Глава 3. Ханни Спарк скучает

Пла­не­та Кан­ди­дат. Сек­тор Га­га­рин

Март 03, 2523 г.

Кан­ди­дат-бюро #StarVoice

— Ты лю­бишь кос­мос, Хан­ни?

Мой шеф уме­ет за­да­вать во­про­сы. Люб­лю ли я кос­мос? Я гре­зи­ла о нём с ма­лых лет, ко­гда мне да­ри­ли кук­лы, а я хо­те­ла кос­ми­че­ский ко­рабль. В сем­на­дцать моё мно­го­ува­жа­е­мое се­мей­ство Спарк сда­лось и от­пра­ви­ло меня в уни­вер­си­тет Клар­ка на обу­че­ние пи­ло­ти­ро­ва­нию, на­де­ясь, что по­сле окон­ча­ния учё­бы устро­ят меня под своё кры­ло, на ка­кой-ни­будь кор­по­ра­тив­ный ко­рабль USC[1]. Учи­лась я ста­ра­тель­но, но под кры­ло не со­би­ра­лось, и сбе­жа­ла в Хель. Было очень ве­се­ло, хотя кон­чи­лась эта ис­то­рия не очень хо­ро­шо. Точ­нее, со­всем нехо­ро­шо, и я ста­ра­юсь об этом не вспо­ми­нать.

Се­мей­ство уго­во­ри­ло меня пой­ти учить­ся на бо­лее «с­по­кой­ную и при­лич­ную для де­вуш­ки из на­ше­го об­ще­ства» про­фес­сию. Я за­кон­чи­ла ма­ги­стра­ту­ру по жур­на­ли­сти­ке в Го­бе­ре и сле­ду­ю­щие два года про­шли в бит­ве за ме­сто под солн­цем в мире ин­триг и но­во­стей. Я не гну­ша­лась ни­чем, ко­па­лась в чу­жом бе­лье, раз­ню­хи­ва­ла сплет­ни, ци­нич­но и с юмо­ром пре­да­ва­ла оглас­ке оче­ред­ную ска­брёз­ную ис­то­рию. В этих скан­да­лах, а ещё в ка­зи­но, я то­пи­ла своё оди­но­че­ство.

В опре­де­лён­ный мо­мент, в моей бес­пут­ной жиз­ни была по­став­ле­на точ­ка, в ней по­явил­ся Дон Аль­бер­то Ху­лио Хе­рей­ро, шеф-ре­дак­тор #StarVoice в сек­то­ре Га­га­рин. Это был ка­че­ствен­ный ска­чок. Из бес­прин­цип­ной суки с тре­тье­сорт­ных ка­на­лов, я, ма­но­ве­ни­ем па­лоч­ки, пре­вра­ти­лась в ре­спек­та­бель­но­го ре­пор­тё­ра свет­ской хро­ни­ки в то­по­вом фе­де­раль­ном но­вост­ном агент­стве. Свет­ские льви­цы вче­ра пре­зри­тель­но от­во­ди­ли взгляд, а се­год­ня, сияя фаль­ши­вы­ми улыб­ка­ми, на­пе­ре­бой уве­ря­ли в ува­же­нии и друж­бе.

В моей те­ку­щей ра­бо­те мне нра­ви­лось ре­ши­тель­но всё. В первую оче­редь, пол­ный карт-бланш на лю­бые дей­ствия. Как ска­зал шеф: «Да­же если тебя за­сту­ка­ют в шка­фу спаль­ни ми­ни­стра, во вре­мя встре­чи с лю­бов­ни­цей, улы­бай­ся и го­во­ри, что изу­ча­ла жизнь кло­по­в». Я не по­ня­ла, что та­кое кло­пы, а шеф от­ка­зал­ся объ­яс­нить. На­вер­ное, они име­ют от­но­ше­ние к лю­бов­ни­цам. В осталь­ном свет­ская жизнь Кан­ди­да­та со­сто­я­ла из трёх нерав­но­мер­ных эпи­зо­дов.

