто, где мож­но было бы спо­кой­но по­ку­рить, пока все от­вле­че­ны. Ме­ша­ли толь­ко гре­ба­ные цве­ты, ко­то­ры­ми снаб­ди­ла меня учил­ка.

На­ко­нец, най­дя, на кого их спла­вить, я вы­ско­чи­ла из ше­рен­ги и, со­гнув­шись, про­шмыг­ну­ла к од­но­му из ларь­ков с бул­ка­ми, за ко­то­рым не было ни души.

Чирк... чирк... Дол­бан­ная за­жи­гал­ка не хо­те­ла ра­бо­тать. Чирк...

Бах! — про­зву­чал оглу­ша­ю­щий взрыв, та­кой, что за­ло­жи­ло уши. Я при­се­ла и под­ня­ла го­ло­ву, по­смот­рев на небо, ко­то­рое вдруг окра­си­лось в ярко-алый цвет.

Бах! — еще один взрыв со­всем неда­ле­ко.

Боль­шие го­ря­щие кам­ни по­сы­па­лись на зем­лю го­ря­чим гра­дом со­всем неда­ле­ко от пло­ща­ди.

На­чал­ся хаос, люди бе­жа­ли, сби­вая друг дру­га с ног.

Над нами на­вис­ли огром­ные бес­фор­мен­ные кам­ни, а мо­жет, и не кам­ни...

Бе­жать… бе­жать… куда бе­жать?

Во­круг го­ре­ли дома, де­ре­вья. Лёг­кие на­пол­ня­лись ядо­ви­тым ды­мом.

Кри­ки о по­мо­щи зву­ча­ли ото­всю­ду.

Бе­жать…

Сколь­ко ни беги, во­круг лишь огонь, кровь и кри­ки.

Тя­же­ло ды­шать.

Бах!

Я па­даю.

Что-то тя­нет об­рат­но, ца­ра­пая пле­чо. Я обо­ра­чи­ва­юсь и це­пе­нею от ле­де­ня­ще­го душу ужа­са. На меня смот­рят два боль­ших жел­тых гла­за. Пасть от­кры­та, об­на­жая мно­же­ство тон­ких клы­ков. Мой крик за­стре­ва­ет где-то в гор­ле.

***

По­ти­раю гла­за, од­но­вре­мен­но тя­нусь к вы­клю­ча­те­лю. Смот­рю на ком­му­ни­ка­тор: на ча­сах 8:20.

«По­ра вста­вать… ми­нут пять­де­сят на­за­д», — с разо­ча­ро­ва­ни­ем, но без вся­ко­го удив­ле­ния осо­зна­ла я. — «Ну, хоть в по­след­ний раз».

Улыб­нув­шись этой мыс­ли, я вста­ла с по­сте­ли и на­пра­ви­лась в ван­ную. Се­год­ня тот са­мый день!

Всю свою жизнь я ощу­ща­ла себя вто­ро­сте­пен­ным пер­со­на­жем или даже де­ся­тым сле­ва в соб­ствен­ном ро­мане.

Луч­шую ра­бо­ту по­лу­ча­ет мой од­но­класс­ник, удач­но вы­хо­дит за­муж моя хо­ро­шая зна­ко­мая, ге­ро­ем во­ен­ной опе­ра­ции ста­но­вит­ся вы­пуск­ник мо­е­го уни­вер­си­те­та. Я лишь мог­ла на­блю­дать и ра­до­вать­ся за них. Все, что оста­ва­лось мне, — это упор­но учить­ся и ве­рить в то, что мой сю­жет­ный по­во­рот еще слу­чит­ся.

Се­год­ня тот са­мый день — осо­бый день, — он мо­жет вы­пасть лишь раз в жиз­ни, если по­ве­зёт. И мне по­вез­ло, впер­вые в жиз­ни по-на­сто­я­ще­му по­вез­ло! Се­год­ня я окон­чу уни­вер­си­тет с хо­ро­ши­ми шан­са­ми най­ти вы­со­ко­опла­чи­ва­е­мую ра­бо­ту. Но не это бу­до­ра­жи­ло мое со­зна­ние, не это за­став­ля­ло мое серд­це сту­чать, как су­ма­сшед­шее. А то, что се­год­ня ве­чер, ко­гда мне сде­ла­ют пред­ло­же­ние!

Мой Са­рен уже на­зна­чил встре­чу в са­мом ро­ман­тич­ном ме­сте го­ро­да, куда я от­прав­люсь сра­зу по­сле про­щаль­ной встре­чи вы­пуск­ни­ков. В это ме­сто не при­гла­ша­ют про­сто так, оно со­зда­но для пред­ло­же­ний руки и серд­ца. Вот по­че­му я ни­как не на­хо­жу себе ме­ста уже це­лую неде­лю, с тех пор как он рас­ска­зал мне о пла­нах на се­го­дняш­ний ве­чер.

С ма­лых лет я рос­ла в дет­до­ме, а это зна­чит, что по­ру­чить­ся за меня неко­му. В на­шем мире труд­но хо­ро­шо устро­ить­ся без по­ру­чи­те­лей. По­ру­чи­те­лем мо­жет быть ро­ди­тель или су­пруг. Для пол­но­го до­стат­ка он дол­жен быть с хо­ро­шей ре­пу­та­ци­ей — не мень­ше се­мер­ки. Моя же лич­ная ре­пу­та­ция по­сле вы­хо­да из при­ю­та была все­го 2,4. Бла­го­да­ря уче­бе в луч­шем уни­вер­си­те­те стра­ны и вы­со­ким бал­лам она ста­ла 3,8. С та­ким клей­мом мне одна до­ро­га…

Се­мья Са­ре­на до­ста­точ­но из­вест­на в вы­со­ких кру­гах. Его отец — пер­вый ма­лый со­вет­ник по во­про­сам сель­ско­го хо­зяй­ства, а мать — гла­ва ис­сле­до­ва­тель­ско­го цен­тра. Ре­пу­та­ция их се­мьи — 9. Выше под­нять­ся слож­но.

Я быст­ро по­мы­лась под стру­ёй хо­лод­ной воды. Пе­ре­бои с го­ря­чей во­дой ста­но­ви­лись все чаще. Да и са­мой воды ча­сто про­сто не было. И неуди­ви­тель­но, ведь наш Овраг го­то­ви­ли к пе­ре­се­ле­нию. Тру­що­бы, в ко­то­рых мне столь­ко лет при­хо­ди­лось вы­жи­вать, были при­зна­ны рас­сад­ни­ком пьян­ства и раз­вра­та, что неумо­ли­мо пор­ти­ло ре­пу­та­цию сто­ли­цы.

«Буд­то с осталь­ным все у нас в по­ряд­ке, и по­лу­раз­ру­шен­ные зда­ния, ко­неч­но же, ни при чем».

Уже пора было го­то­вить­ся к вы­хо­ду. Как обыч­но, вре­ме­ни на зав­трак я себе не оста­ви­ла.

По­смот­рев на себя в боль­шое зер­ка­ло шка­фа, я пы­та­лась най­ти быст­рый спо­соб при­ве­сти себя в по­ря­док. С ры­жи­ми до плеч во­ло­са­ми про­блем быть не мог­ло. Чи­стая го­ло­ва и куд­ри все­гда спа­са­ли по­ло­же­ние. Лицо, в силу сво­ей мо­ло­до­сти, тоже не долж­но было под­ка­чать. Пух­лые губы, слег­ка вздер­ну­тый квер­ху нос, боль­шие зе­ле­ные гла­за и чер­ные бро­ви с рес­ни­ца­ми — все это мог­ло быть и луч­ше, но что по­лу­чи­лось, то по­лу­чи­лось. Ху­дой де­вуш­кой меня на­звать труд­но, но и тол­стой — как-то непра­виль­но. Тре­тий раз­мер гру­ди мог за­ста­вить за­крыть гла­за на мно­гие вещи. А бег по­шел на поль­зу моей пя­той точ­ке. «Бла­го, я не ле­ни­лась бе­гать на за­ня­тия, ко­гда ле­ни­лась встать во­вре­мя», - я под­миг­ну­ла сама себе на этой мыс­ли. Так­же не стра­да­ла и моя та­лия. Жи­во­тик, ко­неч­но, был, но не вы­пи­рал осо­бо.

Я смор­щи­ла лицо, гля­дя на себя, по­том вы­тя­ну­ла его, по­вер­ну­ла впра­во, вле­во, мах­ну­ла ру­кой, ска­зав тем са­мым: «Да и хрен с ним».

Все было нор­маль­но, в це­лом, если не об­ра­щать вни­ма­ния на неко­то­рые изъ­я­ны, ко­то­рых я сама уже не за­ме­ча­ла: мно­же­ство гру­бых шра­мов на спине, ко­то­рые я мог­ла при­крыть одеж­дой; несколь­ко глу­бо­ких шра­мов на ру­ках и пара мел­ких на лице, ко­то­рые спря­тать было нель­зя.

Да, не слиш­ком кра­си­во, но я не нена­ви­де­ла их, как ни стран­но. Я даже не ста­ра­лась их пря­тать. Они опре­де­ля­ли меня, де­ла­ли меня мной. Видя их, люди зна­ли, от­ку­да я; сто­ро­ни­лись, из­бе­га­ли, а ино­гда из­де­ва­лись. Но я не нена­ви­де­ла их. По­то­му что не мог­ла нена­ви­деть себя. Я зна­ла, что они не ста­нут по­ме­хой на моем пути, по­то­му что и без них хва­та­ло того, что уже уби­ло бы во мне все стрем­ле­ния, если бы не от­ча­ян­ное же­ла­ние стать по­лез­ной и необ­хо­ди­мой, но, глав­ное, — остать­ся в без­опас­но­сти.

В ко­то­рый раз убе­див­шись, что я кра­сот­ка, я при­сту­пи­ла к вы­бо­ру одеж­ды.

***

Го­род, в ко­то­ром мне по­счаст­ли­ви­лось обос­но­вать­ся, на­зы­ва­ет­ся Воз­ра­же­ние. Это са­мый бо­га­тый го­род стра­ны, и он же — са­мый бед­ный. Не луч­шая сто­ро­на мне до­ста­лась для жиз­ни, зато учить­ся по­вез­ло на дру­гой — сре­ди эли­ты. Уви­дев этих без­за­бот­ных ма­жо­ров, ко­то­рые тя­ну­ли бре­мя уче­бы с неве­ро­ят­ной лег­ко­стью, я твер­до ре­ши­ла стать од­ной из них. Од­на­ко за­те­сать­ся сре­ди них и стать ча­стью их ма­жо­ри­сто­го об­ще­ства — со­всем не одно и то же, как ока­за­лось.

В на­шей стране, под на­зва­ни­ем Ис­кра, все­го око­ло пяти мил­ли­о­нов че­ло­век, не счи­тая тех, кто сей­час сра­жа­ет­ся за нас в Пу­сто­ши. Это все люди, что оста­лись на Зем­ле по­сле Пер­вой меж­ра­со­вой вой­ны, ко­то­рая слу­чи­лась боль­ше века на­зад.

Боль­шая часть пла­не­ты непри­год­на для жиз­ни че­ло­ве­че­ской расы. На ней оби­та­ют су­ще­ства, ко­то­рые и в страш­ном сне не явят­ся. Мерт­вая зем­ля, ядо­ви­тый воз­дух, вода, ко­то­рая спо­соб­на со­жрать тебя це­ли­ком, и ди­кие зве­ри, го­то­вые разо­рвать лю­бо­го, кому не по­ве­зет там ока­зать­ся. Всю тер­ри­то­рию, что сво­бод­на от офи­ци­аль­ных го­су­дарств, на­зы­ва­ют Пу­сто­шью. Вся тер­ри­то­рия, что на­хо­дит­ся меж­ду стра­на­ми, яв­ля­ет­ся по­лем сра­же­ний.

Кро­ме нас еще две расы урва­ли себе по ку­соч­ку Зем­ли. Они су­ще­ству­ют и пре­крас­но про­цве­та­ют на неко­гда на­шей пла­не­те. И не про­сто су­ще­ству­ют, но и во­ю­ют меж­ду со­бой, не стес­ня­ясь во­вле­кать остав­ших­ся лю­дей в свои дряз­ги.

Как же так вы­шло?

Зем­ля слу­чай­но ока­за­лась по­лем боя для двух враж­ду­ю­щих рас: Ран­го­ров и Ало­и­дов.

За сто лет мы мно­гое узна­ли о на­ших «зем­ных со­жи­те­лях». И даже мно­гое пе­ре­ня­ли у них.

РАН­ГО­РЫ.

Ран­го­ры — во­ин­ству­ю­щая раса. Об­ла­да­ют боль­шой энер­ге­ти­че­ской си­лой, меж­ду­на­род­ное на­зва­ние ко­то­рой — По­ток. Они спо­соб­ны вос­про­из­во­дить энер­гию и по­лу­чать её извне, вы­ка­чи­вая её из дру­гих жи­вых ор­га­низ­мов. Ран­го­ры опу­сто­ши­ли род­ную пла­не­ту ты­ся­чи зем­ных лет на­зад. С тех пор их раса ко­чу­ет в по­ис­ках пла­нет, бо­га­тых ре­сур­са­ми жи­вой при­ро­ды.

Уди­ви­тель­но, но они силь­но по­хо­жи на нас: го­ло­ва, две руки, две ноги, паль­цы. Но есть и от­ли­чия. На их го­ло­вах рас­тут рога, с по­мо­щью ко­то­рых ран­го­ры и вы­ка­чи­ва­ют энер­гию из все­го жи­во­го. Они пред­став­ля­ют со­бой два бе­лых от­рост­ка чуть выше лба, сан­ти­мет­ров де­сять каж­дый. Так­же их от­ли­чи­тель­ной чер­той яв­ля­ют­ся длин­ные бе­лые хво­сты, на­по­ми­на­ю­щие ко­жа­ные хлы­сты, ко­то­рые они ис­поль­зу­ют для дрес­си­ров­ки ди­ких зве­рей в ла­ге­рях зве­ро­воск.

АЛО­И­ДЫ.

Ци­ви­ли­за­ция ало­и­дов по­стро­е­на на слож­ном ма­ши­но­стро­е­нии и топ­ли­ве с их род­ной пла­не­ты, ко­то­рое не ис­то­ща­ет­ся ни­ко­гда.

