Глава 4

Утро на­чи­на­ет­ся…

Се­год­ня не с кофе. И даже не с бу­диль­ни­ка.

А с со­ба­чье­го ску­ле­жа мне в ухо.

Точ­но, у меня же со­ба­ка по­яви­лась. Неждан­но–нега­дан­но.

– М–м, Бе­ляш, дай по­спать, – недо­воль­но вы­го­ва­ри­ваю ему, не от­кры­вая глаз. На­тя­ги­ваю оде­я­ло на го­ло­ву, от­во­ра­чи­ва­юсь к стене.

Недо­воль­но вскри­ки­ваю, ко­гда ак­ку­рат в реб­ра меня пи­на­ют мощ­ные со­ба­чьи лапы.

– Иди прочь, Бе­ляш!

Не люб­лю его! Вот прям щас не люб­лю! Бу­дет так де­лать, вер­ну его туда, где взя­ла!

Нет, ко­неч­но же я так не сде­лаю, про­сто…

Про­сто я хочу спать!

– Эй, ты что тво­ришь? – воз­му­ща­юсь, по­то­му что оде­я­ло с меня наг­лым об­ра­зом спол­за­ет на пол. – От­дай!

Тяну на себя, но силы не рав­ны. У меня две руки, а пес упи­ра­ет­ся в пол че­тырь­мя ла­па­ми, а оде­я­ло сжал зу­ба­ми так, что ткань тре­щит. Еще и по­ры­ки­ва­ет. Мне лич­но под­оде­яль­ник жал­ко, он у меня кра­си­вый, с ро­зоч­ка­ми. Мыс­лен­но мах­нув ру­кой, от­пус­каю край оде­я­ла.

– Ну вот, раз­бу­дил!

Беру те­ле­фон с тум­боч­ки про­ве­рить вре­мя. Бу­диль­ник сто­ит на по­ло­ви­ну вось­мо­го. Как раз проснуть­ся, при­нять душ, сесть за ноут, под­клю­чить­ся к уда­лен­ке и сде­лать ви­ди­мость ра­бо­ты. По­сле чего мож­но идти го­то­вить зав­трак.

– Ты из­де­ва­ешь­ся?! – смот­рю на экран и гла­зам сво­им не верю. – Шесть утра!

– Аф!

– Что аф? Что аф? Я спать хочу! От­дай оде­я­ло!

Тя­нусь за ним, что­бы отобрать и до­спать за­кон­ные пол­то­ра часа, в ито­ге па­даю на пол, по­то­му что этот… невы­но­си­мо наг­лый пес от­та­щил мое оде­я­ло еще даль­ше.

– Твою мать, Бе­ляш! – вскри­ки­ваю от боли. – М–м! – хва­та­юсь за ушиб­лен­ный ло­коть, шип­лю и мор­щусь. – Ви­дишь, что ты на­де­лал! Боль­но!

А этот… че­ты­рехла­пый по­до­шел, лиз­нул в щеку. Типа по­жа­лел. А у са­мо­го в гла­зах ни кап­ли жа­ло­сти. На­обор­от, как буд­то чер­тя­та там в чер­ных ви­но­гра­ди­нах от­пля­сы­ва­ют джи­гу.

– Не под­ли­зы­вай­ся! Это все из–за тебя! За­чем ты это сде­лал? За­чем раз­бу­дил меня так рано?

А он го­ло­вой за­мо­тал и к две­ри по­бе­жал. Типа идем ско­рее.

– Куда? За­чем?

Тихо за­ску­лил.

– Тебе на ули­цу надо? – до­хо­дит до меня. Судя по мор­де – я уга­да­ла. – Один схо­дишь?

Ду­маю, если я от­крою ему дверь квар­ти­ры, он вполне мо­жет сго­нять на ули­цу сам, сде­лать свои дела и вер­нуть­ся об­рат­но, ко­гда ему за­хо­чет­ся.

Если за­хо­чет­ся, – по­прав­ляю себя. Вдруг ему у меня не по­нра­ви­лось. И корм­лю невкус­но. Ка­шей. Греч­не­вой. Буээ.

Ах, блин, там же еще подъ­езд­ная дверь! Обыч­но она на зам­ке.

Де­лать нече­го, при­шлось со­би­рать­ся на утрен­нюю про­гул­ку.

– Не было пе­ча­ли, за­ве­ла Даша Бе­ля­ша, – вор­чу, обу­вая крос­сы.

В зер­ка­ло на себя не смот­рю, ибо с утра, не умыв­шись, не при­ве­дя себя в по­ря­док, ни­че­го хо­ро­ше­го оно не по­ка­жет.

Сбе­га­ем по лест­ни­це вниз. Да–да, имен­но сбе­га­ем. Ви­ди­мо, две лож­ки греч­ки ве­че­ром вме­сто плот­но­го ужи­на – ре­зуль­тат лег­ко­сти в теле утром. Даже мыш­цы по­сле вче­раш­ней про­беж­ки хоть и бо­лят, но боль при­ят­ная.

От­кры­ваю дверь на­ру­жу.

– Толь­ко быст­ро, лад­но? – кри­чу вслед со­ба­ке.

Бе­до­ла­га, дол­го тер­пел, од­на­ко.

Утро мо­роз­ное, сто­ять про­сто так хо­лод­но, на­чи­наю пры­гать на ме­сте, ма­хать ру­ка­ми. А по­том во­об­ще де­лаю нево­об­ра­зи­мое. Бегу!