Пер­вый из них, раз­но­об­раз­ные об­ще­ства эко­ак­ти­ви­стов. Эта пуб­ли­ка ра­то­ва­ла за пер­во­здан­ность при­ро­ды Кан­ди­да­та и тре­бо­ва­ла лю­бить её та­кой, как она есть. При­ро­да не от­ве­ча­ла вза­им­но­стью, была го­то­ва со­жрать, отра­вить, убить лю­бо­го из них, сот­ней спо­со­бов. Спа­се­ние при­ро­ды ве­лось в виде мно­го­чис­лен­ных кон­фе­рен­ций, пи­ке­тов, ин­тер­вью и ред­ких на­уч­ных ис­сле­до­ва­ний.

Вто­рой, клу­бы охо­ты. В от­ли­чие от преды­ду­щей пуб­ли­ки, эти же­ла­ли при­ро­ду уби­вать. Но де­лать это сле­до­ва­ло изыс­кан­но: про­па­ган­ди­ро­ва­лась ра­вен­ство воз­мож­но­стей Охот­ни­ка и Зве­ря. Ножи, им­план­ты, ар­ми­ро­ван­ная ткань одеж­ды, до­сти­же­ния со­вре­мен­ной био­хи­мии и га­ле­он спа­се­ния — ра­зу­ме­ет­ся, не в счёт. За­все­гда­та­я­ми клу­бов было мно­же­ство муж­чин с раз­ных пла­нет и стан­ций Фе­де­ра­ции, от джентль­ме­нов до мачо. По­след­ние счи­та­ли, что при­мер­но че­рез 10 ми­нут раз­го­во­ра, я про­сто обя­за­на упасть в их по­стель, ви­ди­мо, от сча­стья. Спа­си меня, мой Тур­бо-Иисус!

Тре­тий же пре­тен­до­вал на роль на­ци­о­наль­ной идеи пла­не­тар­но­го мас­шта­ба. Фор­му­ли­ро­ва­лось это так: че­ло­ве­че­ство долж­но быть че­ло­веч­ным, а вся­кая мо­ди­фи­ка­ция сво­е­го тела счи­та­лась гре­хом и по­вер­га­лась ле­дя­но­му пре­зре­нию. На­ци­о­наль­ная идея про­яв­ля­лась во все­воз­мож­ных олим­пи­а­дах и со­рев­но­ва­ни­ях, где по­чтен­ные мат­ро­ны на­блю­да­ли, как их чада ста­но­вят­ся са­мы­ми луч­ши­ми в оче­ред­ной дис­ци­плине. Ко­ли­че­ством раз­но­об­раз­ных по­бед во всём под­ряд, от бега до фи­ло­со­фии, из­ме­ря­лась та са­мая че­ло­веч­ность. И это на пла­не­те, где прак­ти­че­ски каж­дый име­ет зе­лё­ные пят­на на коже — зри­мое до­ка­за­тель­ство ге­не­ти­че­ской мо­ди­фи­ка­ции для ней­тра­ли­за­ции ци­а­но­ток­си­нов, обиль­но при­сут­ству­ю­щих в при­ро­де Кан­ди­да­та. Немно­го ли­це­мер­но, как по мне.

В этот день я уже успе­ла по­се­тить кон­фе­рен­цию по спа­се­нию доб­рой при­ро­ды от злых лю­дей, в офи­се сда­ла ма­те­ри­ал ри­то­рам и ле­ни­во пе­ре­пи­сы­ва­лась с раз­ной бо­ге­мой (надо быть в кур­се по­след­них спле­тен), ко­гда по­явил­ся Шеф и немед­лен­но вы­звал в свой ка­би­нет. Его не было де­сять дней, по ка­ким-то важ­ным де­лам Дон Аль­бер­то от­был в Сто­ли­цу. Узнав об этом, я вспом­ни­ла, как дав­но не была дома…, но вер­нуть­ся на Марс в бли­жай­шее вре­мя мне ни­как не све­ти­ло, увы.