Ало­и­ды внешне на­по­ми­на­ют пря­мо­хо­дя­щих реп­ти­лий: жест­кая зе­ле­ная че­шуй­ча­тая кожа, вы­тя­ну­тые ко­неч­но­сти, длин­ные ког­ти­стые паль­цы, аб­со­лют­но лы­сое тело и го­ло­ва. Вме­сто ушей — глу­бо­кие от­вер­стия, вы­тя­ну­тое впе­ред лицо и куча ост­рых зу­бов. А так­же боль­шие жел­тые гла­за с мин­да­ле­вид­ным зрач­ком. Мы на­зы­ва­ем их яще­ра­ми.

Ра­бо­чие и во­ен­ные яще­ры – муж­ские осо­би. Раз­мно­же­ни­ем у них за­ни­ма­ет­ся Ко­ро­ле­ва, или Мат­ка. Она вос­про­из­во­дит потом­ство пу­тем ме­та­ния икры: до пя­ти­сот ик­ри­нок в неде­лю. Сред­ний срок жиз­ни ра­бо­че­го ало­и­да — 800 лет. Срок жиз­ни Ко­ро­ле­вы — 200–250 лет. Раз в сто лет на свет по­яв­ля­ет­ся но­вая Ко­ро­ле­ва, ко­то­рая мо­жет стать или не стать сле­ду­ю­щей глав­ной Мат­кой: за­ви­сит от ре­ше­ния тар­ти­ан­ско­го Со­ве­та. Ко­гда ста­рая Мат­ка ухо­дит на по­кой, до кон­ца сво­их дней она жи­вет в по­че­те и ува­же­нии. Ее един­ствен­ной ра­бо­той оста­ет­ся да­вать со­ве­ты и на­став­ле­ния но­вой Ко­ро­ле­ве.

ИНО­ОКИ.

Они яви­лись на нашу зем­лю в по­ис­ках по­мо­щи вме­сте с ало­и­да­ми. Зна­ния об этих су­ще­ствах со­хра­ни­лись в биб­лио­те­ке «И­сто­рия но­во­го ми­ра», в ста­рых кни­гах вре­мен на­ча­ла Пер­вой меж­ра­со­вой вой­ны (вой­ны Пер­во­го Кон­так­та, или ПМВ).

Ино­оки ин­те­рес­ны тем, что их тела пол­но­стью неуяз­ви­мы к фи­зи­че­ско­му воз­дей­ствию и на них не вли­я­ет вре­мя. Срав­нить этих су­ществ мож­но раз­ве что с ме­ду­зой. Их тела тоже вы­гля­дят как желе.

Ат­мо­сфе­ра их род­ной пла­не­ты име­ет по­вы­шен­ную влаж­ность. Она бо­га­та рас­ти­тель­ным ми­ром и огром­ны­ми вод­ны­ми про­сто­ра­ми.

Сна­ча­ла они за­пол­ни­ли наши оке­а­ны, од­на­ко адап­ти­ро­вать­ся так и не смог­ли. Су­ще­ства по­гиб­ли по боль­шей ча­сти из-за ра­ди­а­ции в ПМВ.

До­хо­ди­ли слу­хи, что немно­гим из них уда­лось вы­жить где-то у та­ю­щих лед­ни­ков на се­ве­ре, но ни­ка­ких под­твер­жде­ний это­му нет.

***

Вы­бор одеж­ды у меня был огром­ный. Боль­шую её часть да­рил мне Са­рен по раз­ным по­во­дам. Мно­же­ство ве­щей я при­во­зи­ла из ко­ман­ди­ро­вок, в ко­то­рые он меня брал, но ни­ко­гда не на­де­ва­ла.

Все вещи были пре­крас­ны: пла­тья, ко­стю­мы и туфли. Но все они были неудоб­ны и воз­мож­но, неумест­ны. В этих на­ря­дах Са­рен пред­став­лял меня сво­ей пуб­ли­ке. Сло­ва «долж­на на­деть» я слы­ша­ла чаще, чем сло­ва «я люб­лю те­бя».

Вот это чер­ное пла­тье, дли­ной чуть выше ко­ле­на, с глу­бо­ким вы­ре­зом по­чти до са­мо­го пуп­ка, мне опре­де­лен­но шло, но ка­за­лось слиш­ком от­кро­вен­ным и мно­гое вы­став­ля­ло на­по­каз. У Са­ре­на были свое­об­раз­ные вку­сы и от­но­ше­ние к моим изъ­я­нам, ко­то­рые это пла­тье как раз не мог­ло скрыть. По­да­рок по слу­чаю ужи­на с его ро­ди­те­ля­ми. К сло­ву, неудач­ный был ве­чер. Ведь его ро­ди­те­лям я не по­нра­ви­лась. Не по­нра­ви­лась сво­ей бед­но­стью.

— Нет, пла­тье, я не дам тебе омра­чить се­го­дняш­ний ве­чер по­зо­ром про­шло­го, — твер­до за­яви­ла я кус­ку чер­ной тка­ни, бро­сив его пря­мо на пол.

А вот этот бе­лый ко­стюм с крас­ной блуз­кой Са­рен по­да­рил мне пе­ред по­хо­дом на по­каз мод, что про­хо­дил в глав­ном офис­ном зда­нии Мир­но­го Бе­ре­га.

«Ну и куда я могу в нем вый­ти в сво­ей обыч­ной жиз­ни?»

Меня точ­но из­би­ли бы и огра­би­ли воз­ле бара, что как раз на­хо­дил­ся ря­дом с подъ­ем­ни­ком.

Я швы­ря­ла пла­тья, юбки и май­ки пря­мо на пол, гром­ко сопя и ру­га­ясь про себя.

В моем лич­ном гар­де­робе оста­ва­лось все­го два ва­ри­ан­та, если, ко­неч­но, я не со­би­ра­лась пой­ти в брю­ках, ко­то­рые все­гда ношу. Оста­вал­ся ми­лень­кий го­лу­бой са­ра­фан из лег­кой тка­ни и фи­о­ле­то­вый ко­стюм, со­сто­я­щий из пи­джа­ка, брюк и бе­лой блуз­ки.

«В са­ра­фане на подъ­ем­ни­ке под­ни­мать­ся?» — за­ду­ма­лась я. — «По фигу. Пусть бу­дет ко­стю­м».

Вы­бор на­ря­да был сде­лан, оста­ва­лось на­ве­сти кра­со­ту. В моем слу­чае это был лег­кий ма­ки­яж и неболь­шая за­вив­ка ры­жих непо­слуш­ных во­лос, ко­то­рые все­гда по утрам тор­ча­ли во все сто­ро­ны и с тру­дом укла­ды­ва­лись толь­ко до­ро­гим баль­за­мом и утюж­ком. Чаще все­го я про­сто стя­ги­ва­ла их в небреж­ный пу­чок. Но се­год­ня был слиш­ком важ­ный день.

Кос­ме­ти­ка в наше вре­мя очень до­ро­гая, и мало кто мо­жет ее себе поз­во­лить. Тушь, пуд­ра и ро­зо­вая по­ма­да — вот и весь мой на­бор. И его мне по­да­рил, есте­ствен­но, Са­рен, даже не пом­ню к ка­ко­му имен­но со­бы­тию.

Во всех моих ве­щах слов­но была его ча­стич­ка. Все са­мое сто­я­щее, что у меня есть — он да­рил. Чего ни кос­нись, всё вы­зы­ва­ло вос­по­ми­на­ния.

***

В са­мом на­ча­ле, по­сле тщет­ных по­пы­ток пе­ре­го­во­ров и бес­ко­неч­ных по­терь, лю­дям оста­ва­лось толь­ко за­пу­стить своё са­мое силь­ное ору­жие.

По­сле за­пус­ка ра­кет лю­дей и втор­жен­цев оста­лось со­всем немно­го. Ка­кая-то часть лю­дей ста­ла ко­ло­ни­ей ран­го­ров, боль­шая часть смог­ла объ­еди­нить­ся и со­брать остат­ки ци­ви­ли­за­ции.

Сна­ча­ла мы пря­та­лись под зем­лёй и дро­жа­ли от стра­ха. Но в силу всту­пил мир­ный до­го­вор «Ра­ди вы­жи­ва­ни­я». То­гда ало­и­ды пред­ло­жи­ли нам свою по­мощь. Мно­гие тех­но­ло­гии, ко­то­рые мы име­ем сей­час, — это неоце­ни­мая под­держ­ка на­ших со­юз­ни­ков.

Было дано вре­мя на вос­ста­нов­ле­ние, и мы его ис­поль­зо­ва­ли, так же как и осталь­ные расы. На ру­и­нах мы по­стро­и­ли убе­жи­ща. Мы на­учи­лись воз­во­дить неви­ди­мые сте­ны. Все тех­но­ло­гии, что были за­им­ство­ва­ны у втор­жен­цев, ис­поль­зо­ва­лись ради за­щи­ты, в том чис­ле и от ядо­ви­то­го воз­ду­ха, ко­то­рый необъ­яс­ни­мо быст­ро по­ра­жал всё жи­вое на пла­не­те.

Но не про­шло и 50 лет, как мы были сно­ва втя­ну­ты в чу­жие рас­при. На­ших муж­чин и жен­щин за­би­ра­ют на чу­жую вой­ну, не пред­ла­гая вы­бо­ра. Наша но­вая сила ста­ла их ору­жи­ем.

***

Из ис­то­рии нам из­вест­но, что Пер­вая меж­ра­со­вая вой­на меж­ду ран­го­ра­ми и ал­ло­и­да­ми на­ча­лась око­ло двух­сот зем­ных лет на­зад.

Ко­чу­ю­щая раса ран­го­ров на­хо­ди­лась в по­ис­ках боль­шо­го за­па­са энер­гии. На­ткнув­шись на гру­зо­вой ко­рабль ал­ло­и­дов, они не ожи­да­ли най­ти бес­ко­неч­ный ис­точ­ник. Стран­ное тар­ти­ан­ское топ­ли­во мог­ло стать неис­чер­па­е­мым ре­сур­сом для фло­та ран­го­ров. Од­на­ко на деле всё вы­шло ина­че.

Ран­го­ры ата­ко­ва­ли Тарт, и, несмот­ря на мощ­ные тех­но­ло­гии, ал­ло­и­ды про­иг­ры­ва­ли эту вой­ну. Им при­шлось бе­жать с род­ной пла­не­ты, остав­ляя её на рас­тер­за­ние вра­гам.

То­гда ран­го­ры за­хва­ти­ли це­лую си­сте­му, вы­нуж­дая ещё одну ра­зум­ную расу — ино­оков — пу­стить­ся вслед за сво­и­ми со­юз­ни­ка­ми. Од­на­ко за­хват­чи­кам и это­го ока­за­лось мало. Ран­го­ры хо­те­ли пол­но­го по­ра­бо­ще­ния бли­жай­ших ра­зум­ных ци­ви­ли­за­ций и бро­си­лись в по­го­ню за бег­ле­ца­ми.

В по­пыт­ке ал­ло­и­дов и ино­оков най­ти по­мощь в дру­гой га­лак­ти­ке три расы, на свою беду, ока­за­лись в на­шей Сол­неч­ной си­сте­ме, изо­ли­ро­ван­ной от вы­со­ких тех­но­ло­гий, име­ю­щей все­го одну на­се­лён­ную пла­не­ту под на­зва­ни­ем «Зем­ля». Ре­сур­сы каж­дой расы были на ис­хо­де, по­то­му им ни­че­го не оста­ва­лось, как спу­стить­ся пря­мо на наши го­ло­вы.

Как вы­яс­ни­лось поз­же, из-за ра­ди­а­ци­он­но­го поля на­шей си­сте­мы, ко­то­рое из­лу­ча­ло наше све­ти­ло, ни один ко­рабль по­ки­нуть её уже не смо­жет. Как рас­счи­та­ли тар­ти­ане: «По­ка мож­но лишь вой­ти. Вый­ти ста­нет воз­мож­ным толь­ко че­рез пару мил­ли­ар­дов лет, ко­гда сол­неч­ная энер­гия за­мет­но ослаб­нет».

Та­ким об­ра­зом, все мы и ста­ли «друж­ны­ми» со­се­дя­ми.

***

Топ­ли­во ало­и­дов не дает на­шей пла­не­те вос­ста­но­вить­ся. Рас­про­стра­няя яд по воз­ду­ху, оно вы­су­ши­ва­ет ее, де­ла­ет ат­мо­сфе­ру Зем­ли бо­лее бла­го­при­ят­ной для ало­и­дов и ме­нее бла­го­при­ят­ной для нас. Вода, зем­ля, небо — все по­ра­же­но этой стран­ной про­зрач­ной суб­стан­ци­ей, по­хо­жей на слизь, ко­то­рая кри­стал­ли­зу­ет­ся при кон­так­те с прес­ной во­дой, а при на­гре­ва­нии пре­вра­ща­ет­ся в ядо­ви­тый газ.

За­вет­ная энер­гия, что так при­вле­ка­ла ран­го­ров, ста­ла их са­мым боль­шим кош­ма­ром. Ис­точ­ни­ком веч­ной энер­гии ока­за­лась раз­ру­ши­тель­ная сила, не под­да­ю­ща­я­ся по­гло­ще­нию. За­су­ха и яд, так же как и нас, уби­ва­ют ран­го­ров, вы­нуж­да­ют их пря­тать­ся под энер­го­щи­том и тра­тить свои по­след­ние за­па­сы по­то­ка, ко­то­рый про­сто нечем боль­ше вос­пол­нить, на филь­тра­цию воз­ду­ха.

По сло­вам са­мих ало­и­дов, ток­сич­ную маг­му (топ­ли­во) невоз­мож­но кон­тро­ли­ро­вать или уни­что­жить. Она — это при­род­ная ра­зум­ная суб­стан­ция, под­стра­и­ва­ю­щая все, что ее окру­жа­ет, под свои ком­форт­ные усло­вия.

Что­бы хоть как-то по­мочь, тар­ти­ане по­де­ли­лись сво­и­ми уни­каль­ны­ми тех­но­ло­ги­я­ми.

За­щит­ный ку­пол сдер­жи­ва­ет вли­я­ние ток­сич­ной маг­мы и не дает на­шим зем­лям пре­вра­тить­ся в пе­сок. Так­же он не поз­во­ля­ет на­шим те­лам раз­ла­гать­ся от воз­дей­ствия яда, ко­то­рый маг­ма вы­ра­ба­ты­ва­ет бла­го­да­ря на­гре­ву от сол­неч­ных лу­чей.

Воз­ду­хо­очи­сти­те­ли поз­во­ля­ют нам сво­бод­но ды­шать, не отрав­ляя ор­га­низм. Филь­тру­ю­щие мас­ки дают нам воз­мож­ность вре­мен­но по­ки­дать пе­ри­метр ку­по­ла.

Кап­су­лы-бло­ка­то­ры по­мо­га­ют на­хо­дить­ся за пре­де­ла­ми Ис­кры про­дол­жи­тель­ное вре­мя с мень­шим ущер­бом для ор­га­низ­ма.