На боль­ных но­гах!

К хок­кей­ной ко­роб­ке, что сто­ит у нас по­сре­ди дво­ра.

За­бе­гаю туда и да­вай на­я­ри­вать кру­ги. Ну, как на­я­ри­вать. Немно­го про­беж­ка, по­том ша­гом. Опять бе­гом.

Силы, прав­да, кон­ча­ют­ся очень быст­ро, уже на по­ло­вине кру­га. Пульс за­шка­ли­ва­ет, щеки го­рят жа­ром, уши, на­обор­от, мерз­нут, ноги от­ка­зы­ва­ют­ся дви­гать­ся.

Елки–пал­ки, Даша! – ру­гаю себя. – У тебя щеки при ходь­бе тря­сут­ся, а ты все себя жа­ле­ешь? А ну впе­ред! Тебе еще Вову ис­кать. Хо­чешь, что­бы он по­ду­мал, что ты его со­ба­ку объ­еда­ешь?

И я опять бегу. Еще круг. И круг ша­гом. Об­ли­ва­ясь пО­том.

А по­том воз­вра­ща­ет­ся Бе­ляш, и мы с ним идем до­мой.

Ну, как идем. Он бе­жит, я пол­зу. Но чув­ство удо­вле­тво­ре­ния, бод­ро­сти и за­ря­да меня рас­пи­ра­ет.

– Лиха беда на­ча­ло, да, Бе­ляш?

Ска­лит­ся, до­воль­ный. Как буд­то чем силь­нее я стра­даю, тем боль­ше ему сча­стья.

– Под­лец ты ма­лень­кий, – лас­ко­во журю его.

Мою ему лапы, при­ни­маю душ. Под го­ря­чей во­дой раз­ми­наю за­би­тые мо­лоч­ной кис­ло­той мыш­цы. Они го­рят ог­нем, но во мне столь­ко эн­ту­зи­аз­ма, что я го­то­ва горы свер­нуть. Та­кое со­сто­я­ние во мне было, пом­ню, во вре­ме­на сту­ден­че­ства. А, ну еще ко­гда на­ча­ла встре­чать­ся с Ле­хой, тоже пор­ха­ла ба­боч­кой. Влюб­лен­ная была ду­роч­ка.

Ин­те­рес­но, он хоть ино­гда вспо­ми­на­ет обо мне или за­был, как страш­ный сон ря­дом со сво­ей Ве­ро­нич­кой–ано­рек­сич­кой?

С удив­ле­ни­ем за­ме­чаю, что мыс­ли о Леше и на­шем с ним про­шлом боль­ше не вы­зы­ва­ют го­ре­чи. От­бо­ле­ло. Вы­чи­ха­лось. Стер­лось прак­ти­че­ски до бе­ло­го ли­ста.

Я чаще ду­маю о за­га­доч­ном Вове. Про­сто лю­бо­пыт­но, ка­кой он? То, что пло­хой, од­но­знач­но. Хо­ро­ший со­ба­ку бы не бро­сил на про­из­вол судь­бы.

Но по­смот­реть бы на него я по­смот­ре­ла. А еще па­рой лас­ко­вых ода­ри­ла бы. За­слу­жил.

Надо, кста­ти, объ­яв­ле­ние дать, что Бе­ляш у меня. Или уже не да­вать, оста­вить пса себе? С ним не скуч­но и не оди­но­ко.

– Се­год­ня у нас ов­сян­ка, – со­об­щаю пе­се­лю.

Варю кашу. На воде. С ка­пель­кой соли и лож­кой са­ха­ра. До­бав­ляю себе ба­нан, а Бе­ля­шу – яйцо. По­фыр­кал, но съел все до­чи­ста, даже мыть по­су­ду за ним не надо. Зо­ло­то, а не пес.

К вось­ми ча­сам я бод­ра, ве­се­ла. При­ни­ма­юсь за ра­бо­ту.

Уди­ви­тель­но, но всё спо­рит­ся, паль­цы ле­та­ют над кла­вой, идеи по ав­то­ма­ти­за­ции про­цес­сов так и прут. Озву­чи­ваю их на пла­нер­ке, за что по­лу­чаю одоб­ре­ние от шефа.

А я все­го–то сде­ла­ла утрен­нюю про­беж­ку, зато ка­кой эф­фект!

На обе­ден­ном пе­ре­ры­ве лезу на мест­ный сайт объ­яв­ле­ний. Про­смат­ри­ваю те, где есть за­го­лов­ки «Про­па­ла со­ба­ка».

А ни­кто Бе­ля­ша мо­е­го не ищет.

Пишу объ­яв­ле­ние сама. На­би­вая текст, вслух дик­тую, что­бы со­ба­кен слы­шал:

"На­шел­ся бе­лый лаб­ра­дор. Маль­чик. Об­ра­щать­ся по те­ле­фо­ну..."

– Ну все, Бе­ляш, – жму на кноп­ку «О­пуб­ли­ко­вать», – те­перь оста­ет­ся ждать.

Ле­жит мой пе­сик по­сре­ди ком­на­ты, го­ло­ву на вы­тя­ну­тые лапы по­ло­жил, глаз­ки пе­чаль­ные, гру­стит.

Эх, Вова, Вова, как ты мог…