Ка­би­нет шефа на­хо­дил­ся на тре­тьем эта­же особ­ня­ка ре­дак­ции (небо­скрёб, по мест­ным мер­кам) и пре­бы­вал в твор­че­ском бес­по­ряд­ке. Свал­ки здесь не было, про­сто очень мно­го раз­ных пред­ме­тов: кар­ти­ны, ста­ту­эт­ки, вазы, ми­не­ра­лы, кус­ки чего-то и кого-то. Вот, на­при­мер, шка­тул­ка крас­но­го де­ре­ва с ор­на­мен­том по краю и изоб­ра­же­ни­ем со­звез­дия в виде бук­вы «W» — ка­кую ис­то­рию она скры­ва­ет? За­да­вать во­про­сы было опас­но, для каж­до­го из этих пред­ме­тов у Шефа была ис­то­рия длин­ной не ме­нее со­ро­ка ми­нут. Нет, рас­сказ­чик он был от­мен­ный, и я с удо­воль­стви­ем вы­слу­ша­ла не одну из них, вот толь­ко шефа в этот мо­мент со­вер­шен­но не вол­но­ва­ло, есть ли у меня иные дела или нет.

— Ты лю­бишь кос­мос, Хан­ни?

Мой шеф уме­ет за­да­вать во­про­сы. Люб­лю ли я кос­мос?

— Вы хо­ти­те уехать? — до­га­да­лась я, − Куда же?

— На стан­цию Клон­дайк-VI-626. Её толь­ко что от­бук­си­ро­ва­ли в сек­тор Зон­ги­инг.

Шеф встал, по­до­шёл к бару, спро­сил, же­лаю ли я вы­пить? Я от­ка­за­лась, со­слав­шись на здо­ро­вье. Это был ри­ту­ал, вы­пол­нять ко­то­рый тре­бо­ва­лось неукос­ни­тель­но. Шеф на­лил себе брус­нич­но­го ли­кё­ра. Вот что-что, но от­мен­ным вку­сом он об­ла­дал в пол­ной мере. Ино­гда я жа­ле­ла, что нас раз­де­ля­ет пол­ве­ка…

— Ты пре­крас­ный ре­пор­тёр, Хан­ни.

— Толь­ко бла­го­да­ря вам, Дон Аль­бер­то, − это тоже было ча­стью ри­ту­а­ла.

— Я хочу, что­бы ты по­еха­ла со мной.

— Вам тре­бу­ет­ся ре­пор­тёр свет­ской хро­ни­ки на шах­тёр­ской стан­ции? — я очень по­ста­ра­лась, что­бы в этом во­про­се не про­зву­чал сар­казм.

— Там бу­дет мно­го лю­дей, со стран­ны­ми ис­то­ри­я­ми (этим меня не уди­вить), бу­дет что-то со­кры­то в их ду­шах, и надо в них про­ник­нуть (так, так, уже ин­те­рес­но). Най­ти там тща­тель­но скры­ва­е­мые ни­точ­ки и по­тя­нуть за них (о, это мы уме­ем), и так мы най­дём, то, что ищем.

— Но что мы ищем, Шеф?

Дон Аль­бер­то, небреж­ным взма­хом руки от­пра­вил со­об­ще­ние мне в про­филь. У каж­до­го из нас от рож­де­ния есть кро­хот­ный им­плант в го­ло­ве, ко­то­рый об­ра­зу­ет до­пол­нен­ную ре­аль­ность. Это на­зы­ва­ют сфе­рой или про­фи­лем. Имен­но здесь про­ис­хо­дит об­ще­ние, вза­и­мо­рас­чё­ты, моя ра­бо­та и лю­бой об­мен ин­фор­ма­ци­ей. Я бег­ло про­смот­ре­ла при­слан­ную ин­фор­ма­цию.

— О мой Тур­бо-Иисус! Это же про­изой­дёт впер­вые, за всю ис­то­рию че­ло­ве­че­ства… я… я лечу с то­бой, Шеф!

_____

[1] USC — круп­ней­шая кор­по­ра­ция ЗФ, ли­дер кос­ми­че­ско­го ко­раб­ле­стро­е­ния. По­дроб­нее о кор­по­ра­ци­ях см. в Эн­цик­ло­пе­дии