Вос­ста­нав­ли­ва­ю­щие вак­ци­ны дают воз­мож­ность про­жить еще 15–20 лет по­сле дол­го­го воз­дей­ствия внеш­ней сре­ды.

Это лишь неболь­шая часть воз­мож­но­стей, ко­то­рые нам дали наши со­юз­ни­ки, как вы­яс­ни­лось поз­же, не за­да­ром.

***

Се­год­ня меня ни­что не раз­дра­жа­ло. Даже по­жи­лой со­сед из квар­ти­ры на­про­тив, ко­то­рый по­сто­ян­но остав­лял свой му­сор у моей две­ри. Се­год­ня я про­сто до­не­су его до пе­ре­ра­ба­ты­ва­ю­ще­го окна. Не раз­дра­жа­ла и боль­шая во­ню­чая лужа, из-за по­сто­ян­но ло­па­ю­щих­ся ка­на­ли­за­ци­он­ных труб, ко­то­рая все­гда была у на­ших сту­пе­ней. Об­хо­дить ее было слож­но, об­ти­рая бо­ком сте­ну дома.

В на­шем рай­оне все­гда было гряз­но, мок­ро и во­ня­ло. От­ча­сти по­то­му, что он на­хо­дил­ся на дне овра­га, куда сол­неч­ный свет по­па­дал неча­сто. Са­мое де­ше­вое жи­лье, ко­то­рое раз­да­ва­ли в дет­до­ме на шест­на­дца­ти­ле­тие. Жизнь в этом ме­сте дей­стви­тель­но от­ли­ча­лась от той, что на­вер­ху. Дру­гой уро­вень ка­че­ства про­дук­тов, об­слу­жи­ва­ния и со­всем дру­гой уро­вень пре­ступ­но­сти. Но даже про­жить жизнь в та­ких усло­ви­ях пу­га­ет меня куда мень­ше, чем пер­спек­ти­ва по­езд­ки в Пу­стошь. И оста­ет­ся толь­ко одна на­деж­да — на Са­ре­на и его сло­во.

***

В 2068 году некий Алек­сандр Шар­ков ос­но­вал первую боль­ни­цу, а ря­дом с ней — ис­сле­до­ва­тель­ский центр, на­уч­ный центр био­ло­ги­че­ских ис­сле­до­ва­ний, со­кра­щен­но «Ц­БИ». Он пла­ни­ро­вал изу­чать там на­ших за­хват­чи­ков, но у него вы­шло го­раз­до боль­ше. Шар­ков смог из­влечь из тела ран­го­ра же­ле­зу, ко­то­рая вос­про­из­во­дит энер­гию и ка­ча­ет ее по все­му ор­га­низ­му, про­кла­ды­вая в нем пути — сво­е­го рода энер­го­ве­ны; а так­же он смог из­влечь ген, от­ве­ча­ю­щий за пе­ре­да­чу этой спо­соб­но­сти. Це­лую жизнь он ра­бо­тал над тем, что­бы не про­сто пе­ре­са­дить же­ле­зу в тело че­ло­ве­ка, но и сде­лать так, что­бы она ста­ла ча­стью че­ло­ве­че­ско­го ор­га­низ­ма на все по­ко­ле­ния впе­ред.

Пер­вый удав­ший­ся экс­пе­ри­мент был про­из­ве­ден им, уже на ис­хо­де жиз­нен­ных сил, над соб­ствен­ным сы­ном. Это и по­ло­жи­ло на­ча­ло че­ло­ве­че­ской адап­та­ции под но­вые усло­вия су­ще­ство­ва­ния. Алек­сандр Шар­ков по­да­рил нам воз­мож­ность вы­жить в но­вом мире, но так­же об­рёк на нелег­кую судь­бу тех, кому до­ста­лась эта сила.

Нас на­зы­ва­ют «до­па­ми» — от сло­ва «до­пол­нен­ный». Но­вая сила по­лу­чи­ла на­зва­ние «ис­кра». Ко­ли­че­ство лю­дей, вла­де­ю­щих ис­крой, стро­го кон­тро­ли­ру­ет­ся Боль­шим Со­ве­том. Со­зда­вать се­мьи и за­во­дить де­тей до­пам в стране мож­но толь­ко по раз­ре­ше­нию того же Со­ве­та, в ко­то­рый вхо­дят как допы, так и обыч­ные люди. И толь­ко это со­хра­ня­ет мир меж­ду людь­ми и нами.

Если ты об­ла­да­ешь си­лой ис­кры и не был вос­тре­бо­ван в сво­ей стране, за­няв важ­ную долж­ность, то будь добр от­дать долг Ро­дине. Это глав­ный пункт в до­го­во­ре, под­дер­жи­ва­ю­щий мир внут­ри стра­ны. «До­пы долж­ны при­но­сить поль­зу. А если вре­да от них боль­ше, чем поль­зы, то их сле­ду­ет ис­тре­бить». Это все­гда было воз­мож­но бла­го­да­ря осо­бо­му кон­тро­лю.

Пя­ти­лет­няя служ­ба в первую оче­редь ждёт та­ких, как я, — дет­до­мов­ских. Ведь наше по­ло­же­ние в об­ще­стве шат­ко. Мы не об­ла­да­ем до­стой­ной ре­пу­та­ци­ей, а зна­чит, опас­ны в гла­зах об­ще­ствен­но­сти.

Ис­кра от­ли­ча­ет­ся от по­то­ка ран­го­ров в первую оче­редь сво­ей мо­щью. Ис­кра за­мет­но про­иг­ры­ва­ет. Наша энер­гия про­из­во­дит­ся же­ле­зой, и мы не спо­соб­ны по­гло­щать ее из жи­вых ор­га­низ­мов, как это де­ла­ли ран­го­ры до эко­ло­ги­че­ской ка­та­стро­фы. У нас нет боль­шо­го за­па­са энер­гии, как у про­тив­ни­ка, и мы огра­ни­че­ны в спо­соб­но­стях. Ран­гор вла­де­ет раз­лич­ны­ми фор­ма­ми по­то­ка, а че­ло­век мо­жет лишь од­ной.

По­лу­ча­ет­ся, что наши воз­мож­но­сти пол­но­стью за­ви­сят от ко­ли­че­ства пре­дель­ной энер­гии, ко­то­рую мо­жет вос­про­из­во­дить до­пол­ни­тель­ная же­ле­за. Сто­ит под­ме­тить, что у каж­до­го допа свой пре­дел энер­гии, как и вре­мя ее есте­ствен­но­го вос­ста­нов­ле­ния.

***

Что­бы до­брать­ся до уни­вер­си­те­та, нуж­но было прой­ти пеш­ком пару ки­ло­мет­ров тем­ны­ми дво­ра­ми до са­мо­го подъ­ем­ни­ка. От­ту­да на элек­трич­ке пол­ча­са ехать до ма­ло­го цен­тра го­ро­да и ещё пеш­ком око­ло ки­ло­мет­ра до са­мо­го уни­вер­си­те­та «Зе­лё­ная Ис­кра». И я бла­го­да­ри­ла все ис­кры за то, что этот еже­днев­ный по­ход се­год­ня ста­нет по­след­ним.

По до­ро­ге к подъ­ем­ни­ку я встре­ти­ла свою дав­нюю по­дру­гу — тетю Иру. Мы ча­сто си­де­ли под кры­шей ста­ро­го бара и бол­та­ли обо всем на све­те. Она, ра­дост­но улы­ба­ясь, по­же­ла­ла мне уда­чи. Я об­ня­ла ее, про себя от­ме­тив, как силь­но она по­ху­де­ла.

Сей­час в ее се­мье непро­стые вре­ме­на. Мужу от­ка­за­ли в по­со­бии по ин­ва­лид­но­сти. Ра­бо­тать он не мо­жет. А тетя Ира в силу сво­е­го воз­рас­та не мо­жет ра­бо­тать боль­ше, чем ра­бо­та­ет. Она у нас един­ствен­ный врач во всем Овра­ге. Бра­лась чуть ли не за са­мые тя­жё­лые слу­чаи, на­сколь­ко поз­во­ля­ли зна­ния, обо­ру­до­ва­ние и вы­де­ля­е­мые боль­ни­це ме­ди­ка­мен­ты. Хотя это по­лу­раз­ру­шен­ное ма­лень­кое зда­ние так и на­звать нель­зя.

Мно­гие зна­ния я пе­ре­ня­ла имен­но у нее, ко­гда про­хо­ди­ла прак­ти­ку в этой боль­ни­це. Мне уда­лось уви­деть столь­ко тру­пов, сколь­ко мож­но уви­деть толь­ко в Пу­сто­ши.

***

На се­го­дняш­ний день су­ще­ству­ет 5 ти­пов ис­кры:

Крас­ная или Кро­ва­вая ис­кра.

Вы­ми­ра­ю­щий тип, из­вест­ный нам толь­ко из на­уч­ных ста­тей, на­пи­сан­ных для об­ще­го изу­че­ния энер­гии до­пов.

Опи­са­ние этой спо­соб­но­сти зву­чит все­гда так: кон­троль над те­лом и всем его со­дер­жи­мым.

Та­рон Зи­лит­ский, вы­да­ю­щий­ся, но ныне по­кой­ный ис­сле­до­ва­тель пре­де­ла воз­мож­но­стей внед­рен­но­го ор­га­на, по­сле­до­ва­тель идей Алек­сандра Шар­ко­ва, в сво­их за­мет­ках пи­сал: «Хо­тя ка­жет­ся, что эта спо­соб­ность иде­аль­на для вой­ны, управ­лять этой си­лой слож­нее, чем осталь­ны­ми. У неко­то­рых пред­ста­ви­те­лей это­го типа ис­кры ухо­дит вся жизнь, что­бы на­учить­ся управ­лять чу­жим те­лом, и годы, что­бы в по­ры­ве гне­ва не взо­рвать чью-то, а воз­мож­но даже свою го­ло­ву».

Из ис­то­рии:

«Во вре­мя ис­пы­та­ний но­вой силы Крас­ная ис­кра по­ка­за­ла себя крайне агрес­сив­но, и Со­вет стал пе­ре­жи­вать за без­опас­ность на­се­ле­ния. За­ча­сти­ли слу­чаи убийств по неосто­рож­но­сти, обыч­но в пылу ссо­ры. А так­же про­ис­хо­ди­ли ча­стые са­мо­убий­ства в по­пыт­ках со­вла­дать с соб­ствен­ны­ми си­ла­ми. Спо­со­бов кон­тро­ля энер­гии на тот мо­мент ещё не было. То­гда Со­вет при­нял ре­ше­ние ис­тре­бить боль­шую часть вла­дель­цев этой ис­кры, что­бы ис­клю­чить их стре­ми­тель­ное раз­мно­же­ние. Даже сей­час Со­вет опа­са­ет­ся раз­во­дить «кро­ва­во­е» потом­ство и стро­го кон­тро­ли­ру­ет их по­пу­ля­ци­ю».

На са­мом деле ни­кто не слы­шал о них уже мно­го лет в пре­де­лах Ис­кры. Од­на­ко, если ве­рить слу­хам, их сей­час мож­но встре­тить в каж­дом во­ен­ном по­се­ле­нии в пу­сто­ши.

Но­во­сти с по­лей до нас до­хо­дят уже об­ра­бо­тан­ны­ми. Мно­гие вещи оста­ют­ся за­сек­ре­чен­ны­ми. Боль­шую их часть люди до­ду­мы­ва­ют сами.

Недав­но, на­при­мер, про­шел слух, что в стране ало­и­дов на­ча­лась граж­дан­ская вой­на. Буд­то их Ко­ро­ле­ва уже ста­ра и по­те­ря­ла спо­соб­ность к раз­мно­же­нию, и к вла­сти стре­мит­ся но­вая мо­ло­дая Мат­ка. Но ны­неш­няя Ко­ро­ле­ва ухо­дить с по­ста не же­ла­ет, что раз­де­ли­ло на­род на два ла­ге­ря.

Так­же го­во­рят, что по при­ка­зу мо­ло­дой Мат­ки во­ен­ные ла­ге­ря на­вод­ни­ли Кро­ва­вые допы, яко­бы для уси­ле­ния во­ен­ной мощи.

Ка­мен­ная ис­кра.

Поз­во­ля­ет вла­дель­цу ме­нять фор­му кам­ня, воз­во­дить из него сте­ны и даже де­лать из кам­ня бро­ню. Они крайне вы­нос­ли­вы, и их фи­зи­че­ская сила пре­вос­хо­дит силу лю­бо­го дру­го­го допа.

Наи­выс­шее про­яв­ле­ние этой силы за­клю­ча­ет­ся в со­зда­нии ка­мен­ной по­ро­ды из соб­ствен­ной ис­кры, а не в ис­поль­зо­ва­нии го­то­во­го ре­сур­са.

На дан­ный мо­мент боль­ше все­го об­ла­да­те­лей имен­но это­го типа ис­кры.

Если хотя бы один из ро­ди­те­лей об­ла­да­ет этим ти­пом ис­кры, то со сто­про­цент­ной ве­ро­ят­но­стью их ре­бе­нок тоже бу­дет ка­мен­щи­ком.

Ог­нен­ная ис­кра или ис­кра «Вспыш­ка».

Об­ла­да­тель ис­кры «Вспыш­ка» мо­жет управ­лять ог­нем и за­став­лять го­реть свое тело без угро­зы для сво­ей жиз­ни. До­ста­точ­но ред­кая спо­соб­ность. Оба ро­ди­те­ля обя­за­ны об­ла­дать этой си­лой, что­бы по­лу­чить та­ко­го же об­ла­да­те­ля этой спо­соб­но­сти. Од­на­ко чаще все­го у та­ких пар рож­да­ют­ся де­воч­ки.

Вла­дель­цы этой ис­кры очень ча­сто стра­да­ют па­ни­че­ски­ми ата­ка­ми. Пси­хо­ло­ги счи­та­ют, что это свя­за­но с ин­стинк­том са­мо­со­хра­не­ния. Вполне нор­маль­но бо­ять­ся огня, этот страх в че­ло­ве­че­ской при­ро­де.

Кон­троль над этой си­лой да­ет­ся непро­сто. Еще слож­нее не вы­звать пла­мя, а за­ста­вить его по­тух­нуть.

Каж­дый Ог­нен­ный доп сто­ит на уче­те у пси­хи­ат­ра, так как и ма­ло­го огня до­ста­точ­но для со­зда­ния по­жа­ра. А сдер­жи­вать ис­кру пол­но­стью в пре­де­лах стра­ны счи­та­ет­ся на­ру­ше­ни­ем прав допа на по­лу­че­ние спе­ци­аль­но­го об­ра­зо­ва­ния и под­го­тов­ку к во­ен­ным дей­стви­ям.

Гро­зо­вая ис­кра.

Она мо­жет про­яв­лять­ся в виде мол­нии, до­ждя или вет­ра. Мо­жет быть ра­зя­щей или мас­ки­ро­воч­ной. Все за­ви­сит от того, ка­кое на­прав­ле­ние вы­бе­рет сам доп. Он мо­жет со­зда­вать мол­нии и ве­тер из соб­ствен­ной ис­кры, а при боль­шом за­па­се энер­гии мо­жет на­учить­ся на­го­нять тучи и при­зы­вать гро­зу, дождь, вет­ря­ные вих­ри.

Вто­рая по по­пу­ляр­но­сти спо­соб­ность по­сле ка­мен­щи­ков. Хотя рож­да­ют­ся они не чаще Ог­нен­ных, но по­пу­ля­ция Гро­зо­вых до­пов была спе­ци­аль­но уве­ли­че­на с по­мо­щью ис­кус­ствен­но­го ин­ку­ба­то­ра. Они, как и ка­мен­щи­ки, крайне по­лез­ны как в во­ен­ной струк­ту­ре, так и для под­дер­жа­ния неко­то­рых струк­тур в стране. На­при­мер, для под­дер­жа­ния по­год­ных усло­вий: под ку­по­лом очень важ­но со­хра­нять опре­де­лен­ный кли­мат.

Зе­ле­ная ис­кра.

Эта сила свя­за­на с жиз­нью. Пред­по­ла­га­ет­ся, что ее об­ла­да­тель спо­со­бен ожи­вить нежи­вое. И хотя мно­гие за­пи­си в биб­лио­те­ке но­вой ис­то­рии под­твер­жда­ют та­кие слу­чаи, сей­час сила лю­бой ис­кры не спо­соб­на на та­кие мас­штаб­ные дей­ствия, как око­ло сот­ни лет на­зад. Но допы на­хо­дят все но­вые и но­вые спо­со­бы, ко­то­рые по­мо­га­ют уси­лить энер­гию и обой­ти во­прос пре­де­ла.

Зе­ле­ная ис­кра — ред­кая и са­мая цен­ная на се­го­дняш­ний день сила. При­чи­на тому не толь­ко в том, что до­стой­но­го до­пвра­ча днем с ог­нем не сы­щешь, но и в их необ­хо­ди­мо­сти в ны­неш­нем по­ло­же­нии дел в мире.

Об­ла­да­те­лей искр, сра­жа­ю­щих­ся за наше бу­ду­щее в пу­сто­ши, при се­рьез­ном ра­не­нии, на­не­сен­ном по­то­ком вра­га, обыч­ный ме­дик спа­сти не в си­лах. К со­жа­ле­нию, наши то­ва­ри­щи гиб­нут в боль­шом ко­ли­че­стве, и при­чи­на тому — нера­вен­ство сил. Что­бы уве­ли­чить их шан­сы на вы­жи­ва­ние, допы с Зе­ле­ной ис­крой про­сто необ­хо­ди­мы на поле боя.

Если го­во­рить о том, по­че­му эта спо­соб­ность яв­ля­ет­ся ред­ким да­ром, то это од­но­знач­но во­прос ге­не­ти­ки. Эта сила из­на­чаль­но была по­лу­че­на не тем же пу­тем, что и осталь­ные. Ее вы­ве­ли пу­тем скре­щи­ва­ния двух раз­ных рас. Это про­изо­шло на годы поз­же того, как Шар­ков со­здал пер­вых до­пов пу­тем внед­ре­ния же­ле­зы и гена.

На пути к со­зда­нию Зе­ле­ных до­пов и сей­час сто­ит мно­же­ство пре­пят­ствий.

Нач­нем с того, что вы­но­сить и ро­дить здо­ро­во­го допа с лю­бой ис­крой, кро­ме Зе­ле­ной, спо­со­бен толь­ко доп. Так­же су­ще­ству­ет эти­че­ская ди­лем­ма: допы, или до­пол­нен­ные люди, во­об­ще не счи­та­ют­ся людь­ми, раз­ве что на­зы­ва­ют­ся так. Сме­ше­ние обыч­ных и необыч­ных лю­дей счи­та­ет­ся не толь­ко непра­виль­ным, но и опас­ным, и мо­жет быть смер­тель­ным для обыч­но­го че­ло­ве­ка, осо­бен­но если в этой паре обыч­ная — жен­щи­на. Та­кие со­ю­зы вы­зы­ва­ют в об­ще­стве вол­не­ния.

До­ка­зать чи­сто­ту на­ме­ре­ний для та­кой пары крайне слож­но, про­ще сдать­ся и не идти про­тив те­че­ния. Но если все же по­шел про­тив, то здесь на по­мощь допу при­хо­дит обя­за­тель­ное за­клю­че­ние до­го­во­ра «о нестан­дарт­ных от­но­ше­ни­ях». Плюс до­го­во­ра в том, что сто­ро­на, не об­ла­да­ю­щая энер­ги­ей ис­кры, под­пи­сы­ва­ет со­гла­сие на эти от­но­ше­ния, тем са­мым сни­мая со сво­е­го спут­ни­ка жиз­ни от­вет­ствен­ность за воз­мож­ное при­чи­не­ние по­вре­жде­ний и даже непред­на­ме­рен­ное убий­ство. Но есть и ми­нус: ста­тус дан­ной се­мьи па­да­ет до ми­ни­му­ма, и это ли­ша­ет их мно­гих воз­мож­но­стей, ка­са­ю­щих­ся ра­бо­ты и об­ра­зо­ва­ния.

Ис­клю­че­ни­ем из мо­раль­но­го гне­та об­ще­ствен­но­сти и неодоб­ре­ния со сто­ро­ны Со­ве­та яв­ля­ют­ся пары, со­сто­я­щие из муж­чи­ны — об­ла­да­те­ля Зе­ле­ной ис­кры — и жен­щи­ны без осо­бых спо­соб­но­стей. Од­на­ко есть обя­за­тель­ное усло­вие: це­лью дан­но­го со­ю­за долж­но быть за­ча­тие потом­ства. Та­кой союз так­же дол­жен быть за­щи­щен до­го­во­ром «о неста­надцат­ных от­но­ше­ни­ях».

Зе­ле­ная ис­кра пе­ре­да­ет­ся толь­ко по муж­ской ли­нии. До­пвра­чи жен­ско­го пола, как пра­ви­ло, бес­плод­ны. И что­бы по­лу­чить потом­ство, об­ла­да­ю­щее Зе­ле­ной энер­ги­ей, вто­рой ро­ди­тель не дол­жен быть обре­ме­нен ка­кой-либо си­лой. Од­на­ко ве­ро­ят­ность того, что жен­щи­на без спо­соб­но­стей смо­жет вы­но­сить необыч­но­го ре­бен­ка, крайне мала. Обыч­но плод по­ги­ба­ет на 21-й неде­ле. Но даже если это­го не про­ис­хо­дит, на про­тя­же­нии все­го сро­ка мать ста­но­вит­ся при­корм­кой для пло­да. Ча­сто, при­мер­но на 32-й неде­ле, мать уми­ра­ет. Ве­ро­ят­ность того, что плод в та­ком слу­чае вы­жи­ва­ет, так­же невы­со­ка.

Од­на­ко уче­ные на­шли одно ре­ше­ние этой про­бле­мы: ис­кус­ствен­ный ин­ку­ба­тор. Прав­да, они до сих пор не мо­гут по­нять, по­че­му у де­тей, рож­ден­ных в та­ких усло­ви­ях, ис­кра мно­го те­ря­ет в пре­дель­ной энер­гии. И за­ча­стую та­кие дети во­все не спо­соб­ны ее ис­поль­зо­вать. Хо­ро­шие об­раз­цы по­па­да­ют к вли­я­тель­ным ро­ди­те­лям до вос­тре­бо­ва­ния. Ино­гда им даже уда­ет­ся остать­ся в стране, ко­гда под­хо­дит их срок служ­бы.

В ред­ких слу­ча­ях, ко­гда ро­ди­те­ли все же идут на жерт­ву и ре­ша­ют­ся за­ве­сти потом­ство есте­ствен­ным пу­тем, на про­тя­же­нии всей бе­ре­мен­но­сти жен­щи­на на­хо­дит­ся в ста­ци­о­на­ре под по­сто­ян­ным на­блю­де­ни­ем вра­чей. Ино­гда у них все же по­лу­ча­ет­ся ро­дить здо­ро­вое потом­ство и даже вы­жить по­сле ро­дов. Ста­тус та­кой се­мьи сра­зу по­вы­ша­ет­ся, и до кон­ца жиз­ни им боль­ше не при­хо­дит­ся ни в чем нуж­дать­ся. Та­ких де­тей стра­на пред­по­чи­та­ет остав­лять себе: они учат­ся в элит­ных за­ве­де­ни­ях и по­лу­ча­ют луч­шие ра­бо­чие ме­ста. А мы их на­зы­ва­ем «ма­жо­ры».

Зе­лё­ная ис­кра крайне слож­на в ис­поль­зо­ва­нии. В от­ли­чие от дру­гих че­ты­рех ти­пов, этот ни­как не свя­зан с эмо­ци­о­наль­ным фо­ном. Ей нель­зя поль­зо­вать­ся по на­и­тию, и при­ме­нять эту силу поз­во­ле­но толь­ко по­сле про­хож­де­ния спе­ци­аль­ных кур­сов. А что­бы по­лу­чить ли­цен­зию для ра­бо­ты в боль­ни­це или на­уч­ном цен­тре, необ­хо­ди­мо от­учить­ся шесть лет в выс­шем учеб­ном за­ве­де­нии.

***

Про­хо­дя мимо бес­плат­ной сто­ло­вой для бед­ня­ков, где все­гда пах­ло кис­лы­ми овощ­ны­ми ку­би­ка­ми, я за­ме­ти­ла Мишу.

Ма­лень­ко­му Мише все­го 5 лет, но он уже име­ет свой за­ра­бо­ток: уби­ра­ет му­сор и моет сто­лы в мест­ном баре на­про­тив сто­ло­вой.

За­ме­тив меня, он рез­во за­ма­хал ру­кой, за­ма­ни­вая про­пу­стить ста­кан­чик неза­кон­но­го са­мо­го­на мест­но­го про­из­вод­ства. Я, улы­ба­ясь, по­мо­та­ла го­ло­вой в знак от­ка­за. Он сер­ди­то на­хму­рил­ся и по­ка­зал мне язык. Я лишь рас­сме­я­лась в от­вет.

Его отец — за­все­гда­тай в этом са­мом баре, а мать Миша дав­но по­те­рял. Тетя Ира рас­ска­зы­ва­ла, что она со­шла с ума и во­ткну­ла себе в глаз спи­цу от су­шил­ки для одеж­ды. Еще одна жерт­ва обя­за­тель­ной во­ен­ной служ­бы.

Ржа­вый подъ­ем­ник с от­кры­той ка­би­ной, как обыч­но, воз­му­щён­но скри­пел, под­ни­мая меня на­верх. Каж­дый раз я нерв­но пе­ре­би­ра­ла во­ло­сы, ста­ра­ясь не смот­реть вниз. На меня на­ка­ты­ва­ла па­ни­ка, и вспо­ми­нал­ся страш­ный слу­чай из мо­е­го дет­ства.

***

Это слу­чи­лось пят­на­дцать лет на­зад. Мест­ная боль­ни­ца об­слу­жи­ва­ла наш при­ют «Лу­чик све­та», за ми­лым на­зва­ни­ем ко­то­ро­го пря­та­лась, ско­рее, дет­ская стро­гая зона с от­дель­ной пы­точ­ной ка­ме­рой. Раз в год нас всем ско­пом во­ди­ли в эту боль­ни­цу — уже то­гда это зда­ние вы­гля­де­ло как боль­шой са­рай — на об­сле­до­ва­ние. Нянь­ки «ми­ло» на­зы­ва­ли это со­бы­тие «з­ве­ри­нец на вы­ез­де». Они ни­ко­гда осо­бо не сле­ди­ли за нами, не де­ла­ли пе­ре­клич­ку, не све­ря­лись с ко­ли­че­ством под­опеч­ных в сво­ем спис­ке. Это было ни к чему: дети «стро­гой зо­ны» вос­пи­ты­ва­лись со­от­вет­ствен­но. По­это­му «з­ве­ри­нец на вы­ез­де» для неко­то­рых из нас был лю­би­мым со­бы­ти­ем. Ре­бя­та по­стар­ше пер­вы­ми про­хо­ди­ли осмотр, а по­том сбе­га­ли в ка­кой-ни­будь двор, что­бы ку­пить «тра­вы» и на­ку­рить­ся. А уж най­ти сие со­кро­ви­ще в Овра­ге и сей­час мож­но на каж­дом углу.

В этот раз я тоже ока­за­лась в чис­ле пер­вых, кого осмот­ре­ли, и впер­вые сбе­жа­ла из-под над­зо­ра — одно на­зва­ние — ня­нек. Я не со­би­ра­лась ку­рить со стар­ши­ми: меня бы и не взя­ли. Я хо­те­ла лишь сво­бод­но про­гу­лять­ся по окрест­но­стям. До это­го мо­мен­та я зна­ла и ви­де­ла толь­ко те ме­ста, ко­то­рые нам было поз­во­ле­но по­се­щать. Но до две­на­дца­ти лет млад­шая шко­ла была в са­мом при­юте, так что вы­хо­дить из дет­до­ма не тре­бо­ва­лось, а зна­чит, за­пре­ща­лось.

Овраг все­гда был той еще ды­рой, но то­гда это ме­сто по­ка­за­лось мне вол­шеб­ным. Дети сво­бод­но бе­га­ли по ули­цам, пока их мамы раз­ве­ши­ва­ли мокрое бе­лье на ве­рев­ки, а отцы на­ди­ра­лись у мест­но­го бара уже с утра по­рань­ше. Ста­руш­ки гром­ко от­чи­ты­ва­ли мест­ную шпа­ну, сидя на ска­мей­ках це­лы­ми ста­я­ми. Ка­за­лось, что все де­ла­ли толь­ко то, что хо­те­ли. И каж­дый двор был ожив­лен и ве­сел. В воз­ду­хе пах­ло сво­бо­дой.

Я до­шла до подъ­ем­ни­ка, у ко­то­ро­го со­бра­лась боль­шая оче­редь. Пе­ре­до мной вы­рос­ла огром­ная до­ща­тая сте­на бор­до­во­го цве­та. От­сю­да мы при­шли, спус­ка­лись на этом боль­шом скри­пу­чем лиф­те без ка­би­ны. Я по­смот­ре­ла по сто­ро­нам, ища гла­за­ми, где за­кан­чи­ва­ет­ся эта сте­на. Ока­за­лось, что она идет по кру­гу, то скры­ва­ясь за до­ма­ми, то вы­гля­ды­вая из-за них. Бли­же к дру­го­му кон­цу Овра­га она ста­но­вит­ся ниже, и на про­ти­во­по­лож­ной сто­роне ее уже и не было вид­но. По­сле пе­ре­ез­да в это ме­сто я узна­ла, что на про­ти­во­по­лож­ном от подъ­ем­ни­ка кон­це вы­рыт пе­ше­ход­ный тон­нель, ве­ду­щий к Верх­не­му го­ро­ду, по­то­му что подъ­ем там на­мно­го мень­ше.

Я смот­ре­ла и смот­ре­ла, как подъ­ем­ник, пол­ный лю­дей, под­ни­ма­ет­ся вверх, а за­тем пу­стой спус­ка­ет­ся вниз. Лица лю­дей были хму­ры­ми и устав­ши­ми. Ка­кой-то му­жик зев­нул, и вот уже все зе­ва­ли, даже я. «На­вер­ное, тя­же­ло быть взрос­лы­м», — ре­ши­ла я. Вот в лифт сно­ва на­би­лась тол­па на­ро­да. Я по­ду­ма­ла: «Как же эта шту­ка вы­дер­жи­ва­ет та­кую на­груз­ку из раза в раз?»

Сре­ди боль­шой тол­пы я за­ме­ти­ла ма­лень­кую де­воч­ку. Она сто­я­ла у са­мых пе­рил и за­чем-то на­ги­ба­лась, буд­то же­лая по­до­брать упав­шую вещь. Но подъ­ем­ник за­скри­пел и на­чал ле­ни­во под­ни­мать­ся. Де­воч­ка вскрик­ну­ла, ко­гда ее нож­ка со­скольз­ну­ла с края, и она оста­лась в неустой­чи­вом по­ло­же­нии. От­ча­ян­но пы­та­ясь под­тя­нуть­ся, она цеп­ля­лась за пе­ри­ла изо всех сил. Но подъ­ем­ник уско­рил­ся, и по­чти у са­мо­го вер­ха его силь­но дер­ну­ло. Де­воч­ка на моих гла­зах про­ле­те­ла под пе­ри­ла­ми и с боль­шой вы­со­ты упа­ла на зем­лю.

Люди аха­ли и вы­ти­ра­ли свою одеж­ду плат­ка­ми. Но ни­кто из них не дви­нул­ся с ме­ста, что­бы узнать, как она. Ни­кто не пла­кал и не звал вра­ча. А ко­гда она па­да­ла, ни­кто не по­пы­тал­ся схва­тить ее. Слов­но это было не их дело.

Я сто­я­ла вни­зу и не мог­ла от­ве­сти взгляд от ее непо­движ­но­го тела. Она ле­жа­ла ли­цом вниз, а под ней рас­те­ка­лась лужа крас­ной жид­ко­сти. На мое лицо по­па­ли ее брыз­ги. Я за­пла­ка­ла, и люди по­вер­ну­лись ко мне, недо­воль­но хму­ря лица. Кто-то крик­нул:

— По­зо­ви­те сто­ро­жа! Дол­го мы долж­ны на это смот­реть?! Ре­бе­нок пла­чет!

То­гда я не по­ни­ма­ла, по­че­му ни­кто не по­мог ей, не схва­тил и не за­та­щил об­рат­но, объ­яс­нив, что так нель­зя.

Те­перь я знаю.

Ро­ди­те­ли де­воч­ки были про­те­стан­та­ми, ко­то­рых рас­кры­ли и вы­швыр­ну­ли из стра­ны. По­сле та­ко­го де­воч­ке не было по­ло­же­но жи­лье и даже бес­плат­ная еда. И ни­кто не стал бы по­мо­гать ей, но ни­кто не стал бы и ма­рать руки, уби­вая ре­бен­ка. Будь она на де­сять лет стар­ше, от­пра­ви­лась бы вслед за ро­ди­те­ля­ми.

Хо­чет­ся ве­рить в спра­вед­ли­вость, ра­вен­ство и прин­ци­пы, о ко­то­рых кри­чат нам из каж­дой боч­ки. Но, по прав­де го­во­ря, не будь та де­воч­ка «до­по­м», что бы ни сде­ла­ли ее ро­ди­те­ли, о ней бы по­за­бо­ти­лись. Воз­мож­но, и были люди в Овра­ге, ко­то­рые про­яв­ля­ли к ней за­бо­ту. Воз­мож­но, она даже не была без­дом­ной, и кто-ни­будь при­ютил де­воч­ку у себя. Од­на­ко в тот день на этом скри­пу­чем подъ­ем­ни­ке хо­ро­ших лю­дей не ока­за­лось.

«Как не рас­те­рять все че­ло­ве­че­ское, су­ще­ствуя в та­ком мире?» — на­зой­ли­вый во­прос, что тре­во­жит меня каж­дый раз, ко­гда я слы­шу этот скрип.

***

Если бы меня спро­си­ли, по­че­му я, бу­дучи цен­ным кад­ром, про­зя­баю на дне Овра­га, я бы от­ве­ти­ла: «Все про­сто. Я зуб­рил­ка, мно­го знаю, ис­то­рия — мой ко­нек. В тео­рии я бы мог­ла вер­нуть че­ло­ве­ка с того све­та, а вот на прак­ти­ке… Я про­сто ин­ва­лид. Ре­бе­нок из про­бир­ки, и моя пре­дель­ная энер­гия на­столь­ко мала, что, даже за­ши­вая рану зе­ле­ной иг­лой, я вы­жи­маю себя до пре­де­ла. Мне по­мо­га­ют уси­ли­те­ли: тра­вы, цве­ты, кор­ни — все это ак­ти­ва­то­ры для це­ле­на­прав­лен­но­го ле­че­ния. Бла­го­да­ря тому, что я мно­го знаю о них, я могу их уме­ло ис­поль­зо­вать, и толь­ко так справ­ля­юсь с по­став­лен­ной за­да­чей».

Та­ких, как я, хва­та­ет. Нас ред­ко бе­рут в рас­чет, ко­гда дело ка­са­ет­ся об­ра­зо­ва­ния и ра­бо­ты. Нас про­сто вы­ки­ды­ва­ют за пре­де­лы ку­по­ла, ко­гда под­хо­дит срок служ­бы, и не ждут, что мы вер­нем­ся.

Со служ­бы ред­ко воз­вра­ща­ют­ся, еще реже воз­вра­ща­ют­ся це­лы­ми. Пять лет в ядо­ви­той зоне, что на­хо­дит­ся там, за ку­по­лом Ис­кры, при­во­дят к необ­ра­ти­мым по­след­стви­ям. Бло­ка­то­ры, что ста­вят во­ен­ным при вы­ез­де из стра­ны, не спа­са­ют пол­но­стью. По воз­вра­ще­нии жить мож­но, при­ни­мая спе­ци­аль­ные пре­па­ра­ты, ко­то­рые они не мо­гут себе поз­во­лить, по­то­му что не спо­соб­ны ра­бо­тать, а по­со­бия для ве­те­ра­нов, коих немно­го, ни­чтож­но малы.

Пре­па­ра­ты мо­гут вы­иг­рать еще лет пят­на­дцать к пяти остав­шим­ся. В Пу­сто­ши мож­но про­жить де­сять лет при ре­гу­ляр­ном упо­треб­ле­нии вос­ста­нав­ли­ва­ю­щих на­сто­ек. По­то­му есть та­кие, кто про­сто оста­ет­ся там, по­ни­мая, что и здесь их ни­че­го не ждет. Ко­неч­но, каж­дый ухо­дит с на­деж­дой вер­нуть­ся об­рат­но к род­ным. Но в ито­ге все осо­зна­ют, что, вер­нув­шись, ста­нут для них обу­зой. Они ока­зы­ва­ют­ся в та­ких ме­стах, как наш Овраг, и ча­сто про­сто кон­ча­ют с со­бой.

***

Каж­дый доп спо­со­бен рас­крыть свои силы по-раз­но­му. Ис­кра для нас — неотъ­ем­ле­мая часть на­шей сущ­но­сти, слов­но ше­стое чув­ство или ещё одна си­сте­ма кро­во­об­ра­ще­ния. Ка­жет­ся, что если обуз­дать её, то мож­но стать со­всем дру­гим су­ще­ством и жить не в стра­хе, а в гар­мо­нии с ми­ром, если бы пе­ред нами не сто­я­ла одна важ­ная за­да­ча — вы­жи­ва­ние.

Од­на­ко ис­поль­зо­вать силу в пре­де­лах стра­ны мож­но лишь по необ­хо­ди­мо­сти: на ра­бо­те или учё­бе. Её пре­дел силь­но огра­ни­чен спе­ци­аль­ным ошей­ни­ком, ко­то­рый но­сит каж­дый об­ла­да­тель спо­соб­но­стей. Ошей­ник счи­ты­ва­ет энер­гию и бло­ки­ру­ет по­ток, если ис­поль­зу­ешь её выше до­пу­сти­мой нор­мы. И я слы­ша­ла от сво­е­го дру­га, что про­це­ду­ра весь­ма бо­лез­нен­ная.

"Од­наж­ды он на прак­ти­ке слег­ка не рас­счи­тал силы, спа­сая не на­сто­я­ще­го па­ци­ен­та. Он так за­тряс­ся, слов­но его мол­нией по­ра­зи­ло, и ско­ва­ло всё тело. По­сле это­го он це­лых пол­ча­са ле­жал в от­ключ­ке".

Так­же ошей­ник счи­ты­ва­ет на­ме­ре­ния допа. Он спо­со­бен даже убить, если тот ре­шит по­пы­тать­ся на­вре­дить кому-либо с по­мо­щью сво­их спо­соб­но­стей. А если дело ка­са­ет­ся обыч­ных лю­дей, то не при­ем­лит­ся даже фи­зи­че­ская агрес­сия без при­ме­не­ния ис­кры.

Ошей­ник невоз­мож­но снять са­мо­сто­я­тель­но — чре­ва­то мгно­вен­ной смер­тью. Его на­ра­щи­ва­ют при необ­хо­ди­мо­сти в лю­бой кли­ни­ке лю­бо­го го­ро­да. Пред­став­ля­ет со­бой тон­кий ме­тал­ли­че­ский об­руч с пла­сти­ко­вым ин­ди­ка­то­ром. Ко­гда он го­рит зе­лё­ным, всё в по­ряд­ке, но если за­го­рит­ся крас­ным — вклю­ча­ет­ся бло­ки­ра­тор по­то­ка.

***

Наш но­вый мир по­стро­ен на прин­ци­пах ре­пу­та­ции и пре­дан­но­сти об­ще­му делу. В нем не пред­по­ла­га­ет­ся ком­про­мис­сов или вы­бо­ра — толь­ко за­по­ве­ди, еди­ные для всех.

Неко­то­рые из них пре­дель­но ясны. К при­ме­ру, несколь­ко за­по­ве­дей, пред­по­ла­га­ю­щих стро­гое на­ка­за­ние:

3. Лю­бые ре­ли­ги­оз­ные куль­ты внут­ри стра­ны за­пре­ще­ны. Есть толь­ко одна вера — вера в Се­ме­рых. Ере­ти­ки, от­ступ­ни­ки и про­те­стан­ты ка­ра­ют­ся выс­шей ме­рой на­ка­за­ния.

Или несколь­ко за­по­ве­дей, пред­по­ла­га­ю­щих лег­кое на­ка­за­ние:

Так­же есть за­по­ве­ди поз­во­ля­ю­щие:

Есть и при­ви­ле­ги­ро­ван­ные за­по­ве­ди. Они ка­са­ют­ся лю­дей с вы­со­кой ре­пу­та­ци­ей. Про­ще ска­зать, что им за­пре­ще­но, чем пе­ре­чис­лить все, что им мож­но.

Впро­чем, это были лишь про­стые и по­нят­ные при­ме­ры. Есть та­кие, ко­то­рые объ­яс­нить мо­гут лишь те, кто их пи­сал. На­при­мер:

Сто­ит ска­зать, что гу­лять мож­но толь­ко в немно­го­чис­лен­ных ма­лень­ких пар­ках.

Су­ще­ству­ют так­же та­кие за­по­ве­ди, ко­то­рые пре­дель­но ясны, но так же пре­дель­но неспра­вед­ли­вы. На­при­мер:

- Нель­зя вы­ра­жать несо­гла­сие с ре­ше­ни­ем Со­ве­та или лю­бы­ми спо­со­ба­ми аги­ти­ро­вать лю­дей на несо­гла­сие.

Так вы­гля­дит за­прет на сво­бо­ду сло­ва. Так вы­гля­дит дик­та­ту­ра. Кста­ти, за на­ру­ше­ние этой за­по­ве­ди по­ло­же­на выс­шая мера на­ка­за­ния — по­жиз­нен­ный во­ен­ный би­лет. Даже обыч­ные люди пе­ред ней бес­силь­ны. Их так­же вы­бра­сы­ва­ют в пу­стошь, хоть во­ен­ная служ­ба их ни­как не ка­са­ет­ся. Что про­ис­хо­дит с ними там, ни­кто не рас­ска­зы­ва­ет.

Со­ве­том на­зы­ва­ют до­пов и лю­дей, сто­я­щих во гла­ве ка­ких-либо струк­тур в стране. Есть ма­лые со­вет­ни­ки, ко­то­рые непо­сред­ствен­но ве­дут эти струк­ту­ры: управ­ля­ют пред­при­я­ти­я­ми, чис­лят­ся в су­дей­ской кол­ле­гии или воз­глав­ля­ют во­ен­ные сфе­ры. Они де­лят­ся на пер­вых, вто­рых и тре­тьих по зна­чи­мо­сти. Про­сты­ми сло­ва­ми, они управ­лен­цы с вы­со­кой ре­пу­та­ци­ей.

Так­же есть Боль­шой Со­вет. Его пред­ста­ви­те­лей все­го семь, как и на­ших от­цов-ос­но­ва­те­лей. Че­рез них про­хо­дит весь Ма­лый Со­вет, и толь­ко с их одоб­ре­ния де­ла­ет­ся что-либо в стране.

***

Стан­ция встре­ти­ла меня сво­ей про­хла­дой. Ни души се­год­ня не было в ожи­да­нии элек­трич­ки. Мяг­кий сол­неч­ный свет па­дал на тро­туар. Так при­ят­но было вновь уви­деть ярко-зе­ле­ное небо.

Гля­дя в окно элек­трич­ки, я в ко­то­рый раз неволь­но срав­ни­ваю два аб­со­лют­но раз­ных рай­о­на.

Уны­лые ули­цы, по­сто­ян­ная сля­коть и по­сто­ян­ный су­мрак — это то, что я вижу каж­дый день в окне ком­на­туш­ки, ко­гда хожу в ма­га­зин или то­роп­люсь к подъ­ем­ни­ку.

«Ни­ка­ко­го спирт­но­го», — гла­сит сем­на­дца­тая лег­ко­ка­ра­тель­ная за­по­ведь. Од­на­ко здесь вполне про­цве­та­ет ал­ко­голь­ный биз­нес. Худ­ший са­мо­гон из гни­лых об­рез­ков для пи­та­тель­ных ку­би­ков про­да­ют в луч­ших ноч­ных ба­рах Овра­га. К нам сле­та­ют­ся даже блю­сти­те­ли пра­во­по­ряд­ка, что­бы на­ве­сти бес­по­ряд­ки там, где о пра­ви­лах и не слы­ша­ли.

У бара сто­ят жен­щи­ны, про­да­ю­щие себя, что­бы про­жить еще один ни­чтож­ный день в за­бве­нии, от­да­ю­щие свои тела за ле­кар­ства от об­лу­че­ния. «Они же во­е­ва­ли за нас! Но кто они те­перь?»

Спра­вед­ли­вость? О ней мо­гут рас­суж­дать те, кто на­вер­ху и име­ет все воз­мож­но­сти; те, кто каж­дый день мо­жет ощу­щать теп­ло ис­кус­ствен­но­го солн­ца. Ни­кто не ищет урод­ство, ко­гда во­круг та­кая кра­со­та.

И что же я вижу, гля­дя в окно элек­трич­ки?

Вы­со­кие зда­ния, буд­то сде­лан­ные из стек­ла. Их окна от­ра­жа­ют сол­неч­ный свет, ко­то­ро­го так недо­ста­ёт там, вни­зу. В этом го­ро­де свет­ло даже но­чью. Яр­кие вы­вес­ки, раз­ве­шан­ные по­всю­ду, за­ма­ни­ва­ли сво­им све­че­ни­ем и ми­га­ни­ем ту­ри­стов из мел­ких го­ро­дов, где, кро­ме пары ма­га­зи­нов, не было ни­ка­ких мест для об­ще­ния.

Са­мый бо­га­тый го­род стра­ны и од­но­вре­мен­но са­мый бед­ный. Он удив­ля­ет сво­ей зе­лё­ной рас­ти­тель­но­стью, ко­то­рой по­чти не оста­лось на це­лой пла­не­те, и по­ра­жа­ет раз­ру­хой на дне овра­га, где тоже жи­вут люди, за­бы­тые все­ми, уми­ра­ю­щие в оди­но­че­стве. Где жи­вут ста­ри­ки, су­мев­шие вер­нуть­ся с вой­ны, и та­кие, как я, дет­до­мов­ские, ко­то­рым ещё пред­сто­ит прой­ти че­рез боль и на­сто­я­щий кош­мар. Где жи­вут допы с са­мым низ­ким рей­тин­гом, ко­то­рым за­кры­ли все пути к луч­шей жиз­ни.

Го­род Воз­рож­де­ние — сто­ли­ца Ис­кры с на­се­ле­ни­ем один мил­ли­он че­ло­век. Он на­хо­дит­ся на пер­вом ме­сте по ко­ли­че­ству про­жи­ва­ю­щих до­пов. Это са­мый боль­шой го­род в стране.

Глав­ной до­сто­при­ме­ча­тель­но­стью Верх­не­го го­ро­да, ко­неч­но, яв­ля­ет­ся его зе­лё­ный парк. Там мож­но уви­деть мно­же­ство лист­вен­ных де­ре­вьев, ку­сты роз раз­ных цве­тов, ягод­ные по­ля­ны и даже пло­до­вые де­ре­вья. Та­кое в на­шей стране не встре­тишь на ули­цах. Толь­ко в спе­ци­аль­ных за­кры­тых теп­ли­цах. Пло­ды и яго­ды, ко­неч­но, тро­гать за­пре­ще­но, но даже один их вид и за­пах до­ро­го сто­ит. Ко­гда пло­ды со­зре­ва­ют, их со­би­ра­ют и от­во­зят на за­во­ды по про­из­вод­ству пи­та­тель­ных кап­сул и фрук­то­вых ку­би­ков.

В са­мом цен­тре пар­ка на­хо­дит­ся кри­сталь­ное озе­ро, ого­ро­жен­ное жи­вой из­го­ро­дью. Его на­зы­ва­ют кри­сталь­ным, по­то­му что вода в озе­ре за­ра­же­на го­лу­бым стек­лом.

Суб­стан­ция, ко­то­рую Ало­и­ды на­зы­ва­ют топ­ли­вом или ра­зум­ной маг­мой, по­па­дая в прес­ную воду, кри­стал­ли­зу­ет­ся и опус­ка­ет­ся на дно. В та­ком виде она уже не несет ядо­ви­тую опас­ность, зато несет опас­ность фи­зи­че­ско­го ха­рак­те­ра. Эти кри­стал­лы от­ра­жа­ют лю­бой, даже очень сла­бый свет. При све­те ис­кус­ствен­ной луны го­лу­бое мер­ца­ние слов­но под­ни­ма­ет­ся над во­дя­ной гла­дью и со­зда­ёт ил­лю­зор­ные узо­ры из плав­ных пе­ре­пле­та­ю­щих­ся ли­ний. И это за­во­ра­жи­ва­ет. Но если на­ру­шить спо­кой­ствие воды, по­гру­зив в нее жи­вой ор­га­низм, она в одно мгно­ве­ние пре­вра­тит­ся в твер­дый еди­ный ку­сок кри­стал­ла и не вер­нет­ся в нор­маль­ное со­сто­я­ние, пока ор­га­низм не ста­нет ее ча­стью.

К при­ме­ру, будь это че­ло­ве­че­ская рука, по­гру­жен­ная ее часть была бы мгно­вен­но ам­пу­ти­ро­ва­на. За­тем вода бы сно­ва ста­ла во­дой, а кри­стал­лы опу­сти­лись бы на дно, пол­но­стью по­гло­тив ко­неч­ность. Та­ким об­ра­зом про­па­ла вся рыба в прес­ных во­до­е­мах.

Од­на­ко эта страш­ная за­ра­за поз­во­ля­ет од­ним шуст­рым пред­при­ни­ма­те­лям хо­ро­шо за­ра­ба­ты­вать на же­ла­ю­щих про­ве­сти ро­ман­ти­че­ский ве­чер. Сей­час это са­мое до­ро­гое ме­сто в стране.

Уди­ви­тель­но так же для ту­ри­ста было бы уви­деть до­ро­ги, по ко­то­рым пе­ре­дви­га­лись элек­трич­ки. Они есть как на­зем­ные, так и воз­душ­ные. Стек­лян­ные тру­бы под са­мым ку­по­лом на­ви­са­ют над всей тер­ри­то­ри­ей го­ро­да. В них про­хо­дят элек­три­че­ские рель­сы, по ко­то­рым на вы­со­ких ско­ро­стях про­но­сят­ся по­ез­да. Они яв­ля­ют­ся един­ствен­ным транс­пор­том внут­ри го­ро­да. Элек­три­че­ство — за­слу­га на­ших Гро­зо­вых до­пов. Еще одна важ­ная струк­ту­ра, ради ко­то­рой ис­кус­ствен­но уве­ли­чи­ли их ко­ли­че­ство.

В ма­лых го­ро­дах и де­рев­нях нет во­об­ще ни­ка­ко­го транс­пор­та. В бо­лее про­грес­сив­ных и до­ста­точ­но боль­ших го­ро­дах есть элек­тро­так­си. Рань­ше у нас тоже были та­кие. Эти ма­ши­ны с низ­ким уров­нем без­опас­но­сти. Ими управ­лял ком­пью­тер, про­грам­ма ча­сто да­ва­ла сбой, из-за чего слу­ча­лись ава­рии. И Со­вет при­нял ре­ше­ние по­сте­пен­но от­ка­зать­ся от них.

Но, на­вер­ное, са­мое пер­вое, что бро­са­ет­ся в гла­за, — это всю­ду раз­ве­шан­ные аги­та­ци­он­ные пла­ка­ты. Они при­зы­ва­ли мо­ло­дых муж­чин и жен­щин идти в доб­ро­воль­че­ские вой­ска: «Мир нуж­да­ет­ся в тебе!» или «Ра­ди бу­ду­ще­го лю­дей!» и всё в та­ком духе. Страш­ный сон лю­бо­го ре­бён­ка. На каж­дом шагу всё на­по­ми­на­ет о том, ради чего он жи­вёт. Пла­ка­ты, бан­не­ры, ре­кла­ма на боль­ших экра­нах слов­но го­во­рят: «Те­бе не от­вер­теть­ся!»

***

Я вы­шла на сво­ей стан­ции, и даль­ше моя до­ро­га про­сти­ра­лась че­рез под­зем­ный пе­ре­ход дли­ной в це­лый ки­ло­метр. На про­тя­же­нии все­го пути мож­но было лю­бо­вать­ся толь­ко се­ры­ми сте­на­ми и по­тол­ком, осве­ща­е­мы­ми туск­лым жёл­тым све­том ламп, по­ло­ви­на ко­то­рых уже дав­но пе­ре­го­ре­ла. Ино­гда встре­ча­ют­ся кап­суль­ные ав­то­ма­ты и ав­то­ма­ты с энер­ге­ти­че­ски­ми на­пит­ка­ми.

***

Мы дав­но пе­ре­шли на кап­суль­ную пищу в це­лях эко­но­мии ре­сур­сов. Что­бы вы­рас­тить на теп­лич­ных по­лях что-то съе­доб­ное, нуж­но мно­го спе­ци­аль­ных хи­ми­че­ских удоб­ре­ний. С каж­дым го­дом со­став их ме­ня­ет­ся, по­то­му что ме­ня­ет­ся и сама поч­ва. К со­жа­ле­нию, ко­ли­че­ство уро­жая так­же с каж­дым го­дом ста­но­вит­ся всё мень­ше.

Пи­та­тель­ные тра­вы при­шли на сме­ну зер­ну, пло­до­вым и кор­не­вым съе­доб­ным рас­те­ни­ям ещё сто лет на­зад, ко­гда наши поля пу­сте­ли, а в стране ца­рил страш­ный го­лод.

Бо­та­ник Алек­сей Пет­ров вы­вел этот сорт съе­доб­ной тра­вы, ко­то­рый обо­га­щён все­ми необ­хо­ди­мы­ми мик­ро­эле­мен­та­ми, со­дер­жит пра­виль­ное ко­ли­че­ство бел­ков, жи­ров и уг­ле­во­дов, а так­же быст­ро и на­дол­го уто­ля­ет го­лод. Из этой тра­вы со­сто­ят пи­та­тель­ные кап­су­лы для во­ен­ных; пи­та­тель­ные ку­би­ки и на­стой­ки как для во­ен­ных, так и для про­стых граж­дан. А раз­лич­ные вку­со­вые до­бав­ки поз­во­ля­ют это про­гло­тить. Фрук­ты и яго­ды, ко­то­рые позд­нее сно­ва ста­ли вы­ра­щи­вать, до­бав­ля­ют­ся во фрук­то­вые и ягод­ные ку­би­ки или кок­тей­ли. Раз­но­об­ра­зию пре­де­ла нет. Каж­дый ме­сяц ка­кую-ни­будь но­вин­ку вво­дят. «Ес­ли бы ещё и вкус от­ли­чал­ся...». У этой чудо-тра­вы крайне непе­ре­би­ва­е­мый аро­мат.

Но есть и осо­бые теп­ли­цы, где рас­тят на­сто­я­щие ово­щи. И фер­мы, где раз­во­дят по­ро­сят и кур. В ре­сто­ра­нах для важ­ных особ по­да­ют изыс­кан­ные блю­да, в ко­то­рых нет и грам­ма это­го про­тив­но­го пи­та­тель­но­го рас­те­ния, ко­то­рым пич­ка­ют осталь­ных — ме­нее важ­ных.

***

Люд­но в этом пе­ре­хо­де не бы­ва­ет, осо­бен­но по утрам. А по ве­че­рам здесь ча­сто оби­та­ют про­те­сту­ю­щие с пла­ка­та­ми: «Нет войне!».

Од­но­го та­ко­го мне все же «по­вез­ло» встре­тить у са­мо­го вы­хо­да.

«Что-то он ра­но­ва­то», – при­ки­ну­ла я.

Ху­до­ща­вый ста­рик в по­тре­пан­ном пла­ще на го­лый торс, в разо­рван­ных шта­нах и с бо­сы­ми но­га­ми еле сто­ял, дер­жа в тря­су­щих­ся ру­ках лист бу­ма­ги с над­пи­сью: «От­крой­те гла­за!» За­ме­тив мое при­бли­же­ние, он пе­ре­го­ро­дил мне путь. Его безум­ный взгляд вы­звал во мне чув­ство па­ни­ки. Я за­мед­ли­ла шаг.

— От­крой­те гла­за! — гром­ко про­кри­чал он, вы­ста­вив лист бу­ма­ги впе­рёд. — Наши вра­ги дер­жат нас под ку­по­лом, как ра­бов! Они ста­вят на нас свои экс­пе­ри­мен­ты! Сра­жай­тесь, люди!

Я оста­но­ви­лась, ду­мая, как его обой­ти, но тот дви­нул­ся пря­мо ко мне. Я не мог­ла ото­рвать от него взгляд. Он был весь об­рос­ший, гряз­ный, око­ло носа — за­стыв­шая кровь. «От­ку­да он та­кой взял­ся?» Пат­руль хо­ро­шо чи­стит ули­цы Верх­не­го го­ро­да. Та­ко­го, как он, не мог­ли не за­ме­тить еще на под­хо­де к это­му пе­ре­хо­ду.

Ста­рик успел по­дой­ти со­всем близ­ко, пока я раз­гля­ды­ва­ла его в пол­ном сту­по­ре, оста­но­вил­ся все­го в по­лу­мет­ре от меня и за­го­во­рил тише:

— Они ве­дут нас на свою вой­ну, ис­поль­зу­ют наши силы про­тив нас са­мих! От­крой­те гла­за! Мы ко­ло­ния ра­бов на­ших за­хват­чи­ков!

— Эй, ты! — чей-то гру­бый го­лос раз­дал­ся эхом в тон­не­ле.

Ста­рик огля­нул­ся: ему кри­чал пат­руль­ный. Муж­чи­на быст­ро при­бли­жал­ся, а ста­рик с но­вой си­лой за­кри­чал:

— От­крой­те гла­за!

— Ну всё! По­шли от­сю­да! — устав­шим то­ном ска­зал пле­чи­стый муж­чи­на с гу­стой кра­ше­ной бо­род­кой.

Он схва­тил ста­ри­ка за ру­кав и по­тя­нул на ули­цу.

«Те­перь его уве­зут с кон­ца­ми. Го­во­рят, та­ких от­прав­ля­ют в ле­чеб­ни­цу на за­па­де стра­ны. Кто-то счи­та­ет, что у нас во­об­ще не ле­чат су­ма­сше­ствие, а про­сто от­прав­ля­ют та­ких на вой­ну, как ино­вер­цев. Но точ­но ни­кто не ска­жет, что с ними де­ла­ют».

Эти сло­ва я слы­ша­ла не раз. Про­па­ган­да раб­ства то и дело всплы­ва­ет на ули­цах в виде ми­тин­гов, ко­то­рые очень быст­ро га­сят ор­га­ны пра­во­по­ряд­ка. Это страш­ное пре­ступ­ле­ние, за ко­то­рое лю­дей ссы­ла­ют в ко­ло­нии, от­ку­да они пер­вым же по­ез­дом уез­жа­ют на гра­ни­цу, а от­ту­да — в во­ен­ные ла­ге­ря.

— Де­вуш­ка! — муж­чи­на в си­ней робе обер­нул­ся, об­ра­ща­ясь ко мне. — Не стой­те, иди­те по сво­им де­лам!

Та­ко­ва наша си­сте­ма без­опас­но­сти на ули­цах и в пе­ре­ул­ках Верх­не­го го­ро­да: нель­зя сто­ять, си­деть и раз­го­ва­ри­вать, а так­же со­би­рать­ся в груп­пы, если это не оста­нов­ка или об­ще­ствен­ный центр. Нель­зя есть, пить или идти мед­лен­ным ша­гом. Штраф пат­руль­ные спи­сы­ва­ют с тво­е­го сче­та на ме­сте.

Вый­дя на по­верх­ность, я уви­де­ла офис­ное зда­ние — одно из тех, что я на­зы­ва­ла стек­лян­ны­ми. На од­ной сто­роне его кра­со­вал­ся боль­шой экран, где кру­ти­ли ре­кла­му ком­па­нии «Мир­ный бе­ре­г».

***

Ком­па­ния «Мир­ный бе­ре­г», фи­ли­а­лы ко­то­рой рас­сы­па­ны по всем го­ро­дам. Ее зда­ния вид­ны нево­ору­жен­ным гла­зом по­чти с лю­бой точ­ки го­ро­да. Она же яв­ля­ет­ся управ­ля­ю­щей, гла­вен­ству­ю­щей ком­па­ни­ей стра­ны и при­над­ле­жит, ко­неч­но же, Боль­шо­му Со­ве­ту. А управ­ля­ет­ся как раз Ма­лым Со­ве­том. Каж­дой ее струк­ту­ре от­ве­де­но по три ма­лых со­вет­ни­ка.

Кор­по­ра­ция за­ни­ма­ет­ся бук­валь­но всем: на­чи­ная от пищи, за­кан­чи­вая по­ли­ти­кой стра­ны. Ее база на­хо­дит­ся имен­но здесь, в го­ро­де «Воз­рож­де­ни­е». На­зва­ние го­ро­да вы­бра­но не слу­чай­но. Имен­но здесь был за­ло­жен пер­вый ка­мень но­вой жиз­ни. Семь че­ло­век сто лет на­зад взя­ли на себя от­вет­ствен­ность за жиз­ни мил­ли­о­нов дру­гих, и с тех пор эти по­сты пе­ре­да­ют­ся до­стой­ней­шим.

Алек­сандр Шар­ков — ос­но­ва­тель боль­ни­цы и цен­тра био­ло­ги­че­ских ис­сле­до­ва­ний при ней (ЦБИ).

Алек­сей Пет­ров ос­но­вал теп­лич­ные цен­тры, где вы­вел сорт съе­доб­ных пи­та­тель­ных рас­те­ний и пре­вра­тил их в пи­та­тель­ные кап­су­лы, став­шие за­ме­ной обыч­ной пищи.

Гри­го­рий Мень­шов — ос­но­ва­тель об­ще­об­ра­зо­ва­тель­ных и выс­ших учеб­ных за­ве­де­ний.

Вик­тор Шуль­гин со­здал во­ен­ные кор­пу­са для сбо­ра доб­ро­воль­цев с це­лью рас­ши­ре­ния и охра­ны тер­ри­то­рий.

Дмит­рий Шу­тов — хра­ни­тель ис­то­рии, от­крыв­ший первую биб­лио­те­ку, где хра­нят­ся все уце­лев­шие из­да­ния Ста­ро­го мира и где по сей день пи­шет­ся ис­то­рия Но­во­го мира.

Вя­че­слав Леп­кин — ос­но­ва­тель про­из­вод­ствен­но­го цен­тра во­ен­ной тех­ни­ки, со­зда­тель кор­пу­сов по сбо­ру во­ен­ной тех­ни­ки и изу­че­нию но­вых ино­зем­ных тех­но­ло­гий.

Олег Боль­шов — ос­но­ва­тель но­во­го за­ко­но­да­тель­ства и но­во­го по­ряд­ка на­ше­го мира. Он за­ло­жил пер­вый ка­мень Дома За­ко­на для под­дер­жа­ния по­ряд­ка и спо­кой­ствия граж­дан. Впо­след­ствии Дом За­ко­на был пе­ре­ква­ли­фи­ци­ро­ван из ци­та­де­ли вла­сти и по­ряд­ка в зда­ние Веры и пра­во­су­дия. За­ко­ны ста­ли за­по­ве­дя­ми, а на­ка­за­ние — ка­рой зем­ных бо­гов, на­зы­ва­ю­щих себя Со­ве­том.

Все они — ос­но­ва­те­ли кор­по­ра­ции «Мир­ный бе­ре­г» и наши ге­рои-спа­си­те­ли. В каж­дом го­ро­де стра­ны сто­ят их ста­туи, слеп­лен­ные по их порт­ре­там и фо­то­гра­фи­ям. «Ес­ли вы не зна­е­те, кого про­сить о по­мо­щи, — мо­ли­тесь Се­ме­ры­м», — пред­ла­га­ет нам Боль­шой Со­вет.

Боль­шое зда­ние мет­ров ше­сти­де­ся­ти в вы­со­ту с ку­поль­ной кры­шей из стек­ла сто­я­ло в са­мом цен­тре го­ро­да. Ар­хи­тек­ту­ра этой по­строй­ки была вы­пол­не­на в сти­ле Ста­ро­го мира. Зда­ние боль­ше по­хо­ди­ло на некий за­мок.

Мне бы­ва­ло при­хо­ди­лось стал­ки­вать­ся с кни­га­ми о ста­рой ар­хи­тек­ту­ре вре­мен «До при­ше­стви­я». Там были пред­став­ле­ны по­хо­жие по­строй­ки, со­сто­я­щие пол­но­стью из кам­ня.

Вме­сто окон у зда­ния Веры были неболь­шие арки без стек­ла. А дву­створ­ча­тые две­ри были на­столь­ко ги­гант­ские, что ка­за­лось, обыч­ный че­ло­век не смог бы их от­крыть — толь­ко ка­кой-ни­будь ве­ли­кан. С че­ты­рех уг­лов зам­ка сто­я­ли баш­ни, пред­на­зна­че­ние ко­то­рых оста­ва­лось за­гад­кой. Их об­ви­ва­ли вин­то­вые сту­пе­ни, но на са­мой их вер­шине не было ни­ка­ких две­рей или арок.

Са­мое уди­ви­тель­ное, что зда­ние Веры не име­ло ни­ка­кой до­пол­ни­тель­ной за­щи­ты и даже охра­ны. За всю ис­то­рию Но­во­го мира ни один про­те­стант не ре­шил­ся про­ник­нуть туда или как-то на­вре­дить Со­ве­ту.

На са­мом деле вы­гля­де­ла эта оби­тель Со­ве­та очень вну­ши­тель­но и даже пу­га­ю­ще, слов­но го­во­ри­ла: «З­десь тебя ждет толь­ко страх и боль!» Воз­мож­но, и прав­да, его устра­ша­ю­щий вид от­пу­ги­вал даже от­ступ­ни­ков. Внут­ри мне ни­ко­гда не при­хо­ди­лось быть. Ду­маю, что оно и к луч­ше­му.

***

Пока я шла в на­прав­ле­нии стек­лян­ной по­строй­ки, ре­кла­ма на экране ме­ня­лась, по­ка­зы­вая все струк­ту­ры ком­па­нии. И вот мне уже улы­ба­ет­ся бе­ло­снеж­ны­ми зу­ба­ми Тео­на – мать Са­ре­на. Она про­во­дит экс­кур­сию по ЦБИ, при­гла­шая на ра­бо­ту юных ге­ни­ев. Вспо­ми­ная, как нас во­ди­ли на экс­кур­сии в боль­ни­цу и ЦБИ, неволь­но по­гру­жа­юсь в этот мир моей меч­ты.

***

Огром­ная боль­ни­ца име­ни Шар­ко­ва при ис­сле­до­ва­тель­ском цен­тре име­ни Шар­ко­ва яв­ля­ет­ся глав­ной гор­до­стью стра­ны и так­же при­над­ле­жит кор­по­ра­ции «Мир­ный бе­ре­г». Каж­дый сту­дент уни­вер­си­те­та «Зе­ле­ная ис­кра» меч­та­ет устро­ить­ся ра­бо­тать имен­но туда.

Она неспро­ста на­хо­дит­ся на са­мом от­ши­бе го­ро­да. В са­мом го­ро­де эти два огром­ных зда­ния про­сто за­ня­ли бы все про­стран­ство. Сама боль­ни­ца име­ет два огром­ных кор­пу­са, в каж­дом — шесть эта­жей. А у зда­ния ЦБИ — це­лых че­ты­ре кор­пу­са и огром­ное про­стран­ство для про­ве­де­ния сверх­сек­рет­ных ис­пы­та­ний.

Мно­же­ство слу­хов хо­дит во­круг это­го ме­ста. К со­жа­ле­нию, эти люди сво­их тайн не рас­кры­ва­ют.

Неж­но-го­лу­бые сте­ны боль­ни­цы вну­ша­ют спо­кой­ствие и до­ве­рие. Верх­няя по­ло­ви­на окон за­тя­ну­та бе­лой ма­то­вой плен­кой, ниж­няя оста­ва­лась про­зрач­ной. Пе­ри­метр ого­ро­жен бе­лой сте­ной-ба­рье­ром. Вход так­же осна­щен охран­ной си­сте­мой. Арка бе­ло­го ба­рье­ра ска­ни­ру­ет чип лич­но­сти и про­ве­ря­ет ис­прав­ность ошей­ни­ка. За ней сто­ит все­го один охран­ник. Если что-то по­ка­жет­ся ему по­до­зри­тель­ным, он мо­жет за­дер­жать че­ло­ве­ка. И у него име­ют­ся все пол­но­мо­чия ис­поль­зо­вать силу ис­кры.

Как пра­ви­ло, в охране слу­жат люди, име­ю­щие силу ка­мен­ной ис­кры. Та­ких до­пов за по­след­ние пять­де­сят лет рож­да­лось боль­ше осталь­ных в на­шей стране. Они мо­гут за­ни­мать долж­но­сти от обыч­но­го охран­ни­ка до стро­и­те­ля и, ко­неч­но же, чаще все­го встре­ча­ют­ся в во­ен­ной сфе­ре.

ЦБИ, что рас­по­ла­га­ет­ся за са­мой боль­ни­цей, име­ет со­вер­шен­но дру­гой уро­вень охран­ной си­сте­мы. Вся тер­ри­то­рия спря­та­на под зе­ле­ным, сна­ру­жи взгля­до­не­про­ни­ца­е­мым ба­рье­ром. Он ре­а­ги­ру­ет на лю­бое несанк­ци­о­ни­ро­ван­ное про­ник­но­ве­ние и мо­мен­таль­но за­твер­де­ва­ет.

Как-то в но­во­стях кру­ти­ли ро­лик с ка­мер на­блю­де­ния: несколь­ко про­те­сту­ю­щих в по­пыт­ке вло­мить­ся в ЦБИ были раз­дав­ле­ны этим са­мым ба­рье­ром. Зре­ли­ще кру­ти­ли без цен­зу­ры, оче­вид­но, что­бы на­пу­гать всех, кто еще же­ла­ет туда про­брать­ся.

Мне же не при­шлось про­би­рать­ся туда тай­ком. Всем сту­ден­там «Зе­ле­ной ис­кры» были вы­да­ны од­но­днев­ные про­пус­ка.

Внут­ри нас всех на­ря­ди­ли в бе­лые ха­ла­ты. Свет, сте­ны, полы, фор­ма со­труд­ни­ков — всё было бе­лым. Гла­за быст­ро за­бо­ле­ли от это­го яр­ко­го бе­ло­го про­стран­ства. Две­ри и пе­ре­го­род­ки меж­ду зо­на­ми были сде­ла­ны из стек­ла, и мож­но было ви­деть всё, что про­ис­хо­дит в каж­дом ка­би­не­те, даже не за­хо­дя внутрь.

Экс­кур­сия про­хо­ди­ла лишь по двум пер­вым эта­жам. На пер­вом про­во­ди­лись ис­пы­та­ния но­вых пи­та­тель­ных кап­сул и на­сто­ек, ко­то­рые од­ной неболь­шой до­зой вос­пол­ня­ли сра­зу все по­треб­но­сти в су­точ­ном пи­та­нии. Их спе­ци­аль­но раз­ра­ба­ты­ва­ли для во­ен­ных в пу­сто­ши. На вто­ром за­ни­ма­лись улуч­ше­ни­ем вак­цин-бло­ка­то­ров и вос­ста­нав­ли­ва­ю­щих на­сто­ек. Пы­та­лись от­сро­чить при­вы­ка­ние к пре­па­ра­там.

Ис­пы­та­ния про­во­ди­ли на ди­ких чёр­ных кры­сах. Они си­де­ли в боль­ших клет­ках и всё что-то грыз­ли, очень гром­ко. Из-за их чёр­ной шер­сти в бе­лом про­стран­стве они при­тя­ги­ва­ли взгляд. Сами кры­сы до­сти­га­ли раз­ме­ра че­ло­ве­че­ско­го ро­ста. Од­на­ко, кро­ме хру­ста и шур­ша­ния, от них не ис­хо­ди­ло ни­ка­ких зву­ков. Наш учё­ный-экс­кур­со­вод со­об­щил нам, что в ходе му­та­ции они утра­ти­ли спо­соб­ность из­да­вать писк.

Все осталь­ные че­ты­ре эта­жа вверх и ну­ле­вой этаж вни­зу были за­кры­ты для обыч­ных сту­ден­тов. Но даже то, что мы уви­де­ли, было неве­ро­ят­но и пол­но­стью со­от­вет­ство­ва­ло на­шим ожи­да­ни­ям.

***

У каж­до­го че­ло­ве­ка с шест­на­дца­ти лет име­ет­ся чип лич­но­сти, ко­то­рый спря­тан под ко­жей на пра­вом пле­че. Он со­дер­жит ин­фор­ма­цию об име­ни, дате рож­де­ния, пол­ную ме­ди­цин­скую кар­ту, со­ци­аль­ный ста­тус, све­де­ния о ра­бо­те и се­мье и, ко­неч­но же, оцен­ку ре­пу­та­ции. Вне­сти но­вые дан­ные мож­но че­рез на­руч­ный ком­му­ни­ка­тор, ко­то­рый каж­дый но­сит на сво­ем за­пястье и ко­то­рый ра­бо­та­ет от энер­гии ис­кры. Его но­мер да­ет­ся один раз, а само устрой­ство мож­но ме­нять при необ­хо­ди­мо­сти. Так­же оно ис­поль­зу­ет­ся для звон­ков, опла­ты сче­тов и вы­хо­да в об­щую сеть. Ко­неч­но, дан­ные мож­но из­ме­нить или до­ба­вить толь­ко с под­твер­жде­ния лица, име­ю­ще­го на то пра­во. А пра­во име­ли ди­рек­то­ра при­ютов, школ, выс­ших учеб­ных за­ве­де­ний, рай­он­ная ад­ми­ни­стра­ция и ад­ми­ни­стра­ция зон вре­мен­но­го со­дер­жа­ния.

***

Про­хо­дя мимо оче­ред­но­го ав­то­ма­та с на­пит­ка­ми, я вдруг осо­зна­ла, что во рту у меня пе­ре­сох­ло еще по­сле встре­чи со ста­ри­ком в пе­ре­хо­де. По­смот­рев на цены, я на­стро­и­ла свой ком­му­ни­ка­тор на опла­ту ма­лень­кой бу­ты­лоч­ки пи­та­тель­ной жид­ко­сти, ре­шив, что непло­хо было бы еще и пе­ре­ку­сить.

Цены, од­на­ко, ста­ли силь­но ку­сать­ся. По­со­бия, что мне на­чис­ля­ли как сту­ден­ту, а так­же зар­пла­ты, что я по­лу­ча­ла в боль­ни­це Овра­га как прак­ти­ку­ю­щий врач, уже было недо­ста­точ­но, что­бы жить хотя бы снос­но. А учи­ты­вая, что в сле­ду­ю­щем ме­ся­це по­со­бие при­дет в по­след­ний раз, мне как мож­но ско­рее нуж­но было по­лу­чить ра­бо­ту в ЦБИ. И я даже не рас­смат­ри­ва­ла дру­гие ва­ри­ан­ты, по­то­му что толь­ко она и Са­рен мог­ли спа­сти меня от обя­за­тель­ной во­ен­ной служ­бы.

С вы­со­кой ре­пу­та­ци­ей выше семи для вас с ве­се­лым сви­стом от­кро­ет­ся лю­бая дверь. Ваша ра­бо­та или ра­бо­та ва­ших ро­ди­те­лей по­кры­ва­ет лю­бые рас­хо­ды. Но если ваша ре­пу­та­ция ниже пяти, то даже ком­на­ты вам бес­плат­но ни­кто не сдаст. Для та­ких, а имен­но боль­шей ча­сти на­се­ле­ния, преду­смот­ре­на за­ра­бот­ная пла­та или, в от­дель­ных слу­ча­ях, по­со­бия в виде кре­ди­тов, со­кра­щен­но от «кре­дит до­ве­ри­я». Лю­бая ра­бо­та не в струк­ту­рах Мир­но­го Бе­ре­га, на­чи­ная с са­мой низ­кой ру­ко­во­дя­щей долж­но­сти, яв­ля­ет­ся ра­бо­той с мень­шей зна­чи­мо­стью и опла­чи­ва­ет­ся кре­ди­та­ми.

Кре­ди­ты — это сво­е­го рода бал­лы, ко­то­рые ко­пят­ся и сни­ма­ют­ся при по­куп­ке чего-либо. Ко­неч­но, не все со­труд­ни­ки Мир­но­го Бе­ре­га оди­на­ко­во це­нят­ся. Управ­ле­ние на­чи­на­ет­ся с долж­но­сти Тре­тье­го Со­вет­ни­ка. Вот то­гда ты и на­чи­на­ешь брать от жиз­ни всё. Про­дук­та­ми и во­дой снаб­жа­ют, как и до­ма­ми, и ме­бе­лью. В ре­сто­ра­нах и дру­гих раз­вле­ка­тель­ных ме­стах не про­сят кре­ди­тов и зубы су­шат при виде тебя. Не жизнь, а сказ­ка.

***

Я на­ко­нец до­бра­лась до мо­е­го уни­вер­си­те­та «Зе­ле­ная ис­кра», ко­то­рый со­сто­ял из двух длин­ных и двух ко­рот­ких кор­пу­сов по пять эта­жей, рас­по­ло­жен­ных пря­мо­уголь­ни­ком, в цен­тре ко­то­ро­го рас­по­ла­гал­ся двор с до­рож­ка­ми для бе­гу­нов, по­лем для спор­тив­ных игр и ска­мей­ка­ми для от­ды­ха­ю­щих.

Тём­но-ко­рич­не­вые сте­ны, на ко­то­рых были при­ко­ло­че­ны ка­мен­ные лица са­мых вы­да­ю­щих­ся уче­ни­ков, окон­чив­ших этот уни­вер­си­тет. Свет­ло-зе­ле­ная кры­ша, что сна­ру­жи вы­гля­де­ла со­вер­шен­но обыч­но, а внут­ри была пол­но­стью про­зрач­на. Че­ты­ре эта­жа свер­ху име­ли за­тем­нен­ные окна, ниж­ний этаж, без окон, был от­ве­ден для прак­ти­ки. Ши­ро­кие сту­пе­ни глав­но­го вхо­да вы­во­ди­ли сра­зу на вто­рой этаж. Тя­жё­лые вы­со­кие две­ри за­кры­ва­лись толь­ко на ночь. Окру­жал уни­вер­си­тет бе­лый ба­рьер, та­кой же, как во­круг глав­ной боль­ни­цы. Охра­на лишь была чуть про­ще — толь­ко ска­ни­ру­ю­щая арка.

У по­ро­га уни­вер­си­те­та со­бра­лись все, кого я ви­де­ла в его сте­нах 6 дол­гих лет. Мно­гие из них го­то­вы вы­рвать мне гла­за за то, что я вы­рва­ла пер­вый ди­плом у них из цеп­ких лап. Да, все они ста­ра­лись, кое-кто даже слиш­ком, даря не толь­ко по­дар­ки, но и свои лич­ные услу­ги. «Хо­ро­шо, что зна­ния в этих сте­нах все еще мно­гое ре­ша­ют, и я ока­за­лась луч­ше, и мне не стыд­но. Мне это нуж­нее, чем им». Мало кто из уча­щих­ся в та­ком за­ве­де­нии мо­жет по­хва­стать­ся справ­кой о вы­хо­де из дет­до­ма. А зна­чит, их ре­пу­та­ция не по­стра­да­ет.

В тол­пе этих неудач­ни­ков были и сим­па­тич­ные мне люди. Те, с кем я смог­ла най­ти об­щий язык, несмот­ря на жёст­кую кон­ку­рен­цию все за тот же пер­вый ди­плом вуза. А уже из этой неболь­шой куч­ки на­шлись и па­роч­ка та­ких, с кем мы смог­ли стать луч­ши­ми дру­зья­ми.

***

Вега и Мари — свод­ные брат и сест­ра. Оба — пло­ды ис­кус­ствен­но­го ин­ку­ба­то­ра, в от­ли­чие от меня, удач­ные. Пре­дель­ная энер­гия Вега пре­вы­ша­ет до­пу­сти­мую в че­ты­ре раза. Энер­гия Мари — по­чти в три раза.

Мари — ме­ди­ум. Нет, она не об­ща­ет­ся с ду­ха­ми, но спо­соб­на ле­чить пси­хо­ло­ги­че­ские за­бо­ле­ва­ния. Мыс­лен­но, при­кла­ды­вая зе­ле­ную энер­гию, она про­ни­ка­ет в го­ло­ву че­ло­ве­ка, ищет при­чи­ну его неду­га, а за­тем бо­рет­ся с ней, или го­во­рит, как бо­роть­ся, или сти­ра­ет вос­по­ми­на­ния, ко­то­рые яв­ля­ют­ся той са­мой при­чи­ной. Тут всё за­ви­сит от слож­но­сти слу­чая. Об­щать­ся мыс­лен­но она тоже мог­ла, но ред­ко поль­зо­ва­лась этим да­ром. Если бы в чу­жую го­ло­ву было так про­сто за­лезть, то мно­гие про­бле­мы ока­за­лись бы неболь­шой по­ме­хой в на­шей жиз­ни.

Для по­доб­ной про­це­ду­ры необ­хо­ди­мо по­лу­чить ключ от со­зна­ния па­ци­ен­та. А ключ пред­став­ля­ет со­бой энер­ге­ти­че­ский от­пе­ча­ток, ко­то­рый у каж­до­го допа свой. Ко­гда ме­ди­ум по­гло­ща­ет его, он от­кры­ва­ет со­зна­ние это­го че­ло­ве­ка для себя и мо­жет изу­чить его го­ло­ву вдоль и по­пе­рек. Это очень тон­кая ра­бо­та, по­то­му что до­ста­точ­но од­ной неболь­шой оплош­но­сти, и че­ло­век мо­жет остать­ся ду­рач­ком на всю жизнь или неожи­дан­но осо­знать, что нет ни­че­го луч­ше, чем ре­зать чу­жие глот­ки, к при­ме­ру.

Ме­ди­у­мы де­лят­ся на несколь­ко ти­пов: одни ле­чат пси­хо­ло­ги­че­ские за­бо­ле­ва­ния, как это де­ла­ет Мари; дру­гие ра­бо­та­ют с энер­ги­ей ис­кры до­пов. Вто­рой тип спе­ци­а­ли­зи­ру­ет­ся на по­мо­щи до­пам рас­крыть свои та­лан­ты.

Су­ще­ству­ют от­кры­тые и скры­тые та­лан­ты. От­кры­тые — это те, ко­то­рые доп про­яв­ля­ет в со­от­вет­ствии со сво­им ти­пом ис­кры. Скры­тые — это те, ко­то­рые мо­гут у нас быть, но мы о них не зна­ем за­ра­нее. Та­кие как обострен­ное чу­тье, счи­ты­ва­ние чу­жой ауры, на­ви­га­ци­он­ные спо­соб­но­сти и еще мно­го все­го дру­го­го.

Ме­ди­у­мы, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щи­е­ся на ис­крах, по­мо­га­ют не толь­ко рас­кры­вать спо­соб­но­сти, но и наи­бо­лее эф­фек­тив­но ис­поль­зо­вать свой за­пас энер­гии. Они из­бав­ля­ют ор­га­низм от за­ку­по­рок про­то­ков энер­гии, сни­ма­ют на­пря­же­ние и тому по­доб­ное.

Эта спо­соб­ность счи­та­ет­ся опас­ной и по­лу­чить раз­ре­ше­ние на ее ис­поль­зо­ва­ние крайне труд­но, по­то­му что наши ошей­ни­ки ни­как не ре­а­ги­ру­ют на мо­раль­ный или мен­таль­ный вред. Ме­ди­ум спо­со­бен уни­что­жить чу­жое со­зна­ние или при­ну­дить че­ло­ве­ка на­вре­дить себе. И вы­яс­нить это по­сле бу­дет невоз­мож­но.

«Ра­бо­та ме­ди­у­ма, ко­неч­но, очень ин­те­рес­на, но, вы­брав это на­прав­ле­ние, я бы силь­но огра­ни­чи­ла свои по­зна­ния в хи­рур­гии. К со­жа­ле­нию, на всё, что я хо­те­ла бы знать, не хва­ти­ло бы учеб­ных ча­сов. При­шлось по­жерт­во­вать не толь­ко пси­хо­ло­ги­ей, но и фи­ло­со­фи­ей, и бо­е­вы­ми ос­но­ва­ми Зе­лё­ной ис­кры. Всё это было мне не нуж­но для ра­бо­ты в ЦБИ».

На­сколь­ко мне из­вест­но, при­ём­ная мать Вега бро­си­ла се­мью, ко­гда сыну было все­го три года. Что с ней ста­ло, не зна­ет даже он.

Отец Мари был ге­не­ра­лом и участ­во­вал в боль­шом сра­же­нии у Ло­то­са во­семь лет на­зад. (Ло­тос — во­ен­ное по­се­ле­ние ало­и­дов у глав­ных врат Мера. Мер — стра­на ало­и­дов). Там он ге­ро­и­че­ски по­гиб. Эти ужас­ные со­бы­тия и све­ли моих луч­ших дру­зей вме­сте.

На­сколь­ко мне из­вест­но, мама Мари и отец Вега по­зна­ко­ми­лись на ра­бо­те. Оба яв­ля­ют­ся ма­лы­ми со­вет­ни­ка­ми в об­ще­об­ра­зо­ва­тель­ной си­сте­ме.

Я бы хо­те­ла, что­бы мы на­все­гда оста­лись вме­сте, пока смерть не раз­лу­чит нас. Од­на­ко у каж­до­го из нас со­вер­шен­но раз­ные пла­ны на жизнь.

Од­на­ко до того мо­мен­та, как все мы разъ­едем­ся по раз­ным сто­ро­нам, мы оста­ём­ся луч­ши­ми дру­зья­ми. Буд­то «час икс» ни­ко­гда не на­сту­пит.

— Ева! — слег­ка взвизг­нув, крик­ну­ла Мари и под­бе­жа­ла ко мне, что­бы об­нять.

«Ах да! Меня зо­вут Ева, мне 25 лет. И этот день дол­жен из­ме­нить всю мою жизнь!»

Идет 2160 год.